Теракты в Кувейте, Тунисе и Франции - дело рук ИГ

Лично у меня нет никаких сомнений в том, что теракты в Кувейте, Тунисе и Франции организованы из одного центра – террористическо-территориального образования, известного под названием «Исламское государство».

Во-первых, высока вероятность, что именно джихадисты, прикрываемые исламистской идеологией, выбрали пятницу для проведения серии терактов, полагая, что этот день недели принесет им удачу в «войне с неверными».

Во-вторых, Кувейт находится совсем рядом с «Исламским государством», а перебросить террористов из ИГ в Тунис и на юг Франции вполне можно морским путем – при помощи только одного плавательного средства, например катера. Причем прибывшим террористам наверняка помогали представители местных террористических ячеек.

Обстоятельства таковы, что сейчас политики не должны ограничиваться разного рода отдельными, пусть и жесткими, заявлениями о принятии решительных мер в отношении террористов

В-третьих, места для терактов специально выбраны таким образом, чтобы они «охватили» разные части света – Европу, Азию и Африку. Таким образом, ИГ показывает серьезность своих обещаний, сделанных в середине марта этого года: устроить террористические акции в европейских и мусульманских странах, тесно сотрудничающих с Западом. Тогда пресс-секретарь «Исламского государства» Абу Мухаммед аль-Аднан заявил о своих планах провести взрывы в Париже и Риме, а также отбить у Саудовской Аравии Мекку и Медину.

Полагаю, все вышеперечисленное говорит о том, что со стороны ИГ объявлена террористическая война – если не всему миру, то, как минимум, ведущим странам Европы и Арабского Востока. При этом не надо забывать, что руководители «Исламского государства» неоднократно угрожали и России – совершить теракты в Москве и в южных регионах. В разгар летних отпусков такая угроза выглядит вполне реальной, особенно с учетом массового расстрела отдыхающих на пляже пятизвездочного Hotel Riu Imperial Marhaba в городе Сусе (Тунис).

Полагаю, обстоятельства таковы, что сейчас политики не должны ограничиваться разного рода отдельными, пусть и жесткими, заявлениями о принятии решительных мер в отношении террористов. На мой взгляд, в данном случае необходимо переходить к конкретным действиям:

1) Созвать Совет Безопасности ООН, на котором выработать меры по противодействию «Исламскому государству» во всех сферах: политической, финансово-экономической, военной, информационно-психологической и т.д.

2) Антитеррористический центр стран СНГ совместно с Региональной антитеррористической структурой ШОС должен выработать совместный план действий в условиях высокого уровня террористической угрозы.

3) Национальный антитеррористический комитет России должен определить уровни террористической опасности для каждого региона страны, предусматривающие дополнительные меры по обеспечению безопасности личности, общества и государства в соответствии с требованиями Указа Президента РФ от 14 июня 2012 г. № 851.

4) Министерству иностранных дел РФ необходимо:

– определить список государств, курорты которых могут находиться в зоне риска совершения террористических актов;

– выработать рекомендации для туроператоров и граждан России для обеспечения антитеррористической защиты туристов, посещающих страны, находящиеся в зоне риска.

5) Министерство РФ по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации стихийных бедствий должно создать мобильные авиагруппы для оказания своевременной помощи и эвакуации граждан России, находящихся в зоне высокой (при наличии подтвержденной информации о реальной возможности совершения теракта) или критической (при наличии информации о совершенном теракте либо о действиях, создающих непосредственную угрозу его совершения) террористической опасности.

Все это выполнимо – была бы политическая воля, но… Главная проблема в том, «Исламское государство» – совместный политический и экономический проект определенных властных групп на Западе и Арабском Востоке, созданный для укрепления своих позиций на мировой арене с помощью террористического воздействия на соответствующие регионы и социальные группы. С самого начала своего существования ИГ получает финансовую, информационную и военную поддержку и не встречает по сути никакого серьезного сопротивления, а коалиция противодействия «Исламскому государству» создает лишь имитацию такой борьбы.

Дело в том, что как политический проект ИГ позволяет, во-первых, устранить главного политического противника уже упомянутых властных кругов – действующего президента Сирии Башара Асада, – а также ослабить влияние других крупных политических игроков, например Ирана. Между прочим, именно поэтому США пошли по пути улучшения отношений с официальным Тегераном – теперь у официального Вашингтона нет необходимости напрямую воздействовать на ИРИ – соответствующий заказ уже сделан, и он выполняется.

Во-вторых, при помощи ИГ можно собирать деньги через западные банки на «борьбу с неверными», в том числе путем открытого рэкета, а это, естественно, огромные «доходы». В-третьих, террористическая угроза со стороны «Исламского государства» позволяет и западным странам наживаться на больших государственных расходах, выделяемых на оборону, обеспечение безопасности и борьбу с терроризмом. При этом нагнетаемый страх создает такую атмосферу, в которой налогоплательщики не будут роптать против высоких налогов и ограничения конституционных прав (например, против прослушивания телефонов, формирования сети тотальной слежки и т.д.).

Таким образом, действия по противодействию ИГ вполне очевидны и выполнимы в каждой стране, однако реализовывать их на практике руководители некоторых государств не торопятся – судя по всему, кого-то устраивает сложившаяся на данный момент ситуация. Посмотрим, изменится ли что-то после произошедших терактов во Франции, Тунисе и Кувейте – станут ли реальные жертвы основанием для пересмотра политики в отношении «Исламского государства».

Автор: А.Н. Перенджиев, эксперт ассоциации независимых военных политологов, доцент кафедры политологии и социологии Российского экономического университета имени Г.В. Плеханова

Источник: Росинформбюро 

29.06.2015
  • Внешний источник
  • Аналитика
  • Ближний Восток и Северная Африка
  • XXI век