Оценка потенциалов локальных человеческих цивилизаций

Версия для печати

По аналогии со значением, местом и ролью систем ценностей локальных человеческих цивилизаций их потенциалы играют исключительно важное значение, определяя границы возможностей не только наций, но и возможных коалиций и союзов. Так, в случае реализации планов США по созданию Трансатлантического и Транстихоокеанского партнерств (ТАП и ТТП), объединенные финансово-экономические, демографические и военно-политические ресурсы западной локальной человеческой цивилизации, контролируемые США, будут составлять от 50% до 70% мировых ресурсов. Сказанное, в конечном счете, означает, что такая военно-политическая коалиция сможет гарантировать сохранение необходимых для США и их союзников, сложившихся финансово-экономических и военно-политических систем.

Сравнение военно-экономических потенциалов ЛЧЦ

(оценка экспертов, по методу Саати, 2015 г.)

Сказанное означает, что не только анализ и прогноз такого потенциала западной ЛЧЦ, но и сама политическая возможность формирования западной коалиции имеют исключительно важное значение для формирования будущих сценариев МО в XXI веке.

Вряд ли возможно точно оценить экономическую и иные составляющие мощи западной ЛЧЦ, но даже самые простые попытки экспертов это сделать могут иметь большое значение. В частности, если попытаться рассмотреть сопоставление военно-экономических потенциалов ЛЧЦ, которые играют все более важное значение по отношению к быстро меняющемуся соотношению экономических потенциалов государств и наций, то можно обнаружить интересные данные. Так, различия между военно-экономическими потенциалами российской и североамериканской ЛЧЦ не так уж и велики, а между арабо-мусульманской и западноевропейской практически отсутствуют.

Не менее показательны и различия между ведущими ЛЧЦ в  сравнении военно-политических потенциалов в  частности, между китайской и остальными ведущими ЛЧЦ. Применительно к сравнению российской ЛЧЦ в военно-политической области, обращает на себя внимание ее сопоставимость с другими ведущими ЛЧЦ, где отмечается единственное существенное отставание от американской ЛЧЦ. Наконец, обращает на себя внимание высокая оценка индийской ЛЧЦ и низкая — военно-политического потенциала арабо-мусульманской ЛЧЦ.

Военно-политический потенциал локальных человеческих цивилизаций

Обращает на себя внимание сравнение управленческих потенциалов ЛЧЦ, которые в эпоху сетевых и сетецентрических войн играют особенно важное значение. Преимущества в области сбора, обработки, анализа и передачи информации становятся важным цивилизационным преимуществом, которое реализовывается во всех областях человеческой деятельности — от экономики и культуры до военного дела. Это — системное преимущество, которое используется западной ЛЧЦ, во многом предопределяя политический результат еще на стадии постановки задач.

В частности такое преимущество Запада очень заметно в интернете и использовании социальных сетей для формирования необходимого политического климата и условий, которые реализуются политическими, экономическими и военными средствами. Не случайно правительства ряда стран пытаются административными средствами бороться с таким преимуществом в сети, подготовке кадров и менеджменте.

В XXI веке можно говорить об «управленческом превосходстве» западной ЛЧЦ на всеми другими ЛЧЦ. Это особенно важно при изменении характера войны: если главной целью войны становится контроль над правящей элитой противника, то добиться этого можно разными средствами, но эффективнее всего — перехватом управления. Именно это произошло на Украине в начале XXI века, когда постепенно правящая украинская элита оказалась неспособной оказать сопротивление.

Эффективность управления западной ЛЧЦ сказывается на всех уровнях, включая военный, где она проявляется, в частности, в умении создать ситуацию «управляемого хаоса» во многих ключевых странах и целых регионах. Иногда это рассматривается, как неспособность руководства США реализовывать собственные планы, что, конечно же, не соответствует реалиям. В действительности именно хаос, а не стабильность (даже дружественная) нужна США, которые смогут именно в этих условиях обладать «контрольным пакетом» управления в мире.

Сопоставление управленческих потенциалов ЛЧЦ

(оценки экспертов по методу Саати, 2015 г.)

В XXI веке человеческий капитал окончательно превратился в главную цель и средство развития человеческого общества и, естественно, любой нации или ЛЧЦ. В конечном счете, к середине XXI века победителем станет та ЛЧЦ или нация, которая сможет обеспечить максимально высокое качество НЧК и самореализацию личности, наиболее эффективные институты развития НЧК, включая военные[1].

При этом роль ЛЧЦ, системы ее ценностей, наследия, интересов в XXI веке стремительно возрастает, а национально-государственная общность, выступая альтернативой глобализации, все больше расширяется до цивилизационной. Это видно не только на примере неожиданно быстрой духовно-интеллектуальной интеграции стран ЕС, но и мусульман, латиноамериканцев и других цивилизаций. НЧК становится в возрастающей мере не абстракт-но-глобальным, а принадлежащим локальной цивилизации, ориентированным на ее систему ценностей.

Из сравнения ЛЧЦ по человеческому потенциалу (национальному человеческому капиталу) видно, что вперед выходят те ЛЧЦ страны, где уровень душевого ВВП на образование, культуру и здоровье выше. Но эти же, показатели являются решающими и в военной области, где они определяют качество личного состава и ВиВТ.

Потенциал человеческого развития

(оценки экспертов по методу Саати, 2015 г.)

Стратегический прогноз для ЛЧЦ и будущего сценария развития МО во многом предопределяется темпами развития НЧК в разных центрах силы. Особенно в таких, как китайский, индийский, бразильский и индонезийский, где его темпы могут привести к радикальным изменениям в МО и появлению принципиально новых парадигм развития.

Формирование будущих сценариев МО после 2021 года зависит от того, какая из ЛЧЦ и в каких масштабах сможет реализовать свой коалиционный потенциал. Этот результат будет зависеть не только от того, какая нация идентифицирует себя в наибольшей степени с той или иной ЛЧЦ, но и от многих частных условий. Далеко не всегда, например, союзник является усилением коалиции. История знает немало примеров того, когда близкая по многим критериям нация или государство становилась ненужным и даже вредным членом альянса. Иными словами, коалиционный потенциал можно оценивать не только и даже не столько по цивилизационным признакам, сколько по политической выгоде. Так, Грузия, Молдавия или Украина могут стать сомнительным дополнением к коалиции западной ЛЧЦ. Также как таким сомнительным приобретениям для ЕС и НАТО стала Румыния.

Коалиционный потенциал может быть увеличен и не только на цивилизационной, но и на межцивилизационной основе. Не случайно, например, интерес к ТС проявили не только бывшие советские республики, но и Вьетнам, Новая Зеландия, Израиль, Египет и Индия. Поэтому нельзя ставить знак равенства меду цивилизационным и коалиционным потенциалами, хотя надо признать, их содержание в XXI веке все больше сближается. В любом случае, как показывает практика, в основе устойчивого военно-политического союза должно лежать единое цивилизационное ядро. Тем не менее, вполне возможны ситуативные коалиции государств различных ЛЧЦ, если для них существует угроза со стороны общего врага.

Исходя из вышесказанного, можно предполагать, что огромный коалиционный потенциал западной ЛЧЦ должен встретить в перспективе после 2021 года вполне адекватную реакцию со стороны других ЛЧЦ. Например, ШОС и другие межцивилизационные объединения могут получить свое политическое, и даже военное наполнение по мере усиления экономического веса, входящих в них стран и нарастания военно-силового давления со стороны западной ЛЧЦ. В итоге может сложиться коалиция, в которую будут входить государства, объединенные на основе системы ценностей западной ЛЧЦ, с одной стороны, и коалиция, объединяющая несколько ЛЧЦ, с другой. Например — российская, китайская, индийская, бразильская. В этом случае, как показывают оценки экспертов, после 2020 года могут существовать и противоборствовать сопоставимые центры силы.

Сравнение коалиционных потенциалов ЛЧЦ в XXI веке

(оценки экспертов по методу Саати, 2015 г.)

Сравнение и сопоставление различных потенциалов ЛЧЦ требует некого общего знаменателя, интегрирующего основные показатели с тем, чтобы была возможность, как минимум, экстраполяции соотношения потенциалов ЛЧЦ в стратегической перспективе. Это теоретически можно сделать, попытавшись предоставить различные «веса», придающие разные значения для тех или иных потенциалов. Прежде всего, с точки зрения его возможных военно-политических последствий. Примером может служить нижеследующая матрица.

Оценка вклада различных потенциалов цивилизаций и наций в совокупный военный потенциал цивилизации

(страны)

Естественно, что подобное распределение «весов» является очень субъективным и требующим не только аргументации, но и серьезной экспертной работы. Очень важно также, чтобы были четко обоснованы критерии таких оценок, которые пока что представляются очень условными. Подобные попытки могут называться только первым опытом количественного анализа потенциалов, позволяющим более прагматично и конкретно прогнозировать будущие сценарии развития МО.

>> Полностью ознакомиться с коллективной монографией ЦВПИ МГИМО “Стратегическое прогнозирование международных отношений” <<


[1] См. подробнее: Подберезкин  А. И. Национальный человеческий капитал. В 5 т. Т. 1–4. М. : МГИМО–Университет, 2011–2013.

 

31.10.2016
  • Эксклюзив
  • Военно-политическая
  • Органы управления
  • Глобально