О «новом договоре с Китаем»

Версия для печати

Российско-китайский Договор о добрососедстве, дружбе и сотрудничестве между РФ и КНР от 16 июля 2001 года, срок действия которого истекает в 2021 году, обязательно будет автоматически пролонгирован на последующие 5 лет, до 2026 года, поскольку, исходя из положения статьи 25 Договора, ни одна из сторон не менее, чем за один год до истечения нынешнего периода действия Договора не уведомила другую сторону в письменной форме о своём намерении прекратить его действие. Поэтому целесообразно ставить вопрос не о том, «как может быть назван новый российско-китайский договор вместо нынешнего, срок действия которого истекает», а о том, почему ни одна из сторон не воспользовалась своим законным правом отказаться от его пролонгации.

Любой двусторонний межгосударственный договор в принципе фиксирует состояние межгосударственных отношений на момент его заключения и определяет перспективы их дальнейшего развития.  В Договоре от 16.07.2001 упор несомненно был сделан именно на фиксации состояния российско-китайских отношений после:

а) прекращения действия 11 апреля 1980 года советско-китайского Договора о дружбе, союзе и взаимной помощи от 14.02.1950 по причине нежелания китайской стороны продлевать данный Договор;

б) нормализации межгосударственных отношений между СССР и КНР в мае 1989 года, к которой стороны постепенно пришли во многом благодаря изначальной инициативе китайской стороны;

в) последовательного выполнения Советским Союзом и Российской Федерацией трёх ключевых военно-политических условий китайской стороны, выдвинутых ею для нормализации двусторонних отношений (вывод советских войск из Афганистана в феврале 1989 года; вывод вьетнамских войск из Кампучии в конце 1989 года; отвод советских войск от общей границы и их полный вывод к 1992 году из Монголии);

г) заключения 16 мая 1991 года советско-китайского договора о советско-китайской государственной границе на её Восточной части, по которому граница двух стран определялась по фарватеру Амура, что в последующем при демаркации в 2005 году привело к передаче китайской стороне 337 кв.км. российской территории.

Очевидно, что за 21 год, с момента прекращения действия в апреле 1980 года прежнего межгосударственного Договора с Китаем от 14.02.1950 и до момента заключения нового межгосударственного Договора с ним 16.07.2001, наша страна постепенно утратила статус «политического фаворита» в отношениях с КНР. За эти два с лишним десятилетия советско/российско — китайские политические отношения постепенно выровнялись, более того, неоднократно перехватывая в этот период внешнеполитическую инициативу, Китай подошёл к 16 июля 2001 года, не только добившись огромных экономических успехов на фоне катастрофического развала России в 90-е годы, но и в определённом смысле «диктуя» визави свою политическую повестку.

Вот почему Договор от 16.07.2001 – это договор, всё-таки в бОльшей степени учитывающий китайские государственные интересы. Например, в статье 5 Договора прописано специальное подтверждение российской позиции по тайваньскому вопросу в пользу государственных интересов КНР. Но нет в Договоре специальной статьи о, скажем, безусловном подтверждении Китаем государственных интересов России по  вопросу вокруг ситуации на Северном Кавказе, что в 2001 году было для России сверхактуально.

«Нового договора» у России с Китаем в ближайшие годы не будет потому, что состояние российско-китайских отношений, зафиксированное в действующем Договоре, по большому счёту не претерпело коренных изменений. Никуда не делись нынешние принципы построения российско-китайских отношений, заложенные на рубеже 80-х и 90-х годов 20-го века и нередко подразумевающие политическое подстраивание России под государственные интересы Китая ради сохранения обыкновенных нормальных, добрососедских отношений с ним, но не более того. В свою очередь такая принципиальная ситуация мало влияет на практическое развитие наших двусторонних отношений.  Недаром в Договоре от 16.07.2001 как раз о перспективах-то по сути дела ничего не сказано, за исключением фразы в Преамбуле о том, что «стороны стремятся поднять отношения между собой на качественно новый уровень». Но вот как раз «качественно нового уровня» в нашем понимании российско-китайские отношения даже близко не достигли. По-прежнему, как и 20 лет назад, сложно представить Китай, решительно и громко выступающим за интересы России на международной арене, причём, именно инициативно и самостоятельно «вступающимся» за Россию, а не «поющим» в «дежурном хоре» с ней на некоторых заседаниях Совбеза ООН.

Мы же несмотря на вялую политическую поддержку со стороны Китая всё так же однозначно, безоговорочно и решительно на его стороне в тайваньском вопросе, сквозь пальцы смотрим на фактическое управление Китаем спорными островами в Южно-Китайском море, но, к примеру, так и не получили со стороны КНР официального признания статуса Крыма в составе РФ.  «Равноправное доверительное партнёрство и стратегическое взаимодействие», торжественно декларированные в статье 1 Договора от 16.07.2001, на практике по-прежнему ограничиваются обозначенными в статье 10 «регулярными встречами на различных уровнях, прежде всего на высшем и на высоком уровнях, регулярным обменом мнениями и согласованием позиций по вопросам двусторонних отношений, важным и актуальным международным проблемам, представляющим взаимный интерес». То есть действиями, по большому счёту никого и ни к чему серьёзному не обязывающими. А когда никто никому серьёзно ничем не обязан, но в то же время налицо взаимное худо-бедно «сотрудничество», неизменно встаёт вопрос, кто кому больше нужен.

Для Китая на данном историческом этапе «стратегическое взаимодействие» с Россией в нынешнем формате – идеальный вариант. С экономикой и с военным строительством у него полный порядок, и у него хватает сил сдерживать военно-политический натиск США и их союзников в АТР.  При этом его «стратегический тыл» надёжно прикрыт Россией, отказавшейся от старых исторических амбиций в отношении Китая. Сегодня и на ближайшее будущее Китай устраивает тот уровень отношений с Россией, который зафиксирован в Договоре от 16.07.2001, и никакого «качественно нового уровня» ему (Китаю) не нужно ровно до той, поры, пока, допустим, «не припечёт», пока, к примеру, ситуация в мире не выйдет из-под контроля, и Китаю для его собственного выживания вновь, как в первые годы после образования КНР, не понадобится реальная, на этот раз военная, помощь России.

А вот России, напрягающей силы для сохранения военно-технического баланса с передовыми странами, прежде всего с Западом, любая помощь, поддержка Китая не помешала бы уже сегодня, сейчас. Но такой помощи нет и не предполагается. Китай скажет всё, что угодно: и что союзничество-то в его понимании не помощь другу, а бремя, ущемляющее его драгоценный суверенитет, и что как «неприсоединившееся государство» он не в ответе за конфликты, в которых участвует его «партнёр». И многое другое в своём отстранённом от чужих проблем поведении объяснит он «китайской спецификой», с которой ничего не понимающие в ней иностранцы попросту должны считаться, дабы «не обидеть» Китай, «настрадавшийся» сначала от коварных европейцев с японцами, а затем от авторитарного Советского Союза. Россия же, в 1989 году приняв такой подход Китая как должное, продолжает «потакать» капризному «Восточному соседу», не получая ничего взамен, кроме его на данный момент миролюбивого настроя.

Договор от 14.02.1950 был договором сильного Советского Союза и слабого «нового Китая», тем не менее сумевшего заручиться колоссальной экономической поддержкой «старшего союзника».

Следующий за ним Договор от 16.07.2001 является договором РФ, утратившей вслед за поздним СССР статус «старшего» в отношениях с Китаем, и Китая, как минимум добившегося политического паритета с СССР/Россией, причём, на своих политических условиях.

Следует ли нам сейчас довольствоваться пассивными российско-китайскими отношениями «спина к спине», то есть, говоря спортивным языком», следует ли нам продолжать «удерживать политическую ничью» в отношениях с Китаем?  Наверное, сейчас другого выхода у нас просто нет, ибо Россия и Китай оказались в совершенно разных «весовых категориях», с совершенно разными экономическими и мобилизационными потенциалами.

Однако, если стратегически ничего не изменится, если Россия будет экономически и дальше выдыхаться, а Китай наоборот будет уверенно укрепляться, на своём пути к воплощению «китайской мечты о великом возрождении китайской нации» последовательно реализуя сначала задачу построения «общества достатка» к столетнему юбилею КПК в 2021 году, а затем задачу построения «современного модернизированного социалистического государства» к столетней годовщине образования КНР в 2049 году, то однажды он (Китай) может ощутить, что «перерос» Договор от 16.07.2001, может согласно китайской политической традиции «улучить благоприятный момент» для волевого навязывания России «нового договора» на совершенно неприемлемых для неё условиях. То есть такого «нового договора», после которого «политическая ничья в пользу Китая», зафиксированная в Договоре от 16.07.2001, покажется нашим потомкам былой «победой России». Например, как нам сегодняшним, правда, совершенно обоснованно, представляется «победой» советско-китайский Договор о дружбе и союзе от 14.08.1945, зафиксировавший послевоенные политические приобретения СССР на Дальнем Востоке и политические уступки Китая Советскому Союзу.

В декабре 1949 года на встречах с Мао Цзэдуном в Москве Сталин категорически отказывался денонсировать абсолютно устраивавший во всех отношениях Советский Союз Договор от 14.08.1945 и заключать с молодой КНР новый межгосударственный договор. Казалось, у Мао Цзэдуна, у разорённого гражданской войной, объективно экономически отсталого, испытывающего тяготы западной экономической блокады и эмбарго Китая не было никаких шансов в споре с могучим, обладающим колоссальным международным авторитетом и непререкаемым авторитетом в мировом коммунистическом движении Советским Союзом. Но произошло политическое чудо. Упорство оставшегося в январе 1950 года в Москве Мао Цзэдуна и информационный вакуум, возникший вокруг его визита в СССР,  вызвал оживление противников Советского Союза, наметился раскол только-только начинавшего формироваться советско-китайского альянса. И Сталин дрогнул, – потерять стратегического союзника на Дальнем Востоке ему хотелось меньше, чем пойти навстречу его политическим «капризам». Так был заключён новый Договор от 14.02.1950, политически несомненно демонстрировавший мощь СССР на фоне изнурённого Китая, но при этом позволивший Китаю решить свои основные экономические проблемы за счёт советского «союзника».

Этот пример я привёл не для того, чтобы в нынешней ситуации «усиливающегося Китая» и «утратившей своё былое могущество России» добиваться от Китая нового межгосударственного договора в своих интересах «не мытьём, так катаньем»: это специфическая ханьская методика достижения своих целей, – мы так не умеем, да и не любим. Этот пример я привёл для того, чтобы воззвать к нашему собственному специфическому национальному стилю – «Бороться и искать, найти и не сдаваться». Применительно к нынешнему состоянию российско-китайских отношений это означает, что пассивно сидеть с Китаем «спина к спине» – мало того, что непродуктивно, так ещё можно «досидеться» до того, что «выросший из штанов Договора от 16.07.2001» Китай однажды попросту продиктует нам свои условия «нового договора» на своё собственное усмотрение, а мы ничего не сможем ему возразить. Поэтому надо сейчас искать, «мягкие точки», «слабые места» Китая и пытаться аккуратно, исподволь воздействовать на них в своих интересах. С другой стороны надо, кровь из носа, перестраивать свою экономическую систему, становясь, пусть не таким экономически могущественным, как Китай, – для этого у нас нет, как у него, людского потенциала, – но хотя бы экономически самодостаточным субъектом мировой политики. В свою очередь для экономического преобразования надо в корне менять нынешние отношения государства и народа, переходя от взаимных «услуг» ко взаимному «служению».

Одним словом, надо делать так, чтобы у Китая никогда не сложилось впечатление, будто наступил тот самый «благоприятный момент», когда он может диктовать России условия «нового договора» без оглядки на её мнение.

Автор: А.В. Шитов   

20.11.2020
  • Эксклюзив
  • Военно-политическая
  • Органы управления
  • Россия
  • Китай
  • XXI век