Проблемы и перспективы сотрудничества России с США/НАТО в сфере противоракетной обороны

Версия для печати

На сегодняшний день перспектива сотрудничества России с США и НАТО в области противоракетной обороны (ПРО) стала одной из важнейших проблем европейской и международной безопасности.

В 2010-2011 гг. в самом центре продолжительных и напряженных переговоров оказались перспективы и возможные модели создания системы ПРО в Европе США/НАТО совместно с Россией. Это оказалось невероятно сложной задачей, так как в России, США и многих странах НАТО данная тема имеет весьма политизированное значение из-за столкновения различных внутренних групп интересов, мотивированных политически, идеологически и экономически, и выступающих как за сотрудничество, так и против него. Одни группы интересов выступают против «перезагрузки» отношений с Россией, особенно ее участия в военной сфере и в таких чувствительных программах, как создание противоракетной обороны. К числу их единомышленников относятся и те, кто полагает, что противоракетная оборона США должна быть глобальной, независимой (и от союзников также), и способной противодействовать любым ракетным угрозам, включая стратегические. Другие, напротив, видят в проекте противоракетной обороны напрасную трату госрасходов, которые необходимо сократить. Однако все они заинтересованы в использовании этой проблемы для давления на президента США Б. Обаму.

В случае успешного разрешения непрекращающегося диалога по противоракетной обороне, и реализации каких-либо схем сотрудничества, можно говорить о существенных изменениях концептуального и военно-политического характера в обеспечении безопасности каждой из сторон, а также во взаимодействии между ними. Успех сотрудничества в сфере коллективной защиты от новых ракетных угроз может существенно изменить целеполагание руководства России, США и НАТО при расстановке приоритетов военного планирования, строительства и оборонных расходов, а главное поможет подготовить почву и благоприятный климат для качественно новых отношений между бывшими противниками. Это могло бы позволить всем сторонам, вовлеченным в процесс взаимодействия, не только уйти от психологии конфронтации к созданию устойчивых механизмов партнерства, но и сохранить значительные финансовые и иные ресурсы, которые могут быть затрачены на новую гонку вооружений в области создания систем противоракетной обороны и средств их преодоления.

Инициатива создания системы противоракетной обороны в Европе всецело исходит от Соединенных Штатов Америки,  поскольку они обладают огромными технологическими, финансовыми, экономическими и военно-организационными возможностями в области противоракетной обороны, значительно превосходя остальные страны-члены НАТО. Политическая и военная задача создания систем обнаружения и перехвата баллистических ракет различной дальности – противоракетной обороны (ПРО) – на протяжении нескольких десятилетий остается важной составляющей внешнеполитической, военной и экономической программы руководства США.  Она останется важной частью американского военно-технологического развития и политики в области обороны и безопасности в недалеком будущем.

В 2001 г. Администрация Дж. Буша-младшего заявила об одностороннем выходе из советско-американского Договора об ограничении систем противоракетной обороны (ПРО) 1972 г. Эти действия вызвали негативный отклик со стороны России. Таким образом, было объявлено о ставке американского руководства на создание глобальной системы противоракетной обороны, которая должна включать в себя элементы наземного, морского, воздушного и космического базирования. Подобного рода система должна в итоге обеспечить эшелонированную оборону самих Соединенных Штатов, их союзников в различных регионах мира, а также американских войск, размещенных за рубежом, от всех типов ракетных угроз, включая стратегические. Развертывание третьего позиционного района этой системы на территории Европы означает обеспечение безопасности европейских союзников США по НАТО, а также американских войск, размещенных в странах-членах Альянса.

                     

Меры по размещению первых объектов третьего позиционного района стратегической системы противоракетной обороны США, а именно десяти ракет заатмосферного перехвата (ГБИ) в Польше и радиолокационного комплекса в Чехии были восприняты крайне негативно Россией, которая расценила эти намерения США как шаг в направлении создания системы ПРО, способной ограничить возможности стратегических ядерных сил (СЯС) Российской Федерации.

Вашингтон  интегрировал эту систему с системами противоракетной обороны на театрах военных действий Альянса. Американские планы и действия, связанные с программой развития стратегической противоракетной обороны получили поддержку руководства Альянса и стран-членов НАТО. Это свело на нет предпринимавшиеся в течение 10 лет усилия по  установлению принципов и механизмов сотрудничества между Россией и НАТО по противоракетной обороне театра военных действий (ПРО ТВД). Сотрудничество между Россией и НАТО по ПРО ТВД окончательно зашли в тупик осенью 2008 г. – после августовского «кризиса» на Кавказе.

Ситуация начала стремительно меняться с приходом к власти администрации Барака Обамы в США в 2009 году. Для нового руководства страны политика, направленная на «перезагрузку» отношений с Россией, стала одним из важнейших и потенциально наиболее успешных приоритетов во внешней политике Америки.

Отказ администрации президента США Б. Обамы от планов Республиканцев по развертыванию стратегической ПРО, включая новейшие элементы третьего позиционного района в Европе, способствовали возобновлению дискуссий по проблеме ПРО.

Это решение было по-разному встречено европейскими союзниками Вашингтона. Ведущие страны Западной Европы в целом оценили эти изменения в стратегии Америки. Однако большая часть политической элиты восточноевропейских членов НАТО изначально восприняла эти новшества преимущественно негативно. Тем не менее, они продолжили демонстрировать крайнюю сдержанность по отношению установления диалога с Россией в области ПРО,  и, тем более по вопросам сотрудничества.

Вскоре после изменения подходов Вашингтона по противоракетной обороне, НАТО также совершила разворот в строну восстановления диалога с Россией по этому вопросу. На саммите НАТО  в Страсбурге и Киле в апреле 2009 года была заявлена готовность Альянса сотрудничать с Россией в области противоракетной обороны. Официально объявлено о возобновлении сотрудничества с российской стороной по всем политическим и военным вопросам. Намерение развивать сотрудничество в области ПРО было публично высказано на встрече президента США Б. Обамы с президентом РФ Дмитрием Медведевым в Москве в июле 2009 г.

В феврале 2010 г. Администрация Б. Обамы приняла проект «Поэтапного адаптивного подхода» в качестве альтернативы глобальной стратегической ПРО. Вашингтон надеется достичь эффективности этой системы благодаря постепенному размещению на земле, на море и в космосе систем предупреждения и слежения, а также поражающих противоракетных средств морского, наземного и воздушного базирования. Первые два этапа реализации «Поэтапного адаптивного подхода» сфокусированы на создание системы, способной перехватывать баллистические ракеты малой, средней  и промежуточной дальности (до 5500 км). Достижение возможности перехвата стратегических ракет отложено на третий (2018) и четвертый (2020) этапы, что связанно с развитием новых ракетных угроз. Все же остается открытым вопрос, имеются ли у Вашингтона и его союзников достаточно технических и финансовых ресурсов для решения этих задач в указанные сроки.

Согласно современной концепции американского руководства, основной целью строящейся системы противоракетной обороны является постепенное формирование стабильной и надежной обороны территории США и их союзников в Европе и Азиатско-Тихоокеанском регионе от баллистических ракет всех классов, включая стратегические в долгосрочном плане.

Пентагон поставил задачу создать два позиционных района противоракет ГБИ (GBI) на континентальной части Соединенных Штатов (Форт Грили (Аляска) и военно-воздушная база в Ванденберге (Калифорния)). Также, ожидается создание двух баз на Европейской территории для размещения противоракетных комплексов, вооруженных ракетами-перехватчиками типа «Стандарт-3»: одна – в Румынии, другая – в Польше. Изучается возможность создания таких баз в районе Персидского залива, Турции и дальнего Востока. Планы развертывания ПРО морского базирования к 2018 году предусматривают постоянное пребывание до трех кораблей в Средиземном и Северном морях. Дополнительные противоракетные корабли могут быть размещены в Средиземном, Черном и Балтийском морях. В Тихоокеанском регионе будет расположено до 20 противоракетных кораблей, некоторые из которых  могут быть переданы под командование патруля в Персидском заливе.

В общем, к 2018 году фундаментом группировки средств ПРО США могут стать 30 действующих перехватчиков наземного базирования (GBI) и сотни противоракет вида «Стандарт-3» морского и наземного базирования. Глобальная информационно-разведывательная сеть американской системы ПРО к 2018 году может включать передовую спутниковую группировку системы PTSS (Космическая система точного слежения – рус.) и десятки РЛС ПРО морского и наземного базирования. Для защиты американских объектов на континентальной части страны и за рубежом, в том числе и европейских баз стратегических ПРО, от баллистических ракет малой и средней дальности будут поставлены зенитные ракетные комплексы вида «Пэтриот» ПАК-3 и мобильных противоракетных комплексов ТХААД.

Основной заявленной целью противоракетной обороны НАТО является защита всех стан блока, в том числе их территории, населения и вооруженных сил, от ракетных угроз. Центральное место огневой мощи европейского сегмента системы ПРО США займут корабельные и наземные противоракетные комплексы вида «Стандарт-3» различных модификаций, различающихся максимальной дальностью и высотой перехвата, а также наземные противоракетные комплексы ТХААД и системы ПВО «Пэтриот» ПАК-3.

Однако между Россией и США/НАТО до сих пор нет соглашения касательно принципов распределения зон ответственности или форм той системы ПРО, которая должна появиться в будущем, как результат сотрудничества. Предложения России по построению совместной системы на «секторальном принципе», при котором обе стороны смогли бы перехватывать ракеты на тех направлениях, на которых они обладают наилучшими возможностями для этого, не встретили поддержки Альянса.

Генеральный секретарь НАТО Андерс Фог Расмуссен повторил заверения о том, что создаваемая европейская система ПРО США/НАТО не будет направлена против России. В сентябре 2011 г. французский министр иностранных дел А. Жюппе во время своего визита в Москву заявил о готовности Франции выступить в НАТО с инициативой подписания договоренности о предоставлении России таких гарантий. Однако, руководство США – основного архитектора строящейся системы ПРО в Европе – выражает гораздо меньшую готовность предоставить России какие-либо гарантии.

Серьезную озабоченность военно-политического руководства РФ вызывает четвертый и частично третий этапы американского проекта создания европейского сегмента глобальной противоракетной обороны. Россия учитывает перспективные возможности американских ракет-перехватчиков и предполагаемые районы их развертывания. Контраргументы США в основном вращаются вокруг утверждения, что перехватчиков четвертого этапа пока не существует, и неизвестно появятся ли они  вообще к 2020 году.

Руководство НАТО осознает, что у России есть возможность для противоракетного прикрытия не только своей собственной территории, но и территорий стран-членов НАТО, поэтому Альянс выступил категорически против предложения Москвы о секторальном подходе к сотрудничеству. В качестве предлога для возражения, эксперты и политики из стран НАТО указывают на якобы противоречие статье 5 Вашингтонского договора, который не предусматривает делегирование полномочий по обеспечению безопасности любой страны-участницы блока третьей стороне, не являющейся членом НАТО. Этот аргумент, с формальной точки зрения, является справедливым, если продолжать думать о возможном ядерном противостоянии и игнорируя определенную революционность предложений России.

Россия настаивает на своем полномасштабном участии и в определении принципов построения ПРО, и ее архитектуры. США и в частности НАТО, напротив, готовы только к дозированному сотрудничеству с Москвой по созданию противоракетного щита Европы.

В сентябре 2011 г. американская сторона выступила с предложением создать две автономные системы ПРО, которые могли бы взаимодействовать друг с другом посредством двух структур. Во-первых, при помощи центра обмена данными с радаров и сенсоров России и НАТО, включая наземные и космические. Во-вторых,  при помощи иного центра, задачей которого являлось бы совместное планирование и координация работы ПРО. Согласно американским предложениям, функционирование центров осуществлялось бы российско-американскими боевыми расчетами, которые разрабатывали бы совместный план действий при различных сценариях ракетного нападения на Россию или страны НАТО.

Проблемы и препятствия возникающие на пути формирования полноценного сотрудничества России и США/НАТО в построении европейской и глобальной системы противоракетной обороны связаны, в первую очередь,  с сохраняющимся в полной мере недоверием двух сторон из-за всё еще оставшихся политических, психологических и концептуальных рудиментов «холодной войны».

Однако, компромисс по ограничению размещения противоракет дальнего радиуса действия, а также радиолокационных станций обнаружения и сопровождения в определенных частях Европы, может быть достигнут при условии искреннего желания и политической воли США и европейских стран-членов НАТО развивать партнерство с Россией. Решение подобного компромисса должно быть закреплено  либо в двустороннем российско-американском заявлении на высшем уровне, либо в декларации Совета Россия-НАТО также на высшем уровне.

Россия особенно заинтересована в получении политических и правовых гарантий, что ПРО США и НАТО не ослабят эффективность российских сил ядерного сдерживания, подорвав тем самым стратегическую стабильность.

Для принятия политического решения России о сотрудничестве в области ПРО, необходимо было бы принять во внимание следующие факторы.

Во-первых, сотрудничество может сыграть решающую роль в продвижении реального стратегического партнерства двух ядерных сверхдержав, России и Америки, а также ведущих европейских стран-членов НАТО, так как будет охватывать и другие сферы безопасности и наполнит реальными программами новую архитектуру евроатлантической безопасности, предлагаемую президентом России.

Во-вторых, пока Администрация Б. Обамы реализует в одностороннем формате США/НАТО план по строительству ПРО в Европе, отсутствие подобного сотрудничества неизбежно вызовет очередной ракетный кризис между Россией и Западом по мере приобретения системами, включенными в эту ПРО, стратегического потенциала.

В-третьих, хотя официальные члены «Ядерного Клуба» уже приняли меры по предотвращению несанкционированных или случайных одиночных стартов ракет, нет стопроцентной гарантии их исключения. Все же существуют огромные риски, что подобными привилегиями смогут обладать  как уже существующие, так  и потенциальные ракетно-ядерные страны. Поэтому защита от подобных инцидентов вполне оправдана.

В-четвертых, исторический опыт показывает, что отношения с нестабильными странами и радикальными режимами могут стремительно меняться к худшему и ядерный потенциал раннее дружелюбной страны третьего мира может обратиться реальной угрозой для национальной безопасности России.

В-пятых, даже если Иран, Пакистан или Северная Корея не превратятся в противников России, их существующий  ядерный и ракетный потенциал, который они продолжают развивать, может дестабилизировать региональную и глобальную обстановку. Это может вызвать цепную реакцию распространения ядерного оружия (Саудовская Аравия, Сирия, Турция, Египет, Япония, Южная Корея, Тайвань), что неминуемо вызовет новые ракетные угрозы и для России в том числе.

С тех пор, как главы государств России, Америки и Европы не раз выражали интерес к налаживанию и развитию полноценного сотрудничества в области противоракетной обороны, остается надежда, что они мобилизуют свою политическую волю на воплощение проекта ЕвроПРО с участием России в реальность. В этом отношении Россия должна быть особенно осторожной. Сотрудничество в области ПРО стратегического уровня может быть негативно воспринято Китаем и вызвать серьезные проблемы  в российско-китайских отношениях.

Автор: Юлия Паршкова
Перевод статьи "Problems and prospects of Russia's cooperation with US/NATO in the field of missile defense" Euro-Atlantic Security Initiative - ИМЭМО

  • Эксклюзив
  • Аналитика
  • Новейшее время