Перемирие и миротворцы: анализ боевых действий 19-25 февраля 2015 года

Перемирие

Конец прошлой недели ознаменовался резким снижением интенсивности боевых действий. Основной «горячей точкой» оставался лишь дебальцевский «котёл», из которого по итогам боёв начала прошлой недели начался неорганизованный отход украинских вооружённых сил. Судя по просочившейся в сеть информации (в частности, согласно видеоинтервью командира 25-го ТБ «Киевская Русь»), выход из котла был в итоге осуществлён по инициативе местного командования. Решение об эвакуации войск из котла якобы принимал лично командир 128-й отдельной горно-пехотной бригады, оказавшийся к тому времени старшим офицером оставшихся под Дебальцево подразделений.
 
Позднейшая попытка высшего военного командования ВСУ и лично президента Украины Порошенко «сделать хорошую мину при плохой игре» и объявить этот отход «спланированным и организованным», упёрлась в тот неприятный факт, что разрозненные стычки в Дебальцево и окрестных сёлах продолжались вплоть до выходных, что подразумевает то, что отход из котла производился внепланово, и часть бойцов ВСУ была просто «забыта» в котле, выходя потом из него уже разрозненными группами. С другой стороны, выход украинских частей из Дебальцево не был осуществлен с использованием «зелёного коридора», предложенного ополчением, поскольку выходящие колонны шли на бронированной технике, а ополчение, уяснив себе замысел организованного выхода со всем вооружением, предприняло все усилия по уничтожению выходящих украинских войск.
 
Согласно оценкам экспертов ВСН по состоянию на 25 февраля 2015 года в ликвидированном котле может находиться ещё около нескольких сотен разрозненных бойцов ВСУ, которые могут быть выявлены только в результате кропотливых зачисток местности и фильтрации местного населения. Организованной силы они уже не представляют, но на их нейтрализацию может потребоваться некоторое время.
 
Подводя итоги наступления ВСН в районе Дебальцево и, в общем — зимней кампании, можно констатировать, что по её итогам украинская сторона потеряла примерно четвёртую часть всей своей военной техники первого эшелона, огромное количество стрелкового оружия, сотни тонн боеприпасов и понесла значительные потери в живой силе, которые только в части безвозвратных потерь (убитые и тяжелораненые) можно оценить цифрой в 2,5-3 тысячи человек. Потери ВСН в зимней кампании тоже значительны и могут составлять убитыми и тяжелоранеными не менее 1,5 тысячи человек, исходя из докладов медицинских служб ДНР и ЛНР по числу проведенных операций в больницах и госпиталях Донбасса за январь-февраль.
 
В целом же на линии соприкосновения войск, несмотря на отсутствие признаков отвода тяжелого вооружения украинской стороной на оговоренные расстояния, наблюдается продолжение спада интенсивности боестолкновений между сторонами конфликта. Но, несмотря на общий спад интенсивности боевых действий, в тоже время следует отметить некоторые локальные боестолкновения. Так, на протяжении последних нескольких дней на мариупольском направлении идут боевые действия между подразделениями ВСН и бойцами территориального батальона «Азов», на занятой последними территории в районе посёлка Широкино, который находится в демилитаризованной зоне. На этом участке фронта бои имели кратковременный, но ожесточенный характер. В ходе столкновений, обе стороны вооруженного противостояния применяют минометные установки, а также стрелковое оружие, при этом следует отметить применение танков, со стороны ВСУ.
 
Кроме того, последние несколько дней по Донецку, а именно по Куйбышевскому, Киевскому и Петровскому районам города, со стороны Авдеевки, Водяного и Песок продолжают наноситься артиллерийские обстрелы средней интенсивности, в ходе которых повреждено ряд жилых и инфраструктурных сооружений, а также газораспределительные станции. Обстрелы города происходят преимущественно в утренние и вечерние часы, днём же наблюдается относительное затишье. В ответ на эти действия подразделения армии Новороссии производят ответные удары для подавления огневых точек противника. В районе воздушной гавани донецкого аэропорта, а также поселка Пески, в местах наиболее плотного смыкания боевых порядков сторон, наблюдаются стрелковые бои с периодическими минометными взаимными обстрелами.
 
23 февраля 2015 года стрелковые бои так же имели место в районе населенного пункта Горловка, Майорск, Шумы и Доломитного. В этот же день боевые столкновения имели место и населенном пункте Попасная, где в утренние часы отмечен минометный обстрел, а также имели место попытки прорыва диверсионно-разведывательных групп, на территорию данного населенного пункта, в ходе чего завязались краткосрочные вооруженные столкновения между силовиками украинской стороны и армией Новороссии. В районе Бахмутки, Крымского, Счастья и Станицы-Луганской наблюдается относительное затишье и лишь изредка возникают взаимные, быстротекущие и слабоинтенсивные артиллерийские дуэли.
 
Однако, на данный момент, наиболее волнующей темой, как у сторон конфликта, так и у мирового сообщества, является дальнейшее урегулирование вооруженного конфликта на Донбассе в мирном ключе, с помощью постепенной реализации минских договоренностей (так называемый «Минск-2»). К сожалению, уже по прошествии недели после официального объявления перемирия можно констатировать, что даже отвод тяжёлых вооружений пока осуществляется сторонами конфликта отнюдь не в полной мере, как невозможно назвать полной и остановку боевых действий по линии соприкосновения сторон. По факту, в результате зимней кампании ни одна из сторон конфликта не добилась своих стратегических целей и, как следствие, нынешнее перемирие и ВСН, и ВСУ используют как «мобилизационную паузу», за время которой они могут подготовить и боевые части и тыл к следующей стадии обострения военного противостояния.
 
Обе стороны уже практически на уровне заявлений первых лиц не скрывают своей масштабной подготовки к весенней кампании, которую реалистично декларируют, как наиболее вероятной к началу в промежутке конца марта-начала апреля 2015 года. Такой подход является объективным — каждая из сторон конфликта в результате зимней мобилизации получит армию, избыточную и неподъёмную для состояния мирного времени: ни 50-тысячная армия Новороссии по возможным итогам зимней «добровольной» мобилизации, ни почти что 70-тысячная группировка ВСУ, которая к концу марта будет усилена ещё 40 тысячами призывников «четвёртой волны» из учебок, не могут длительно находиться в состоянии мобилизационной готовности.
 
Исходя из этого обострение донбасского конфликта неизбежно — вопрос состоит только в том, кто и когда сделает это, исходя из своих внутренних соображений. При анализе позиции Киева обострение конфликта с его стороны выглядит практически неизбежным: лавирование между невыполнимыми условиями «Минска-2» и столь же однозначно озвученными требованиями собственной националистической «партии войны» неизбежно приведёт киевский режим к эскалации военных действий, как выходу из политического тупика.
 
Поэтому с высокой долей вероятности ближайшее время стоит ожидать продолжения кровавых провокаций как на линии фронта, так и в глубоком тылу ВСУ. В качестве яркого примера можно привести недавний взрыв бомбы в Харькове с последующим незамедлительным введением там режима проведения антитеррористической операции. Однако, с другой стороны, эскалация конфликта для Киева должна быть управляемой — такой, чтобы успеть её педалировать аккурат к максимальной мобилизационной готовности своих собственных войск и, желательно, в момент неоконченной мобилизации сил противника.
 
Именно для обеспечения данного условия единства «состояния и времени» Киев сегодня и пытается провести максимально интенсивные консультации о возможности ввода миротворцев на территорию Донбасса. Дополнительным условием данного процесса является попытка ввести миротворцев на Донбасс в максимально благоприятном и «дружественном» для себя формате (в идеале — из состава армий стран ЕС и НАТО с попутным контролем миротворцев не только за линией соприкосновения сторон, но и за границей ДНР/ЛНР и России) и связать ВСН и России руки в части ответа на управляемую Киевом эскалацию конфликта.
 
В случае такой «плановой» эскалации боевых действий со стороны Киева, такие дружественные и лояльные ему миротворцы зафиксировали бы нарушения «Минска-2» именно со стороны ВСН и позволили бы обвинить ЛНР и ДНР в сознательном срыве мирного процесса и блокировать попытки России воздействовать на ситуацию. Россия по объективным причинам, как сторона, выступающая на стороне Новороссии, безусловно, не рассматривается Киевом, как часть миротворческих сил. В силу чего, конечно же, предлагаемый Киевом формат «лояльно-пассивных режиму» миротворцев однозначно не находит поддержки ни у России, ни у ЛДНР.
 
В силу вышеизложенного, можно сказать, что за время зимней кампании ВСН решило несколько критических задач оперативного характера, добилась внушительной военной победы, однако не смогла стратегически переломить общий ход конфликта в свою сторону, так и не сумев нанести решительное поражение вооружённым силам Украины. К сожалению, продолжение такой тактики ведения войны заводит ВСН в военный тупик: ресурсы ЛНР и ДНР, в первую очередь — людские, не позволяют республикам производить наступления без решающих целей. В случае же продолжения текущей ситуации «перемирия без мира» и «войны без возможности победить» ситуация с экономическим и военным истощением ресурсов республик рано или поздно поставит их на грань военного поражения от сил гораздо более ресурсно обеспеченного Киева.
 
Именно поэтому сегодня республики гораздо больше Киева заинтересованы либо сокрушить ВСУ уже в рамках ближайшей весенней военной кампании — либо же дать возможность политикам решить будущее совместного существования Украины и республик.
 
Источник:  Военный обозреватель,  Автор:  Михаил Большаков
27.02.2015
  • Внешний источник
  • Новости
  • Сухопутные войска
  • СНГ