Плюсы и минусы количественного анализа потенциалов субъектов международных отношений

Версия для печати

Развитие того или иного сценария МО во многом предопределено наличием у ЛЧЦ или государств ресурсов для реализации своих внешнеполитических целей. Поэтому вопрос об оценке и сопоставлении этих ресурсов всегда являлся одним и важнейших вопросов внешнеполитической и военной стратегии. При этом разведки и генеральные штабы всех стран мира пытались и пытаются дать максимально точные оценки, которые, как правило, приводятся, в конечном счете, к количественным критериям — тоннам добываемого угля и выплавляемой стали, количеству танков, самолетов, боеспособных дивизий, судов ВМС и т. д.

Всю историю человечества предстояло решать, как минимум, два вопроса, когда речь шла о противоборстве государств и коалиций. Во-первых, о том, каким образом получить максимально точные и полные данные, а, во-вторых, как их оценить (измерить) и проверить их достоверность. И, несмотря на огромные средства, которые до сих пор тратятся на агентуру и аналитику, проблема точного ответа на эти вопросы сохраняется до сих пор. Прежде всего, потому, что есть некие параметры, которые трудно поддаются количественным оценкам, а также потому, что в политике очень важную роль продолжают играть субъективные факторы.

Одной из попыток количественной обработки субъективных оценок является Метод Анализа Иерархий (МАИ, иногда МетАнИе), использующий методологию Саати. МАИ представляет собой математический инструмент системного подхода к сложным проблемам принятия решений. МАИ не предписывает лицу, принимающему решение, какого-либо «правильного» решения, а позволяет ему в интерактивном режиме найти такой вариант решения, который наилучшим образом согласуется с его пониманием сути проблемы и требованиями к ее решению[1].

Иногда складывается впечатление, что популярность метода Саати обусловлена не его, метода, твердой математической основой и/или приемлемыми практическими результатами, а массированной рекламной компанией, целью которой, не исключено, является направление конкурирующих групп аналитиков из разных стран по ложному и трудоемкому пути. Более того, иногда даже попахивает интеллектуальной спецоперацией. Попробуем разобрать простой пример. Потенциалы человеческого развития трех стран — важнейшего современного ресурса — соотносятся по мнению Эксперта № 1

А, по мнению Эксперта № 2

Обработка (любым, более или менее подходящим методом) даст какую-то среднюю оценку потенциалов трех стран, например, по десятибалльной шкале:

1. США — 8

2. Китай — 7

3. Россия — 6

Интуитивно сразу ясно, что оба эксперта сильно ошиблись в оценках, причем в разные стороны. Так, в первом случае качество ЧК в России существенно выше, а количество — ниже, хотя выглядит наоборот. Итоговый индекс, вроде бы, ближе к реальности, хотя, скорее всего, 1 и 2 номера нужно поменять местами. Авторы методики предполагают, что при большом количестве экспертов их ошибки будут взаимно нивелированы. Однако, ни теорией ни практикой это не подтверждается.

Из общих соображений понятно, что недостоверный (субъективный) исходный материал при любой, сколь угодно изощрён-ной математической обработке, не может дать точных индексных значений. Но международные отношения и являются (как и все явления в социальной области) изначально субъективными. Более того математики хорошо знают, что при неточных данных, чем больше составных частей в индексе тем он менее отражает реальность т. к. ошибки содержащиеся в каждом ингредиенте, перемножаясь, увеличивают неточность конечного результата. Поэтому статистики редко берутся сводить больше 3–4 исходных данных в обобщенный индекс.

Именно поэтому у нас ничего не вышло, когда мы захотели улучшить ИРЧП ПРООНа добавлением показателей. Вместо этого следовало бы взять 3–4 точных числа по странам:

1. Территория — фундаментальное число — содержит: ареал обитания, ресурсы недр, логистику и прочее;

2. Бюджет — это богатство, экономический буфер (подушка), возможность развития (инвестиции);

3. Население — главный экономический и мобилизационный потенциал;

4. ИРЧП — качество рабочей и военной силы.

Здесь только последнее число необъективно, но этот индекс так давно и тщательно используют, что его можно считать вполне достоверным.

В этих числах нет субъективных составляющих и их, составляющих, немного — значит их суммарный индекс будет отражать что-то реальное.

Можно взять другие составляющие, но тогда какие-то придется выбросить: 3–4 показателя — это максимум. И никаких субъективных, неоднозначных данных — типа количество танков и самолетов — слишком разные они у разных стран — их сравнивать нельзя, хотя именно такими сравнениями и занимаются Генеральные штабы всех государств.

Можно, группируя по 3–4 исходных, создать несколько индексов, а не один. Например:

1. Территория / Бюджет / Население / ИРЧП.

2. Длина границы / Военный бюджет / Количество военнослужащих / Резервисты.

Из всего вышеизложенного очевидно, что метод Саати — несмотря на свою распространенность, не является инструментом, дающим объективные результаты. Скорее его популярность свидетельствует о беспомощности современной науки в области прогнозирования действительно сложных процессов.

Нами была предпринята попытка использовать этот метод Саати для сравнения военных потенциалов противостоящих государств. В частности, экспертам было предложено сделать оценку некоторых потенциалов. По полученным результатам, после обработки данных экспертизы, было осуществлено вычисление совокупного потенциала с  использованием 224 Стратегическое прогнозирование МО мультипликативной свёртки степенных функций частных потенциалов. Требовалась экспертная оценка вкладов потенциалов: военно-экономического, военного, военно-политического, управленческого, коалиционного и  человеческого развития в совокупный военный потенциал. Например, потенциал превосходства «незначительное» оценивается в 3 балла, «высокое» — 7 баллов. Эту схему предложил известный эксперт генерал-майор С. Цырендоржиев.

Сравнительная оценка потенциалов осуществлялась по методу Саати, для чего заполняется верхняя часть матрицы сравнения потенциалов для заданной выборки стран. Заполнение матрицы сравнения осуществлялось следующим образом. По диагонали матрицы записывается единица. В верхней треугольной матрице эксперт указывает число от 1 до 10 на основе парных сравнений потенциалов страны с номером i = 1,2,…,n с остальными странами. Пример заполнения таблиц показан ниже (табл. 1– 3).

Таблица 1. Военно-экономический потенциал

 

Таблица 2. Военный потенциал

 

Таблица 3. Военно-политический потенциал

Результаты таких оценок мы рассмотрим ниже, однако изначально необходимо говорить о том, что сами по себе количественные методы без встраивания их в логику развития того или иного сценария МО и его вариантов представляются малообоснованными. Однако они могут служить существенным инструментом для логико-интуитивных операций экспертов. В частности, если изначально оценки делаются, например, из выбранной модели развития долгосрочного сценария МО. Ниже предлагается одна из таких моделей сценария среднесрочного развития МО до 2021 года, исходя из имеющихся данных на середину 2015 года (рис. 1).

Модель, предложенная на рисунке 5.3, изначально исходит из того, что будет реализовываться сценарий эскалации противоборства западной ЛЧЦ в нескольких возможных вариантах. Не допускается иных вариантов, например, «разрядки» или «пере-загрузки», сутью которых стала бы принципиальная смена курса.

Из этой логической схемы видно, что наиболее реалистический сценарий развития МО до 2021 года предполагает достаточно быструю эволюцию современного сценария в новый этап сетецентрической войны — вооруженный региональный конфликт на Украине и самое широкое противостояние с Россией, включая вооруженное, т. е. превращение нынешней ВПО в конкретную вооруженную стадию СО как глобальной войны еще до 2021–2022 годов.

Этот вполне категорический вывод неизбежно влияет на экспертов, которые делают количественные оценки, эксплицитно или имплицитно. Понятно, что эксперт заведомо соотносит свои знания, интуицию и ощущения с тем или иным сценарием развития МО не только потому, что его отношение к реальности может быть пессимистично или оптимистично, но и потому, что эксперт пользуется (невольно отбирает) той или иной информацией.

Рис. 1

>> Полностью ознакомиться с коллективной монографией ЦВПИ МГИМО “Стратегическое прогнозирование международных отношений” <<

 

17.10.2016
  • Эксклюзив
  • Военно-политическая
  • Органы управления
  • Глобально
  • XXI век