Состояние военно-технического сотрудничества между Россией и Украиной: проблемы и перспективы.

Версия для печати

Материал подготовлен Михаилом Симутовым на основе серии интервью с экспертом по вопросам безопасности Алексеем Ижаком.

Современное состояние отношений в военно-технической сфере между Россией и Украиной характеризуется значительным переплетением сотрудничества и конкуренции по различным направлениям, которое обусловлено, прежде всего, единой научно-технической базой, заложенной еще в Советский период совместной истории двух государств.

Для определения основных точек соприкосновения в оружейной политике двух государств необходимо разграничить несколько моделей российско-украинских отношений в сфере производства и продажи оружия. Эксперты с украинской стороны отмечают наличие нескольких подобных моделей:

Первая модель представляет собой связанный экспорт, в наибольшей степени проявляющийся в рамках российских поставок в Индию и Китай. Экспорт авиационной техники и боевых кораблей сопровождается заказами для украинских производителей авиационных ракет и корабельных двигателей. В настоящее время такой симбиоз наиболее ярко проявляется при экспортных поставках российских вертолетов всех моделей, монопольным производителем двигателей для которых является Украина.

Вторая модель – это поставки из арсеналов. К ним относятся старые, отремонтированные, модернизированные советские оружейные системы. Сюда относится стрелковое оружие, бронетехника, артиллерия, средства противовоздушной обороны и фронтовая авиация. Получателями являются, в основном, страны Африки. В этом секторе торговли существует конкуренция. Однако она смягчается тем фактом, что Украина и Россия находятся в разных весовых категориях

Третья модель – постсоветские разработки. Украина имеет сильные позиции по бронетехнике, широкофюзеляжным самолетам, ракетному вооружению, катерам. Сохраняется монополия на корабельные энергетические установки и вертолетные двигатели. Но по большинству направлений Россия и Украина занимают разные ниши рынка и не конкурируют, скорее, дополняют друг друга.  Явный конфликт имеет место только в сфере бронетехники – украинский танк Т-84 против российского Т-90, украинский БТР-3Е и БТР-4 против российского БТР-82.

Четвертая модель – поставки вооружений Китаю. В последние годы Китай отказался от масштабных закупок в России в пользу создания собственной военной продукции на основе советских и российских образцов вооружений. При этом сохраняется интерес к некоторым ключевым технологиям, которые все еще не воспроизведены на китайской стороной причине явного отставания в научно-технологической базе. Китай склонен покупать небольшие партии высокотехнологической продукции. Такие контракты неинтересны России, но привлекательны для Украины.

В целом, в том, что касается современного состояния российско-украинских отношений в сфере ВТС, отмечается сложная картина, где партнерство переплетено с конкуренцией. Данный факт, безусловно, необходимо учитывать при анализе возможностей расширения двухсторонних отношений в рамках ВТС, которые наиболее реализуемы по следующим перспективным направлениям:

В первую очередь речь идет о кораблестроении и вертолетной промышленности. К данному направлению относятся заказы на поставку российским предприятиям украинских силовых установок для судов различных классов, а так же перспектива заключения договоров по включению крупнейших верфей Украины в процесс ремонта и последующей модернизации кораблей российского флота. Наиболее ярким примером являются продолжающиеся переговоры между Министерства промышленности и торговли Российской Федерации и «Черноморский судостроительный завод» в Николаеве. В рамках вертолетной промышленности, как и в случае с судостроением, значительная часть двигателей для большинства российских вертолетов закупается на заводах Украины. В 2011 году «Мотор Сич» и «Вертолеты России» заключили контракт суммой $ 1,2 млрд на поставку двигателей в течение 2012-2016 годов. Это наиболее объемный из действующих контрактов «Мотор Сич», на который приходится около 25 % годового производства украинского предприятия.

Не стоит забывать и о таком перспективном направлении, как авиационная промышленность. В данном направлении, как и в случае с производством вертолетов и судостроением, общая технологическая база позволяет Украине встраиваться в оружейные контракты России. В области авиастроения есть перспектива совместного производства Ан-70 и, возможно, военных вариантов Ан-148. Но пока экономическая составляющая этих проектов в общей массе ВТС незначительна. 

Отдельным направлением, заслуживающим особого внимания, является Ракетно-космическая отрасль. На сегодняшний день сохраняется участие Украины не только в продлении сроков эксплуатации российских МБР советской постройки. В области ракетостроении к смежным с ВТС проектам относится производство украинской стороной  конверсионных баллистических ракет «Днепр», используемых для космических запусков, и совместное с российской стороной участие в международном проекте «Морской старт». Трудности, которые возникли в 2012 году с «Днепром», после требований России пересмотреть финансовые параметры, и в начале 2013 с «Зенитом», предполагающие вероятность консервации «Морского старта» после аварийного пуска, имеют «коммерчески-политическую» природу.

Отдельно стоит упомянуть возможности использования существующих украинских ракет «Зенит» и «Циклон» и их будущих модификаций для выведения российских военных спутников и «полувоенной» системы глобального позиционирования «Глонасс». По последнему пункту сотрудничество может развиваться еще по двум важным направлениям. К ним относится производство электроники для приемных устройств «Глонасс» и развертывание системы наземной коррекции, без которой «Глонасс» не будет коммерчески успешным. Россия и Казахстан ведут сложные переговоры относительно режима пусков с «Байконура», и перспективы использования украинских ракет зависят от их успешности.

И все же на пути реализации даже малой части перечисленных направлений российско-украинского сотрудничества в рамках ВТС встают серьезные барьеры, имеющие зачастую откровенно политическую основу.

Основным препятствием является отсутствие взаимных гарантий неиспользования взаимозависимости в сфере ВТС в интересах третьих стран. Монопольное производство Украиной целого ряда продукции ОПК в рамках сотрудничества с Россией в ВТС, создает для  российской стороны во многом иллюзорные опасения возникновения серьезных рисков, связанных с сохраняющейся возможностью заключения двухсторонних соглашений между Украиной и НАТО или ЕС. Именно поэтому Россия неуклонно идет по пути импортозамещения украинских комплектующих.

На практике же, в современном мире производственные программы в сфере вооружений и военной техники становятся все более глобальными и все меньше зависят от военно-политических обязательств. Наиболее ярким примером является контракт на покупку «Мистралей», в которых даже в случае производства на российских верфях система управления будет устанавливаться исключительно французской стороной. Помимо прочего, холдинг «Вертолеты России», компенсируя сокращения объемов поставок украинских двигателей для российских предприятий, заключает соглашения с канадскими производителями. Трудно назвать эти поставки более надежными, чем соглашения с Украиной, так как проект был заторможен войной в Северной Осетии и Абхазии, но факт на лицо. Закупает Россия у стран НАТО и более простыне технологии – электронику, броню, тренажеры.

Кроме того, эксперты отмечают, что между Украиной и Россией нет согласованного понимания допустимого уровня взаимозависимости. К примеру, для развития существующих направлений российско-украинского сотрудничества в рамках ВТС Россия хочет от Украины серьезных гарантий в виде бескомпромиссного согласия на членство в Таможенном союзе, которое повлечет за собой долговременные экономические и политические последствия. При этом относительно сотрудничества с Францией и Германией гарантиями для России является выгодность самого сотрудничества без всякого членства в Таможенном союзе.

Да, беспокойства обеих сторон имеют свои основания, но есть много надуманного. Украине стоит понять, что ни одна страна мира не покупает вооружения и военную технику просто так, только потому, что они лучше по соображениям «эффективность-стоимость», и Россия не исключение. Если продукт создается совместно, то и обязательства должны быть совместными. На монопольную зависимость Россия не согласиться никогда и будет от нее избавляться.

Со своей стороны, России нужно понять, что «Русский мир» не заменяет инвестиций. Украинская оборонная промышленность выживет и без Таможенного союза. Российский рынок для Украины по тем же вертолетным двигателям – только четверть производства. Разрыв кооперации с Россией был бы крайне болезненным, но не смертельным.

Большинство экспертов сходится на том, что универсального решения здесь нет, но есть надежда, что напряженный диалог двух стран последних лет даст лучшее понимание взаимных интересов и позволит развивать совместные проекты по тем направлениям, где взаимная выгода ощущается обеими сторонами.

​Автор: Михаил Симутов

  • Аналитика