Значение взаимоотношений между ЛЧЦ для формирования международной и военно-политической обстановки в XXI веке

Версия для печати

В XXI  веке успешными будут государства, способные воспользоваться историческим  опытом для интеграции современных показателей силы и  жизнеспособности[1]

А.  Цыганков, профессор Калифорнийского университета

 

Война  — это вооруженное столкновение между двумя независимыми политическими единицами с  использованием организованной военной силы в  целях проведения государственной политики[2]

К.  Клаузевиц

 

Усиление значения и  роли отдельных ЛЧЦ для формирования международной обстановки ведет к  неизбежному усилению влияния цивилизационного фактора на формирование производной от МО военно-политической и  стратегической обстановки.

Эти отношения между ЛЧЦ  — отношения «высшего уровня», определяющие во многом как будущее всей человеческой цивилизации, так и  во многом определяющие развитие тех или иных сценариев международной обстановки и, как следствие,  — военно-политической обстановки, стратегической обстановки, а  также характер международных войн и  конфликтов.

Эта общая логика и  последствия развития отношений между ЛЧЦ неизбежно отводят особую роль определению сценариев развития отношений как между ЛЧЦ, так и  внутри ЛЧЦ. Этот «высший уровень» определяет и  направленность развития тех или иных сценариев МО. Так, теоретически, можно выделить следующие сценарии развития отношений между ЛЧЦ в  XXI  веке в  качестве возможных и  вероятных (рис. 1).

 Рис. 1. Возможные и вероятные сценарии развития отношений между ЛЧЦ в XXI веке

Как видно из предлагаемой схемы, решающее значение для определения будущего сценария развития МО-ВПО-СО имеет точный выбор того или иного сценария развития отношений между ЛЧЦ. Так, если, например, выбор будет в  пользу будущего сценария «Партнерства ЛЧЦ», т.е. близкого сотрудничества между ЛЧЦ, то и  все мировое развитие пойдет по этому пути. Из сценария «Партнерства ЛЧЦ» вытекает, непублично, очень высокий уровень сотрудничества и  отсутствие противоборства, а  тем более конфронтации. Не говоря уже о  сценариях военно-силового противоборства.

На рисунке рассмотрен, в  качестве наиболее вероятного, сценарий «Противоборства ЛЧЦ», который может быть реализован (условно) в  одном из трех сценариев развития МО, а  тот, в  свою  очередь в  различных сценариях ВПО. Не вдаваясь в  подробную аргументацию и  обоснование того, почему я  рассматриваю этот сценарий в  качестве наиболее вероятного (основной аргумент остается прежним: стремление западной ЛЧЦ не допустить силовыми и  военными средствами изменения ситуации в  мире), я  попытался очень схематично показать вероятное развитие этого сценария и  превращение его в  сценарии МО, ВПО, СО, а  также войн и  конфликтов.

В то же самое время следует иметь в  виду два принципиальных соображения. Во-первых, теоретически возможным остается и развитие других сценариев взаимоотношений ЛЧЦ, а, во-вторых, внутри самого процесса развития ЛЧЦ происходят революционные изменения и  смена парадигм, которые неизбежно приведут к  радикальным сдвигам в  отношениях между ЛЧЦ в  перспективе 15-20  лет. Ряд исследователей иллюстрируют эту мысль следующим образом (рис. 2).

Рис. 2. Классификация революций в динамике цивилизаций

С конца ХX  в. пришло время постиндустриальной цивилизационной революции. По сравнению с  предшественницей она носит более глубокий и  радикальный характер, охватывает более длительный временной отрезок, поскольку в ее основе лежит переход к очередному историческому суперциклу в  развитии глобальной цивилизации, формирование пятого поколения локальных цивилизаций, становление интегрального социокультурного строя[3].

Переход от одного поколения цивилизаций к  другому всегда  — смена исторического качества, иными словами  — революция. Как раз такая цивилизационная революция  — смена поколений цивилизаций  — происходит в  наше время: «Мы находимся внутри процесса смены исторических  эпох… Логика всемирно исторического процесса позволяет предположить, что по завершении переходной эпохи сформируется новое поколение локальных цивилизаций». Можно согласиться с  этой позицией[4].

Это выражается, в  частности, в  том, что развитие вероятных конфронтационных сценариев отношений между отдельными ЛЧЦ в  XXI  веке неизбежно имеет следствием усиление не только силовых, но и  военных инструментов политики. Так, наиболее вероятный сценарий развития МО в  XXI  веке это сценарий «Военно-силового противоборства ЛЧЦ», который (в  соответствии с  долгосрочным прогнозом до 2040  года) будет реализован в  одном из своих военно-силовых вариантов в  зависимости от конкретных внешних и  внутренних условий. В  самом общем виде этот сценарий представляет собой следующую логическую последовательность (рис. 3)[5].

Рис. 3. Логика развития сценариев МО и ВПО

Главное, что следует из подобной логики, это то, что наиболее вероятным сценарием развития МО в  XXI  веке является сценарий глобального «Военно-силового противоборства ЛЧЦ», который реализуют уже в  настоящее время США и  возглавляемая ими западная ЛЧЦ. Именно из этого сценария (в  одном из его конкретных вариантов) формируется будущее человечества, где роль военной силы и  ее составляющих в  формировании конкретной стратегической обстановки и  более общей военно-политической обстановки будет решающей. Поэтому полезно посмотреть на эту логику развития МО  — ВПО  — СО с  более «высокой» точки зрения отношений между основными ЛЧЦ в  XXI  веке[6].

>>Полностью ознакомиться с аналитическим докладом А.И. Подберёзкина "Стратегия национальной безопасности России в XXI веке"<<


[1] Цыганков А. Сильное государство: теория и  практика в  XXI  веке / Россия в  глобальной политике. 2015. Март-апрель.  — С. 16.

[2] Шнирельман В. А. У  истоков войны и  мира. Война как предмет исследования.  — М. 1994.  — С. 56.

[3] Кузык  Б. Н., Яковец  Ю. В. Цивилизации: теория, история, диалог, будущее. Т. I. Теория и  история цивилизаций.  — М.: Институт экономических стратегий, 2006.  — С. 406-407.

[4] Там же.  С. 408.

[5] Подберезкин  А. И., Соколенко  В. Г., Цырендоржиев  С. Р. Современная международная обстановка: цивилизации, идеологии, элиты.  — М.: МГИМО-Университет, 2014.  — С. 50.

[6] Там же.  С. 58-66.

 

11.11.2017
  • Эксклюзив
  • Военно-политическая
  • Органы управления
  • Глобально
  • XXI век