Колебания военного курса: от ОДКБ до НАТО один шаг?

Спецпредставитель НАТО делает реверансы в адрес Казахстана в Брюсселе на фоне поступающей информации об открытии порта Актау для альянса, в это время РФ и РК договариваются о единой системе ПВО.

Специальный представитель Генерального секретаря НАТО по Центральной Азии и Кавказу Джеймс Аппатурай, выступая 9 ноября в Брюсселе, заявил, что Казахстан является самым надежным партнером североатлантического альянса в Центральной Азии.

«Казахстан - очень надежный партнер, и у нас имеется взаимная заинтересованность в стабилизации ситуации в Афганистане. Так что мы выступаем за развитие сотрудничества. Эта страна присоединилась к Процессу планирования и анализа, а также реализует Индивидуальный план действий партнерства с НАТО. Так что у нас довольно развитое двустороннее сотрудничество. Насколько мне известно, Казахстан рассматривает возможность участия в миротворческих операциях ООН. НАТО имеет возможность проводить соответствующую экспертизу на предмет готовности тех или иных зарубежных подразделений работать совместно в миротворческих операциях. Так что, я думаю, мы можем провести такого рода экспертизу и в Казахстане. В целом, хочу сказать, что у нас имеется много возможностей для совместной работы в будущем», - заявил Аппатурай.

Также он признал, что НАТО сохранит присутствие войск в Афганистане  и после 2014 года. Эти силы будут заниматься тренировкой и обучением афганских сил безопасности, и не будут участвовать в боевых действиях. В этой связи  НАТО будет нуждаться в транзите грузов, и  альянс сохранит сотрудничество с Казахстаном в этой сфере. Будут ли это военные грузы или нет, спецпредставитель не уточнил. 

Это заявление Аппатурай совпало с внесением на ратификацию в Госдуму РФ соглашения о создании Единой региональной системы противовоздушной обороны Российской Федерации и Республики Казахстан. На очередном форуме межрегионального сотрудничества РК и РФ президенты двух стран договорились об организации совместного предприятия по производству боевой техники для нужд двух стран.

Двойственность казахстанского внешнеполитического курса не является новостью. Однако, если многовекторность Акорды во внешней политике так или иначе всегда находила понимание у стратегических партнеров, то прямые военные контакты воспринимаются куда болезненней. Поэтому в экспертной среде продолжается активная дискуссия о том, что же значат последние шаги Акорды.

Ведь Астана колеблется от возможности предоставления порта Актау для сил НАТО и реверансов альянса в адрес Казахстана до совместной ПВО с Россией.   

Своим видением кризиса казахстанской многовекторности и  возможной реакцией России на эти колебания с kursiv.kz поделились как российские, так и казахстанские аналитики.

Таково видение проблемы со стороны российского эксперта.

Советник директора по вопросам Ближнего Востока и Центральной Азии Института внешнеполитических исследований и инициатив Игорь Панкратенко:

«Давайте сразу внесем ясность. С 1994 года Пентагон старался установить «особые отношения» с центральноазиатскими политическими элитами, заявлявшими о «многовекторности» собственной внешней политики. В этом же, 1994 году, Казахстан был приглашен к участию в программе НАТО «Партнерство во имя мира», предоставлявшей право на участие в военных учениях США и НАТО. В феврале 2002 года в Казахстан прибыли 200 американских военнослужащих для обучения казахстанского горнострелкового подразделения. В те же 90-е в США был разработан план военной операции «Шторм над Каспием», предусматривавший военное вмешательство в случае возникновения противоречий между странами Каспия или резкого обострения ситуации на Северном Кавказе, а также осложнения американо-иранских отношений. По мнению разработчиков «Шторма», военное присутствие в регионе позволило бы США значительно усилить свое влияние на Каспии и активно влиять на российский Кавказ. Ну и приятный бонус - замкнуть кольцо окружения вокруг «неблагонадежного и непредсказуемого» Ирана. Оптимальным местом такого присутствия был признан полуостров Мангышлак, где расположен стратегический порт Актау и крупные месторождения нефти и газа. Во время визита в Казахстан в апреле 2002 года Дональда Рамсфелда, казахстанское военно-политическое руководство дало понять главе Пентагона, что оно заинтересовано в развитии тесных связей с США. Казахстанский министр обороны того периода Мухтар Алтынбаев заявил, что Астана готова предоставить в распоряжение сил натовской коалиции три казахские военные базы. Была достигнута договоренность о направлении представителей казахских Вооруженных сил в штаб-квартиру коалиционных сил в США. 30 марта 2009 года на встрече с послом США президент Назарбаев в закрытом порядке предложил Вашингтону создать «логистическую базу» в Актау:«Мы можем быть очень полезны для вас, для интересов безопасности и стабильности в регионе. Мы можем быть базой для логистической поддержки по Афганистану».

Интересно, что стороны изначально пытались скрыть истинное положение дел. Посол Ричард Хоугланд писал в телеграмме госдепартаменту 24 июля 2009 года:

«Посольство США в Астане будет работать над этим вопросом с уполномоченными министерствами в Астане. Если это даст плоды, то нам не следует называть данный объект базой, потому что это создаст впечатление присутствия военного персонала США. Нам следует использовать термин «логистический объект» или «склад для контейнеров», чтобы все поняли, что США не размещает там своих военных, если это предложение обретет форму».

В обмен на свой «особый статус»  на Западе Казахстан пошел на нарушение им же подписанного соглашения глав государств «прикаспийской пятерки» о недопущении присутствия в каспийской акватории любого военного присутствия некаспийских стран.

В апреле 2013, после переговоров с помощником госсекретаря США по делам Южной и Центральной Азии Робертом Блейком, стороны решили, что скрывать приготовления по поводу открытия «логистического центра» больше нет смысла, и Назарбаев официально объявил о планах Астаны в отношении этого проекта  на конференции министров иностранных дел Стамбульского процесса по Афганистану.

Из вышеизложенного следует однозначный вывод – подготовка появления американской военной базы, как бы она не называлась – логистический центр или что-то другое идет давно. И сейчас мы видим завершение почти десятилетнего процесса переговоров между США, НАТО и Казахстаном по данному вопросу.

Выгодно ли это Казахстану – пусть решает сам народ Казахстана. Замечу только, что еще ни одной стране, яркий тому пример – и  Узбекистан, и  Киргизия размещение американского и НАТОвского контингентов ни стабильности, ни безопасности не принесли.

Сформулированная в начале 2000-х годов стратегия Вашингтона в регионе осталась неизменной в главном, коррекции подверглись лишь частности. Экс-директор Отдела евразийских отношений в Совете Безопасности США Розмари Форсайт, один из разработчиков этой стратегии, выделяла в ней следующие главные элементы:

- во-первых, способствовать ослаблению влияния ШОС, ОДКБ  и России в регионе;

- во-вторых, осуществлять экономическое проникновение США в добычу и экспорт нефти в целях укрепления американского присутствия в регионе;

- в-третьих, вовлекать центральноазиатские государства в рыночные отношения для максимального извлечения выгод от неравноценного обмена готовой продукции на сырьевые товары;

- в-четвертых, добиваться диверсификации источников снабжения Запада нефтью и сокращения в перспективе зависимости от энергоресурсов Персидского залива;

- в-пятых, осуществлять увязку экономических планов с конъюнктурой региональной политики, предусматривавшей "сдерживание" Ирана и поощрение Турции в качестве проводника западных интересов.

Повторюсь, эти задачи остались неизменными. И реализовывать их, имея «точку присутствия» в доминирующей субрегиональной державе, которой, безусловно, является Казахстан, гораздо легче. Думаю, что и у части казахстанских политических элит такой подход США особого протеста не вызывает. Поэтому пророссийский курс Астаны, это миф, который работает как внутри Казахстана, так и в отношениях на постсоветском пространстве. Сегодня Казахстан стремится к двум позициям: обеспечить собственное доминирование в тюркоязычном пространстве Центральной Азии и занять место посредника в отношениях других азиатских республик с третьими странами, поскольку именно такой подход обеспечивает нынешнему руководству Казахстана наибольшие и политические, и экономические выгоды.

Проблема для Астаны заключается в том, что достичь статуса региональной державы Казахстану без помощи извне крайне трудно. На роль региональной державы претендует еще и Узбекистан, а «особая политика» в регионе возможна только с учетом политических и экономических интересов России, Ирана, Китая и Турции. Обойти все эти препятствия стана может лишь в том случае, если заручиться поддержкой сильного внерегионального игрока. В таких условиях пресловутая казахская многовекторность оборачивается просто поиском того, кто гарантирует Казахстану столь желаемый им особый статус и сумеет подкрепить эти гарантии на политическом и экономическом уровне. С учетом этого Евразийский союз и Единое экономическое пространство с Россией и Белоруссией не могут удовлетворить запросы казахской политической элиты и в поиске «стратегического покровителя» она все чаще обращает свой взгляд на Запад. Где в этой схеме какой-то особый «пророссийский вектор»?

Для России трагедии в таком «раскладе» нет, но и от иллюзий в отношении внешнеполитической стратегии Казахстана нужно избавляться. У российского руководства, в целом, присутствует понимание этих дипломатических нюансов, более того – отношение к выбору Казахстана уважительное, но попытки Казахстана в ШОС и ОДКБ сыграть свою «особую игру» будут неизменно встречать сопротивление. Все по-честному.

Взгляд на проблему казахстанских экспертов

Генеральный директор Центральноазиатского фонда развития демократии Толганай Умбеталиева:

Конечно, для США получение согласия на использование порта Актау является одной из возможностей для решения возникшей проблемы - потери базы в Кыргызстане. Но сейчас речь идет лишь об использовании порта как транзитного узла, относительно дислокации войск, официального сообщения еще не было. Как известно, обычно Астана при решении таких вопросов исходит всегда из прагматических соображений: насколько это ей выгодно? Казахстан проводит многовекторную внешнюю политику, поэтому это решение не противоречит основному курсу страны. Кроме того, Казахстан получает определенные плюсы, как экономического характера: развитие Актау, как порта, так и области. Ведь в городе построены объекты, которые сейчас простаивают. К тому же речь идет и о получении опыта при транспортных перевозках. Есть и политические выгоды: это позволит несколько уменьшить влияние России, которая, видимо, уже решила, что Казахстан - это одна из ее федераций. В отношении дислокации войск - США заявили о своих переговорах с другими странами региона, поэтому, возможно, этот вопрос будет решаться с другими государствами ЦА. Думаю, что Казахстан не согласится на такое решение.

Чингиз Лепсибаев, эксперт Евразийского экспертного совета:

Во-первых, я бы не рассматривал такую возможность, в ракурсе пророссийского курса. Казахстан, как суверенное государство имеет свои национальные интересы и когда включается Realpolitic, мы должны действовать строго как необходимо нам. Во вторых РФ сама готова предоставлять воздушное пространство и транзитный пункт для НАТО в Ульяновске. Останутся ли американцы?  Вряд ли, поскольку Актау не просто город, но нефтяная столица Казахстана, если бы речь шла о другом регионе, можно было подискутировать. Но не в данном случае. Однако нельзя не учитывать тот факт, что НАТО вложится в инфраструктуру. Наши военные быть может, что-то переймут, мы получим деньги, а не кто-то другой и это чистая экономика, все это я бы рассматривал в исключительно позитивном ключе. Касаемо того, что Актау замена Манаса,  ьрудно поверить, в свете общего ПВО с РФ и Белоруссией.

Айдос Сарым, политолог:

Мне кажется, что оказание содействия США по Афганистану, предоставление транспортных коридоров для вывода войск - это нормальная адекватная политика. Политика, направленная на развитие позитивных связей с миром. Развитие отношений с Россией не должно препятствовать таким связям и не должно влечь за собой разговоров о "предательстве", "неблагодарности", особенно внутри Казахстана. Мы суверенное государство, с суверенным пониманием собственной роли в мире, с собственными интересами в нем. Что касается военной базы в Актау, то это маловероятно. Лично я выступаю против любых военных баз на территории страны. Но прежде, давайте вспомним, что на территории Казахстана 7 действующих военных полигонов и военных частей России. Сегодня  правильнее и актуальнее говорить об их закрытии и выводе российских частей. Это более насущная проблематика, которая имеет негативное влияние на здоровье населения, на экологию страны.

Автор: Аскар Муминов
Источник: Курсив.кз 12.11.2013

  • Новости
  • Проблематика
  • Военно-политическая
  • Россия
  • Азия
  • Северная Америка
  • США
  • НАТО