Тернистый путь на Ракку и американская агрессия против Сирии

Последние месяцы войны в сирийской зоне конфликта в очередной раз показали, насколько в ней и вокруг нее велика военно-политическая и стратегическая нестабильность. Особенно это проявляется в деле взятия столицы Исламского государства города Ракки. Так в начале марта начальник Главного оперативного управления ВС РФ С. Рудской заявил, что Сирийские правительственные войска Б. Асада без препятствий вошли на территорию курдского ополчения возле города Манбидж. Как следствие, операция "Щит Евфрата", проводимая турецкими войсками с использованием протурецких боевиков из Сирийской Свободной Армии (ССА), лишилась возможности для своего дальнейшего наступления из-за того, что путь к югу от города Аль-Баб - ранее крупнейшего оплота Исламского государства на севре Сирии - оказался отрезан. Важно отметить действия сирийцев на фоне астанинских переговоров между Россией, Ираном, Турцией, представителями сирийского правительства и т.н. оппозиции. Практически нет никаких сомнений о принятии Дамаском данного решения не самостоятельно, а при теснейшей координации с Москвой и Тегераном, поскольку для выхода к Евфрату сил одних только сирийцев недостаточно. Из этого следует вывод о нежелании России и Ирана допускать турок к столице Исламского государства и давать возможность Анкаре усиливать позиции в зоне конфликта с учетом огромной стратегической значимости Ракки. Безусловно, здесь сыграли роль и переговоры с курдами, которые, при координации с Вашингтоном, согласились на ввод сирийских сил в Манбидж. При этом там же были замечены и представители американских вооруженных сил и суммарно данные факторы практически исключили возможность для турок продвигаться на юг прежним путем. 

Реакция Анкары не заставила себя долго ждать. При всех формально-партнерских отношениях между Россией и Турцией в реальности между странами остаются серьезные противоречия, скрываемые за фасадом сотрудничества. В результате, турки, позиция которых позволила состояться переговорам в Астане, одновременно с этим дали команду подконтрольным группировкам в провинции Идлиб начать совместную атаку с террористическим конгломератом Хайят Тахрир аш-Шам (ХТШ) на позиции правительственных сил к северу от города Хама. В итоге боевики сумели подступить к окраинам города Мхарда [1]. С другой стороны отмечается, что добиться серьезного взаимодействия между ХТШ и Ахрар аш-Шам не удалось из-за противоречий между ними. Последнее в существенной степени обусловлено переговорами в Астане, которые не поддержал целый ряд группировок, впоследствии вошедших в ХТШ, что привело к конфликту между новообразованным террористическим объединением и Ахрар аш-Шам и рядом примкнувших к ней группировок. Однако, несмотря на определенные успехи со стороны боевиков, усилия проправительственных сил позволили избежать дальнейшего продвижения террористов в сторону Хамы и вернуть под контроль порядка 80% утраченных территорий [2]. Впрочем, обстановка вокруг Хамы все еще далека от нормализации.

Таким образом, расчет турок не оправдался. Поддерживаемая ими Ахрар аш-Шам и ССА (по мнению некоторых экспертов, наступление на Хаму "оппозицией" согласовано c Анкарой [3]), не сумели достигнуть серьезного успеха и стать полноценным ответом Анкары на перекрытие ей пути для дальнейшего наступления в ходе операции "Щит Евфрата". Соответственно турецкому руководству ничего не оставалось, кроме как объявить об окончании операции, что и сделал 29 марта премьер-министр Турции Б. Йылдырым на заседании национального совета безопасности [4]. С другой стороны президент Турции Р. Эрдоган предсказуемо заявил о готовности Турции "к новым операциям в других регионах, чтобы побороть террористические организации" [5]. В ответ на это посол Сирии в России Рияд Хаддад назвал "планы Анкары начать новую операцию в Сирии, как и нахождение турецких войск на территории Сирии, вопиющей агрессией против суверенитета страны" [6]. Также посол отметил передвижение Турцией в одностороннем порядке государственной границы вглубь территории Сирии в районе реки Африн и добавил, что "Турция воспользовалась высыханием реки Африн к юго-западу от города Жендерис и перенесла колючую проволоку, которая отмечает границу между нашими странами, вглубь нашей территории, будто это уже турецкие земли. Таким образом, происходит захват сирийских земель" [7]. Кроме того, по словам посла, Турция подводит тяжелую технику в провинцию Идлиб.

Реакция Анкары более чем очевидна. Несмотря на результат операции "Щит Евфрата" в виде создания клина между курдскими кантонами, соединение их через контролируемую сирийцами территорию явно не входит в планы Анкары. Собственно поэтому турецкий президент немедленно заявил о готовности проводить новые операции для борьбы с террористами, к которым Турция относит курдские формирования, например, Отряды народной самообороны. В официальных турецких СМИ уже озвучивались планы по дальнейшим действиям. Так, в частности, газета Anadolu сообщала о террористической опасности в иракском городе Синджар со стороны боевиков Рабочей партии Курдистана, который расположен вблизи сирийской границы [8]. Если турки решат продолжить свою борьбу против курдов, а сомневаться в этом не приходится, то подобным образом может быть озвучен один из планов Анкары по дальнейшему препятствованию интеграции курдских земель. Кроме того, озвучивались и планы по возможному походу на Ракку турецких сил напрямую через северную Сирию в районе Тель-Афара. В случае реализации подобной идеи, туркам придется преодолеть сопротивление курдов и стоящих за ними американцев. Также можно с уверенностью говорить о том, что последующие операции не начнутся ранее конституционного референдума в Турции, запланированного на 16 апреля текущего года, на котором будет поставлен вопрос о переходе от парламентской форме правления к президентской.  

При этом на текущий момент администрация Д. Трампа явно сделана ставку именно на курдские силы, проводящие при поддержке Вашингтона операцию "Гнев Евфрата" с целью окружить столицу Исламского государства. Отряды Сирийских демократических сил с помощью американской коалиции сумели перейти реку Евфрат и взять в окружение город Аль-Тавра (Табка). Кроме того, поступает информация о повреждениях дамбы Табка (расположена на водохранилище Эль-Ассад), которая частично обрушилась из-за авианалета или артобстрела. В случае ее разрушения под угрозой затопления могут оказаться все близлежащие населенные пункты. Здесь хотелось бы сделать одно историческое отступление, которое нелишне спроецировать на день сегодняшний и нынешнюю военно-политическую обстановку. Во времена Корейской войны США бомбили практически все объекты инфраструктуры, включая водохранилища и плотины, а генерал К. Лемэй (в конце Второй Мировой войны командовал массированными бомбардировками зажигательными бомбами японских городов, включая и Токио) в свое время предлагал то же самое сделать и во Вьетнаме. Соответственно версия о целенаправленном ударе по плотине смотрится не слишком экзотической. Впрочем, сценарий сознательного затопления Ракки крайне маловероятен, тем более по инициативе правительства Сирии под руководством директора плотины Табка проводились работы по восстановлению заслонок [9].

Куда важней понимание факта ставки американцев на курдов и переключение внимания именно на Исламское государство, которое в числе приоритетов занимает одно из первых мест. Причем, смена приоритетов воспринята в американском истеблишменте, мягко говоря, неоднозначно. Так ранее официальный представитель США в ООН Н. Хейли заявила, что "нашим приоритетом больше не является цель убрать Асада. Наш приоритет - реально понять, что делать, с кем мы должны работать, чтобы изменить жизнь народа Сирии" [10]. Буквально менее чем через неделю после этого заявления, Национальная коалиция оппозиционных и революционных сил Сирии 4 апреля сообщила о гибели десятков человек в результате атаки с применением химоружия в Хан-Шейхуне (провинция Идлиб) и естественно вину за атаку организация возложила на правительственные войска. Причем, последовали обвинения некоторыми западными СМИ, что к удару якобы причастны российские самолеты. Данное заявление опровергнуто российским Минобороны, отметившим, что распространившее данную информацию агентство Reuters "умудрилось переврать даже первоисточник этой новости - британскую "Обсерваторию прав человека в Сирии", ничего об этом не заявлявшую" [11]. Уже на следующий день Д. Трамп сказал, что его "отношение к Сирии и Асаду изменилось очень сильно", химатака "перешла все границы" и стала для него "красной чертой" [12]. Фактически, если оценивать происходящее со стороны, одной атакой приоритеты Д. Трампа изменились кардинальным образом, а его заявления о "красной черте" очень сильно напоминают ситуацию 2013 года, когда произошла известная провокация в Восточной Гуте также с применением химического оружия. Тогда Б. Обама аналогично заявлял о "красной черте", из-за чего его едва не вынудили начать атаку на позиции правительственных сил. Как известно, ситуацию удалось разрядить во многом благодаря усилиям российской дипломатии, предложившей ликвидировать сирийское химическое оружие. При этом, несмотря на деэскалацию и создания ситуации, при которой наносить прямой военный удар по Б. Асаду уже не было необходимости, у подобного решения имелись и свои побочные эффекты, в частности, возникший стратегический дисбаланс; химоружие в Сирии до некоторой степени уравновешивало обладание ядерным оружием Израиля.

С позиции ситуации на начало апреля 2017 года за химатакой могут стоять те же силы, которые стремятся взять под контроль окружение Д. Трампа и его внешнюю политику. Практически не вызывает сомнений в наличии среди разведывательного сообщества США, а также в Конгрессе очень влиятельных противников некоторых внешних шагов Д. Трампа. К таковым относится и отказ рассматривать свержение Б. Асада среди важнейших целей войны. Здесь следует отметить, что война началась еще в первую каденцию Б. Обамы и с тех пор в нее вовлеклась гигантская машина национальной безопасности США, перераспределены потоки ресурсов и чисто психологически многие высокопоставленные чиновники спецведомств, не говоря про их рядовых сотрудников, не в состоянии быстро перестроиться. Слишком много вложено в дело демонтажа сирийского правительства, чтобы после более шести лет войны изменить свои цели. Бюрократическая машина такого масштаба не обладает соответствующей гибкостью, а с учетом противодействия Д. Трампу изменение позиции крайне затруднительно. Несомненно, сюда же можно отнести отстранение генерала М. Флинна с поста советника по национальной безопасности, а также недавний вывод С. Бэннона (советника Д. Трампа по стратегическим вопросам) из состава Совета по национальной безопасности (СНБ). Возглавлявший штаб Д. Трампа во времена предвыборной президентской компании, С. Бэннон является одним из его ближайших соратников и имеет множество противников как внутри Белого дома, так и за его пределами, например, в стане Республиканской партии. Его вывод из СНБ означает, что в составе основного консультативного органа, вырабатывающего внешнюю политику США, станет меньше на одного неугодного американскому истеблишменту человека, зато прибавились лица, не испытывающие никаких симпатий, например, к России - председатель ОКНШ Д. Данфорд и новый советник по национальной безопасности Р. Макмастер. Цепь событий как внутри США, так и за их пределами с высокой вероятностью указывает на стремление очень влиятельной части американского истеблишмента поставить действия Д. Трампа под свой контроль и на текущий момент у его противников имеются заметные успехи.

Возвращаясь к вопросу о Сирии отметим, что выработка планов новой администрации сопряжена с внутриполитическими коллизиями в США и не учитывать их при анализе развития обстановки в Сирии нельзя. Так ранее телеканал CNN с ссылкой на источник в Пентагоне, сообщил о возможности разместить сухопутные войска на территории Сирии [13] для борьбы с Исламским государством. Как следствие, разговоры о "красной черте" и изменении отношения Д. Трампа к Б. Асаду должны были иметь последствия. К слову, упомянутая Н. Хейли позже заявила, что в случае если СБ ООН не сможет принять совместные меры против  Б. Асада в связи с химатакой в провинции Идлиб, то ряд стран могут пойти на принятие "односторонних мер". По ее словам "когда ООН в очередной раз терпит неудачу и не может принять на себя ответственность в принятии решения о коллективных мерах, в жизни государств наступает момент, когда они должны принимать меры самостоятельно" [14]. После таких слов прямая агрессия США против Б. Асада стала практически неизбежной, даже несмотря на его поддержку со стороны России и Ирана. Словами на таком уровне не разбрасываются и если есть угроза, то ее следовало воплощать в жизнь - в противном случае остальные воспримут бездействие как поражение и потерю лица. Собственно Д. Трамп сразу же заявил конгрессменам о рассматривании им возможности военных действий в отношении Сирии после инцидента с химическим оружием в Идлибе [15]. Угроза оказалась непустой: ночью 7 апреля последовал удар крылатыми ракетами "Томагавк" по авиабазе Шайрат в провинции Хомс, запущенные в количестве 59 штук с эсминцев "Росс" и "Портер". Удар был нанесен в обход СБ ООН и без согласования с Конгрессом, что фактически является актом государственного терроризма со стороны США. После этой атаки стало совершенно понятна быстрота реакции администрации Д. Трампа. Все слова американцев о том, что Б. Асад не является приоритетом для Вашингтона, являлись отвлекающим маневром перед последовавшей провокацией с химатакой. Теперь любое действие сирийцев может быть использовано США в качестве повода для нанесения удара по сирийским военным объектам. То, чего не решался сделать за все шесть лет войны Б. Обама, новая администрация совершила на третий месяц с момента своего образования. При этом действия нынешней администрации полностью попадают в логику антииранской риторики Д. Трампа, который нанес удар по одному из ключевых союзников персидского государства (о противодействии Ирану автор давал более подробный анализ в статье [16]).

Таким образом, США демонстрируют три основных направления своей политики в Сирии. Первое - открытая агрессия в отношении правительства Б. Асада, второе - продолжение спонсирования и оказания помощи террористическим группировкам, третье - поддержка курдов в операции "Гнев Евфрата". Причем, на операции по взятию Ракки замыкаются интересы целого ряда игроков регионального и глобального значения. Основные вопросы, связанные с ней, заключаются в том, остановятся ли американцы на использовании только курдов при финальной стадии освобождения города от Исламского государства или же пойдут на некий компромисс с турками и в той или иной форме привлекут их для этой миссии. К слову, после удара США турки призвали создать бесполетную зону и на этот раз такая вероятность весьма велика. Не исключено, в Анкаре появился расчет на поражение Б. Асада и возможности прорваться вдоль русла Евфрата к Ракке. Если Вашингтон решился на прямую агрессию против Сирии, то более мелкие фигуры на международной арене вполне могут последовать его примеру. Соответственно вопрос о том, как именно начнет действовать Анкара после референдума остается открытым. Для турок наличие курдской угрозы давно стоит на первом месте и использование темы освобождения Ракки, безусловно, является для них лишь поводом не допустить образования Рожавы вдоль турецкой границы. Тем более помимо курдов у Анкары с Вашингтоном есть противоречие в лице Ф. Гюлена, которого турки от американцев требуют им выдать. Если по этим ключевым пунктам не будет найдено компромисса, то Р. Эрдоган вполне может начать действовать по вышеописанным сценариям, расширяя созданную им оккупационную зону. Далее, не менее важен сценарий продолжения военных действий против Б. Асада террористическим интернационалом, поддерживаемым целым рядом стран Ближнего Востока и Запада. Отслеживая и анализируя текущую обстановку в зоне конфликта, можно с уверенностью сказать, что практически все перемирия, достигаемые за последние годы, проваливались из-за неустранимых противоречий между силами, стоящими за той или иной стороной конфликта. Не допуск турок к Ракки вдоль русла Евфрата автоматически вызвал реакцию со стороны Анкары, которая немедленно дала команду протурецким группам активизироваться в Хаме, завершила операцию "Щит Евфрата" и объявила о готовности новых операций. Этим фактически обесцениваются любые попытки добиться перемирия, поскольку турки спонсируют значительную часть боевиков. Как все ее будущие операции будут согласованы с администрацией Белого дома можно только догадываться, хотя наиболее логичным смотрится очередное разделение Сирии на сектора ответственности с учетом изменения стратегической обстановки в последние месяцы войны. Практически не осталось сомнений, что Вашингтон параллельно с операцией по взятию Ракки (а в ее конечном успехе практически нет сомнений) станет проводить борьбу с Б. Асадом. Данный вывод следует из антииранской позиции новой администрации, поскольку правительство в Дамаске является одним из дружественных к Ирану режимов. Таким образом, противодействие Тегерану состоит в решении одновременно двух задач - в освобождении Ракки с последующим взятием ее курдами и ослаблении Б. Асада путем нанесения дистанционных ударов по военным объектам и, не исключено, позициям САА. Огромная логистическая и стратегическая значимость Ракки позволяет ей стать форпостом на пути к расширению влияния Ирана в интересах его геополитических противников, а поражение Б. Асада будет означать для иранского руководства исчезновение силы, на которую отвлекаются террористические формирования, отводящую их сейчас от самого Ирана. Кроме того, одновременно с этим активизировались боевики Исламского государства в районе Пальмиры, что также является следствием агрессии США.  

Для России в целом ситуация все также находится в состоянии стратегического тупика с перспективой деградации. Пока борьба с терроризмом "на дальних подступах" показывает свою неэффективность, поскольку логика "чем больше ликвидируем там, тем меньше вернется сюда" в текущих условиях не работает, поскольку не ликвидируются условия для терроризма, причем, как за пределами России, так и внутри нее. Поддержка Б. Асада рано или поздно приведет к выбору дальнейших действий после прямого удара США и последующей активизации атак боевиков против правительственных сил из-за существенно возросших рисков. Соответственно, российскому руководству необходимо проанализировать данный сценарий и найти способ адекватного ответа на новый вызов для недопущения нежелательного развития обстановки в сирийской зоне конфликта.  

Автор: Стригунов Константин Сергеевич


Источники:

[1] http://free-news.su/voennye-konflikty/19044-tankovaya-ataka-ahrara-ash-sham

[2] https://riafan.ru/695308-siriya-novosti-2-aprelya-2230-mirnye-zhertvy-koalicii-v-rakke-an-nusra-i-ahrar-ash-sham-vedut-boi-v-idlibe

[3] https://svpressa.ru/war21/article/169072/

[4] http://www.bbc.com/russian/news-39439678

[5]http://www.ntv.com.tr/turkiye/cumhurbaskani-erdogan-firat-kalkaninin-devamiolacak,7OZbLToD00GQ7MpFbID-cw

[6] https://ria.ru/syria/20170404/1491429396.html

[7] https://ria.ru/syria/20170405/1491516581.html

[8]http://aa.com.tr/ru/%D0%B7%D0%B0%D0%B3%D0%BE%D0%BB%D0%BE%D0%B2%D0%BA%D0%B8-%D0%B4%D0%BD%D1%8F/%D1%83%D0%B3%D1%80%D0%BE%D0%B7%D0%B0-%D1%80%D0%BA%D0%BA-%D0%B2-%D0%B8%D1%80%D0%B0%D0%BA%D1%81%D0%BA%D0%BE%D0%BC-%D1%81%D0%B8%D0%BD%D0%B4%D0%B6%D0%B0%D1%80%D0%B5-...

[9]http://syria.mil.ru/news/more.htm?id=12116073@egNews

[10] http://ca.reuters.com/article/topNews/idCAKBN1712QL-OCATP

[11] https://russian.rt.com/world/news/375188-minoborony-oprovergli-bombardirovka-idlib

[12] https://russian.rt.com/world/news/375630-tramp-izmenenie-otnoshenie-asad

[13]http://edition.cnn.com/2017/02/15/politics/pentagon-considering-recommending-combat-troops-in-syria/

[14] http://edition.cnn.com/2017/04/05/politics/un-security-council-resolution-syria/

[15]http://edition.cnn.com/2017/04/06/politics/donald-trump-syria-options/index.html

[16] http://vpk-news.ru/articles/35871

 

07.04.2017
  • Эксклюзив
  • Органы управления
  • Россия
  • США
  • Ближний Восток и Северная Африка
  • XXI век