Организационное оружие. Возможные меры противодействия

Версия для печати

Доклад на Международная конференции "Долгосрочное прогнозирование международных отношений в интересах национальной безопасности России". Секция "Новые формы использования силы в международных отношениях и безопасность России".

Аннотация. В работе рассматривается организационное оружие, включая описание применения некоторых его видов. Показывается, что с развитием организационного оружия наблюдается стремительное стирание границы между войной и миром, при устаревании действующей системы международных отношений. Выдвигается предположение, объясняющее уход в отрыв организационного оружия в своем развитии от средств защиты против него. В качестве гипотетических мер противодействию глобально-системному применению организационного оружия указывается на необходимость радикального изменения организации государств с переходом от доминирующей иерархической формы управления к форме с большей сетевой составляющей.

Ключевые слова: организационное оружие, государства-мишени, миграционное оружие, демонтаж политических режимов, постгосударство.    

Список используемых аббревиатур

ИКТ – информационно-коммуникационные технологии.

TTIP – Transatlantic Trade and Investment Partnership (Трансатлантическое торговое и инвестиционное партнерство).

TTP – Trans-Pacific Partnership (Транстихоокеанское партнерство).

TiSA – Trade in Services Agreement (Соглашение о торговле услугами).       

1. Организационное оружие 

 

В последние десятилетия в тех или иных регионах мира наблюдается применение новых или усовершенствованных технологий организационного оружия (оргоружия). Виды применения оргоружия в литературе и СМИ называются по-разному: 

В дальнейшем за основу будет взято определение д.ф.н., профессора И. Ю. Сундиева, согласно которому организационное оружие (оргоружие) есть способ активации патологической системы внутри функциональной системы государства-мишени, при котором патологическая система для своего развития поглощает ресурсы носителя. Характерной особенностью патологической системы (применения организационного оружия)  [...] является то, что  она  воздействует  на функциональную систему общества, в первую очередь, "извне", с иерархически "вышележащего" (властного) уровня системной организации. […] Деструкция, как действие организационного оружия, направлена на достижение результатов, находящихся в "системе ценностей" инициатора применения данного оружия [1]. Поскольку термин "оружие" рассматривается в качестве обозначения всех устройств и средств, применяемых с целью уничтожения живой силы противника и его промышленного потенциала, а в еще более широком смысле – нанесения ему урона, то сам термин "оружие" в данном случае можно считать уместным, поскольку к средствам относится и способ действия (способ активации патологической системы).  

Среди основных причин резкой активизации развития оргоружия можно выделить следующие:

Политические – крах биполярной системы и, как следствие, разбалансировка миропорядка; угроза омницида вследствие сохранения ядерного арсенала ключевыми ядерными державами; высокие политические риски, связанные с прямой военной интервенцией.

Экономические – колоссальные затраты на проведение войн классического типа; глобализация мировой экономики и усиление взаимозависимости ее элементов; способствование созданию новых транснациональных структур.

Научно-технические – развитие теории хаоса и общей теории систем; развитие ИКТ; исследования в области организационного поведения.

 В связи с этим, возникает вопрос: каковы возможные меры противодействия оргоружию? Для ответа вначале следует сказать несколько слов о некоторых его видах.

2. Примеры видов организационного оружия 

Цели агрессора достигаются через десуверенизацию стран и регионов, которую условно можно разделить на три формы:

В контексте данной работы наибольший интерес представляет демонтаж политических режимов и государств, в дальнейшем рассматриваемый на примере цветных революций – вид оргоружия, для успешной реализации которого требуется выполнение двух условий: необходимого ("наличие политической нестабильности в стране, сопровождающейся кризисом действующей власти") и достаточного ("наличие специально организованного (по особой сетевой форме) молодежного протестного движения") [2]. Можно условно выделить три стадии демонтажа в зависимости от тяжести последствий для государства-мишени:

Первая стадия – цветные революции  в Грузии, на Украине (2004-2005 гг.), в Тунисе – относительно малокровные или бескровные, не приведшие к распаду государства.

Вторая стадия – если мер, соответствующих первой стадии, недостаточно для демонтажа политического режима, то "цветная революция" переходит в более жесткую стадию, сопровождаясь существенным кровопролитием и частичным распадом государства. Пример – Йемен и Украина (2013-2014 гг.).

Третья стадия – если мер первых двух стадий недостаточно, то агрессор переходит к третьей стадии, в которой исключаются вооруженные силы объекта воздействия, разрушается политический и социально-экономический фундамент общества, после чего элиты страны-жертвы объявляются виновными в кризисе и потере контроля над развитием ситуации (т.н. технология "облачный противник" [3]). Для демонтажа режима применяются ассиметричные действия, включая массированное использование транснациональных иррегулярных вооруженных формирований (пример – Ливия, Сирия).

Государства-мишени, в зависимости от степени их значимости для агрессора, также можно разбить на условные уровни:

Украина являлась мишенью I уровня, в которой созданный антироссийский режим генерирует проблемы в отношении России (государство-мишень II уровня). Другой пример – через инициацию агрессии против Сирии (государство-мишень I уровня) в ходе Арабской весны дестабилизируется целый регион и в дело его урегулирования втягивается Иран (государство-мишень II уровня), по территории которого пролегает участок Экономического пояса Шелкового пути Китая (государство-мишень III уровня) – геополитического и экономического проекта, конкурирующего с продвигаемыми американскими корпорациями проектами TTIP и TTP. 

К оргоружию можно отнести и миграционное оружие, суть которого заключается в следующем. Используя внедрение патологической системы в общества целых регионов, технологи оргоружия запускают "социальный вирус", стремящийся поглотить ресурсы всей системы (регионов), приводя ее к (само) дезорганизации, последствия которой могут быть использованы против других систем, но при этом продолжают работать на решение задач агрессора. Например, искусственная дестабилизация Северной Африки и Ближнего Востока привела к инструментализации миграционного потока для последующего боевого применения, в частности, для ускорения процесса распада Европейского союза.

Соответственно, миграционное оружие можно определить как массовый исход беженцев из региона, где искусственным образом были созданы условия, представляющие угрозу для жизни местного населения, которое контролируемо направляется в конкретные страны с целью оказания на их правительства и общества политического, социокультурного, экономического и психологического воздействий в интересах инспираторов данного кризиса.

 Процесс применения оргоружия проходит не без сбоев и не без побочных эффектов, куда можно отнести:

3. Противодействие организационному оружию

Приведенные примеры показывают, что развитие оргоружия в глобальном масштабе приводит к ускоренному стиранию границы между войной и миром, постепенному превращению международного права в анахронизм. В условиях стремительной архаизации системы международных отношений, где устаревают понятия "война" и "мир", организация государств и принципы их взаимодействия все менее адекватны изменениям, претерпеваемым существующим миропорядком.

На фоне данных событий фиксируется резкий уход в отрыв оргоружия от методов защиты от него по сравнению с традиционным противостоянием "снаряда и брони", в противоборстве которых наблюдается паритет при условии сравнения противников приблизительно одного технологического уровня развития (например, СССР и США).

Представляется, что объяснение данному феномену нужно искать в следующем. Революция в области ИКТ позволила инициатору применения оргоружия добиться недосягаемого ранее синергетического эффекта от роста согласованности действий его элементов (сетевые структуры агрессора, его спецслужбы, СМИ, средства экономического и политико-дипломатического воздействий на государство-мишень и др.), в т.ч. и по сетецентричному принципу, с использованием сетевых ресурсов – важнейшего инструмента оргоружия (включая цветные революции и др.).

В результате оргоружие все больше соответствует следующим характеристикам:

Возникает ситуация, когда для увеличения эффективности оргоружия в ходе согласования его различных элементов агрессору не требуется радикально менять свою общественную организацию. Государству-мишени, напротив, в условиях стремительного развития оргоружия и смещения основной ставки на него в глобально-силовом противостоянии все сложней эффективно противостоять ему только за счет улучшения взаимодействия профильных ведомств (органов правопорядка, госбезопасности, средств пропаганды и контрпропаганды и т.д.). Следовательно, защита государства должна соответствовать характеристикам оргоружия, применяемого против нее, т.е. быть перманентной, системной и тотальной, но для ее создания необходима коренная трансформация организации всего общества государства-мишени (предположительно, с образованием постгосударства), а не только его военной организации. В качестве гипотетических средств противодействия глобальному и системному применению оргоружия возможно отнести следующие предлагаемые меры:

1) Переход к гибридной (иерархической и сетевой одновременно) форме организации (пост) государства, с уменьшением доминирующей роли иерархии как основной формы организации управления, но при сохранении целостности и суверенитета (пост) государства.

2) Возможное отсутствие дифференциации между большинством военных и гражданских институтов.

3) Создание сетевых структур (например, дружин и т.п., взаимодействующих с властями) в условиях активизации внешним агрессором широкомасштабной подрывной деятельности террористического подполья против государства-мишени, когда классические военно-полицейские методы малоэффективны. Например, в Сирии правительством использовались подобные отряды, т.е. безопасность частично была возложена на самих граждан страны, а взаимодействие осуществлялось по схеме "население – спецслужбы – полиция – армия", при необходимом уровне подготовки населения. Данная схема показала свою эффективность.   

4) Необходимость радикальной трансформации законодательной и правовой систем.

5) Пребывание (пост) государства в режиме перманентной и тотальной защиты и нападения в условиях полного доминирования оргоружия в качестве основного инструмента в глобальном противостоянии в будущем.

6) Оказание системного противодействия применению оргоружия не только и не столько через улучшение координации отдельных ведомств, сколько всей национальной мощью.

Выводы и заключение

Следует отметить, что в перечисленных мерах речь не идет о ликвидации институтов как таковых, поскольку данный подход сделает невозможным любое серьезное противодействие глобально-системному применению оргоружия. Смысл изменений в кардинальной реорганизации институтов, их усовершенствовании в соответствии с новыми вызовами. Предлагаемые меры, безусловно, гипотетические, однако практически нет сомнений в том, что в условиях совершенствования технологий оргоружия выстоят лишь те страны, которые восстановят собственный суверенитет в полном объеме, включая создание идеологии, и выработают эффективный адаптационный механизм, изменившись конгруэнтно новым реалиям. Столь радикальная трансформация маловероятна в сжатые сроки – для нее население и элиты стран не готовы ни организационно, ни психологически, но сохранение странами, в первую очередь Россией, своего существования потребует фундаментальных изменений собственной организации в условиях, когда война – это мир.     

Автор: Стригунов Константин Сергеевич, младший научный сотрудник ОВИГА ФГБУН "КрАО РАН"


 Список литературы

[1] Организационное оружие: функциональный генезис и основные направления использования в современной истории России / И. Ю. Сундиев // Экономические стратегии. – 2013. – № 6. – С. 26-37.

[2] Манойло А. В. Цветные революции и технологии демонтажа политических режимов // NB: Международные отношения. – 2015. – № 1. – С. 1-19.

[3] Выступление к.в.н. М. М. Хамзатова "Облачный противник": новая угроза международной безопасности", Дни науки, "Современные аспекты международной безопасности", МГИМО (У) МИД России, 2014 г.

03.10.2016
  • Эксклюзив
  • Военно-политическая
  • Органы управления
  • Глобально
  • XXI век