Россия и АТР

Версия для печати

… уже сегодня раздаются голоса, что, мол, скоро «объективно»
встанет вопрос о том, что национальный суверенитет не должен
распространяться на ресурсы глобального значения[1]

В. Путин
 
 
В контексте многовекторной внешней политики Российской Федерации
важное и всевозрастающее значение имеет Азиатско-Тихоокеанский регион,
что обусловлено принадлежностью России к этому динамично развивающемуся 
району мира, заинтересованностью в использовании его возможностей при
реализации программ экономического подъема Сибири и Дальнего Востока, 
необходимостью укрепления регионального сотрудничества в сфере противодействия
терроризму, обеспечения безопасности и налаживания диалога между цивилизациями[2]
 
Концепция внешней политики России
 
 
Позиции России в АТР во многом предопределяются уровнем и темпами развития ее восточных регионов. Этот тезис – принципиально важен, ибо нельзя развивать отношения между «абстрактной» Россией, где регионы Сибири и Дальнего Востока приходят в упадок, и странами АТР, географически расположенными в непосредственной вблизи от этих регионов.
 

Россия и АТР во втором десятилетии XXI века

Возрастающее значение приобретает укрепление позиции России в Азиатско-Тихоокеанском регионе,
что обусловлено принадлежностью нашей страны к этому самому динамично развивающемуся 
геополитическому пространству, куда последовательно смещается центр тяжести мировой экономики
и политики. Россия заинтересована в активном участии в интеграционных процессах в Азиатско-
Тихоокеанском регионе, использовании его возможностей при реализации программ экономического
подъема Сибири и Дальнего Востока, в создании в Азиатско-Тихоокеанском регионе транспарентной и
равноправной архитектуры безопасности и сотрудничества на коллективных началах[3]
 
Концепция внешней политики РФ
 
Уровень присутствия и влияния России в АТР во втором десятилетии XXI века минимален как в политической, так и особенно – в экономической и военной областях, что объясняется прежде всего слабым уровнем развития ее восточных регионов и сокращением военной мощи на Дальнем Востоке, а также неразвитостью транспортной инфраструктуры. На эти слабые места и была нацелена принятая Правительством РФ в марте 2013 года программа развития восточных регионов, в которую вошли две ФЦП «“Экономическое и социальное развитие Дальнего Востока и Байкальского региона” и “Развитие Курильских островов” – и 12 отраслевых подпрограмм, включающих 23 комплексных инвестпроекта, направленных на модернизацию Транссиба, строительство второй линии БАМа и создание ряда энергообъектов. Из 10,6 трлн 3,8 трлн руб. составит госфинансирование, остальное – заемные средства и частные инвестиции. Как и поручал Игорь Шувалов, 88% расходов бюджета предполагается направить на инфраструктуру: 49% – на транспортную, 19% – на энергетическую, 13% – на социальную и 7% – на коммунальную.
 
По словам главы Минэкономики Андрея Белоусова, пять основных инфраструктурных проектов, объединенных в новую редакцию ФЦП развития макрорегиона, – это реконструкция и повышение провозной способности БАМа и Транссиба (260 млрд руб. из бюджета), развитие региональной авиации (101 млрд руб.), сети автомобильных дорог (60 млрд руб.), портовой инфраструктуры (25 млрд руб.) и электроэнергетики (за счет инвестпрограмм)[4].
 
Сегодня общую тенденцию развития (точнее – деградации) Сибири и Дальнего Востока хорошо описал С. Лузянин – заместитель директора ИДВ РАН: «Несмотря на гигантские усилия федерального центра в последние годы, как в рамках подготовки к форуму АТЭС, так и в плане реализации федеральных программ развития Сибири и Дальнего Востока, ключевые негативные тенденции в данных регионах полностью сохранились, а отдельные и усилились.
 
Доля Сибирского и Дальневосточного Федеральных Округов в общероссийском валовом региональном продукте (ВРП) сократилась – с 16,4% (2001) до 16% (2011). Население продолжает убывать (с 19,2% до 17,9%). По данным ВЦИОМ до 40% жителей хотели бы уехать отсюда уже сегодня. По среднедушевым показателям Сибирский федеральный округ занимает последнее место среди 7 российских федеральных округов. Дальневосточный (справедливости ради) – третье.
 
Часть экспертов считают, что спасение в углеводородных (энергетических) богатствах Сибири. Однако факты говорят об обратном – в 2008 г., когда Иркутская область впервые стала нефтедобывающей, и было введено в строй Верхнечонское месторождение, поставляющее нефть в известный нефтепровод Восточная Сибирь – Тихий Океан (ВСТО), за 2009–2010 гг. реальные доходы населения Иркутской области значительно сократились. И таких примеров по всей Сибири можно привести много.
 
Получается, что пока углеводородное развитие Сибири никоим образом не связано с подъемом уровня жизни живущих там людей. Наоборот, уровень жизни снижается, а условия (экологические, социально-бытовые) ухудшаются. Варианты монархий Персидского залива, где каждый родившийся житель автоматически и пожизненно обеспечен "нефтяной рентой”, пока явно не подходят под “сибирский стандарт”»[5].
 
Очень важно адекватно оценить место России в стремительно изменяющейся геометрии сил, связанной с растущей мощью стран АТР. К сожалению, роль России в АТР следует признать незначительной, а по некоторым направлениям, даже уменьшающейся. Достаточно сравнить, например, торговый оборот двух великих держав мира и АТР – России и КНР, составляющий 80 млрд долл., и оборот 23-и миллионного Тайваня и КНР – более 110 млрд долл. И это при том, что Китай – крупнейший торговый партнер России.
 
Важно отметить, что Тайвань может стать и другим хорошим примером для России и ее Дальнего Востока. Занимая 134-е место в мире по территории и 50-е по населению (23 млн чел.), Тайвань уверенно входит в мировую двадцатку по ВВП (800 млрд долл.) и первую пятерку по ВВП на душу населения (31 тыс. долл.). Он — признанный лидер восточноазиатских НИС (новых индустриальных стран — Сингапур, Южная Корея и др.), активно осваивающих мировые «ниши» высоких технологий»[6], – отмечает исследователь МГИМО(У) проф. С. Лузгин.
 
Потенциал Тайваня может сыграть огромную роль в развитии восточных регионов России, в т.ч. по политическим мотивам. Как справедливо считает С. Лузянин, «Во Владивостоке, на площадках АТЭС, Россия просто обязана использовать тайваньскую заинтересованность в кооперации с крупными зарубежными партнерами. Потенциально российские зоны высоких технологий (Сколково и др.) могут получить реальную тайваньскую помощь в виде инвестиций, новых совестных научных и технологических проектов.
 
Внешнеэкономические факторы подъема Сибири и Дальнего Востока не должны ограничиваться Китаем, Японией, Южной Кореей и др. Тайваньское «лекарство» может и должно применяться для «реанимации» этих российских регионов. Причем географическая специфика острова (отдаленность от Москвы и Петербурга и близость к Дальнему Востоку) позволяет именно эти регионы выдвигать в качестве ключевых и ведущих партнеров российско-тайваньского сотрудничества. К тому же кооперация между регионами (субъектами) РФ и КНР выглядит политически корректно и не задевает чувств официального Пекина»[7].
 
Другой пример политико-экономических возможностей сотрудничества – Вьетнам, который играет все более важную рол в Юго-Восточной Азии и который пытаются активно использовать США против Китая. Эта 75-и миллионная страна имеет очень скромный товарооборот с Россией в 3 млрд. долл., что, естественно, учитывая историю советско-вьетнамских отношений дает большой резерв в развитии не только торгово-экономических, но и военно-политических связей. В июле 2012 года, кстати, прошли переговоры В. Путина с президентом Вьетнама Чыонг Тан Шангом, который прилетел в Россию с пятидневным визитом. Основными темами встречи стали крупные совместные проекты и развитие торговли, которая сейчас растет внушительными темпами, а также использование базы в Камрань ВМФ России.
 
Владимир Путин, президент РФ: «Отмечу, что в 2011 году объем товарооборота между нашими странами увеличился более чем на четверть и составил более трех миллиардов долларов. А за первые пять месяцев текущего года, прирост составил и вовсе 54,5%. Сегодня подписан план совместных действий и меморандум об обмене стратегическими данными между национальными таможенными службами. Надеемся, что это тоже внесет свой позитивный вклад в развитие торгово-экономических связей».
 
По итогам переговоров стороны также подписали совместное заявление, договорившись и дальше сотрудничать в области разведки и добычи нефти и газа на шельфе Вьетнама, а также строить первую на территории страны АЭС. К 2015 году Москва и Ханой намерены довести объем торговли до пяти миллиардов долларов»[8].
 
«Развитие сотрудничества с АТР на перспективу до 2020 г. является ключевым направлением диверсификации географических связей российской экономики. Это определяется:
 
– структурными характеристиками развития России: по численности населения, размеру территории, ресурсной базе, уровню развития транспортной, энергетической, социальной инфраструктуры экономика России к западу и к востоку от Урала имеет глубокие качественные отличия;
 
– структурой транспортных издержек: регионы России к востоку от Урала объективно тяготеют к сотрудничеству с близлежащими территориями АТР;
 
– сопоставимостью масштабов рынков ЕС и АТР как двух крупнейших в мире интегрирующихся пространств — потенциальных рынков российской продукции (в т. ч. сырьевой).
 
К сдерживающим моментам для российского экспорта в АТР относятся развернутость экспортной инфраструктуры топливно-энергетического комплекса России в западном направлении, а также усиливающаяся конкуренция с азиатскими странами в базовых отраслях обрабатывающей промышленности. Почти незадействованными оказываются возможности для участия российских компаний в цепочках добавленной стоимости (на этапах разработки и инжиниринга, для сложной немассовой продукции — включая размещение производств), которые могут внести существенный вклад в ослабление сырьевой специализации России.
 
Стратегия ускорения модернизации России не выполнима без использования финансовой, инновационной, инвестиционной мощи АТР как ресурса развития экономики страны. Приоритетным партнером России в АТР выступает Китай. Стремительные изменения в экономике Китая (в плане качественных сдвигов в структуре внутреннего спроса и новых инвестиционных возможностей) открывают стратегические перспективы для модернизации России, одновременно оказывая влияние на выбор приоритетов сотрудничества со странами АТР в целом»[9].
 
 
Что непосредственно отражается на экономическом положении регионов Сибири и Дальнего Востока. В частности, если говорить об иностранных инвестициях, то эти регионы выступают безусловными лидерами в рейтингах, отставая от других регионов России практически по всем другим показателям[10].
 
 
В этой связи необходимо обратить внимание на некоторые общие тенденции. Так, важно, например, отметить, что за 2000–2010 годы существенно выросли мировые цены на сырьё[11].
 
В некоторой степени высокие темпы роста внешней торговли азиатских стран, демонстрируемые с начала века, объясняются повышением цен на сырье и снижением курса доллара в наступившем столетии. Так, в 2000–2010 годах средние долларовые цены на сырьевые товары повысились почти в два с половиной раза.
 
 
Анализ устойчивых процессов в мировой экономике указывают на неизбежность дальнейшего роста ресурсо- и энергопотребления как минимум всю первую половину XXI века. По прогнозам, в региональном плане рост глобальных потребностей в сырьевых и энергетических ресурсах будет происходить, в первую очередь, за счет Китая, Индии, Индонезии, Вьетнама и других стран АТР. Спрос на нефть, газ, металлы будет увеличиваться там под воздействием экономических, технологических и демографических факторов.
 
Усиление роли России на энергетических рынках АТР может происходить за счет развития горно-металлургической, нефтяной, газовой, угольной промышленности и электроэнергетики на востоке страны на новейшей технологической основе (в том числе соответствующей современным экологическим стандартам), участия в развитии и эксплуатации объектов перерабатывающей, транспортной и энергетической инфраструктуры в странах региона.
 
На данном историческом этапе имеются весьма благоприятные условия для движения России на восток, отвечающего стратегическим интересам нашей страны. В целом государства АТР не выдвигают каких-либо неприемлемых для РФ условий или препятствий политического, экономического, идеологического или военного характера для самого широкого участия России во всех региональных делах.
 
Одним из важных направлений реализации интересов России в АТР является обеспечение социально-экономического развития Восточной Сибири и Дальнего Востока за счет эффективного освоения природно-ресурсного и энергетического потенциала, развития транспортной инфраструктуры и повышения качества жизни населения.
 
Эффективное освоение российским бизнесом (с выверенным участием иностранного капитала) энергетического потенциала и других природных ресурсов Восточной Сибири и Дальнего Востока и на этой основе развитие высокотехнологичных отраслей перерабатывающей промышленности – важное условие сохранения национального суверенитета России над обширными восточными территориями.
 
О.А. Подберезкина
_____________
 
[1] Путин В.В. Быть сильными: гарантии национальной безопасности для России // Российская газета. 2012. 20 февраля. С. 1.
 
[2] Концепция внешней политики Российской Федерации. Утверждена Указом Президента РФ/ 12 июля 2008 г.
 
[3] Концепция внешней политики Российской Федерации. Утверждена Президентом России В.В. Путиным 13 февраля 2013 г. / президент.рф
 
[4] Сапожков О. В Дальний Восток поверили без денег // Коммерсант. 2013. 3 апреля. С. 8.
 
[5] Лузянин С. Сибирь и Дальний Восток на саммите АТЭС // Российская газета. 2012. 24 июля. С. 3.
 
[6] Лузянин С. Тайваньский «дракон» в АТЭС // Эл. ресурс: портал МГИМО(У). 24 июля 2012 г. / http://www.mgimo.ru/system/
 
[7] Лузянин С. Тайваньский «дракон» в АТЭС // Эл. ресурс: портал МГИМО(У). 24 июля 2012 г. / http://www.mgimo.ru/system/
 
[8] Президент Вьетнама побывал с визитом у Владимира Путина в Сочи / Эл. ресурс «НТВ.RU». 27 июля 2012 г. / http://www.ntv.ru/novosti/315934/
 
[9] Стратегия-2020: Новая модель роста – новая социальная политика. Итоговый доклад о результатах экспертной работы по актуальным проблемам социально-экономической стратегии России на период до 2020 г. М.: ВШЭ, 2012. Март. С. 818.
 
[10] Рейтинг социально-экономического положения субъектов РФ. Итоги 2011 / М.: РИА Рейтинг, 2012. С. 27.
 
[11] Потапов М.А., Салицкий А.И., Шахматов А.В. Экономика современной Азии: Учебник. М.: Международные отношения, 2011. С. 172.
 
[12] International Trade Statistics-2010. Geneva: WTO. 2010. P. 234.

 

  • Эксклюзив
  • Аналитика
  • Невоенные аспекты
  • Россия
  • США
  • Китай