Логика формирования и развития сценария международной обстановки до 2050 года

Версия для печати

 

… эффективное краткосрочное прогнозирование …  это не только анализ и проекция предшествующего развития событий, но и учет, и оптимальное использование содержательных результатов среднесрочного и долгосрочного прогнозирования[1]

Ш. Султанов, политолог

Провалы в прогнозировании и планировании социально-экономического развития России и неудачи в реализации многочисленных решений, планов и концепций в последние десятилетия в России во многом являются следствием неумения и нежелания делать качественные долгосрочные прогнозы и заниматься стратегическим планированием. Более того, эта деятельность вообще была долгое время табуирована властью России.

Логику такого развития того или иного сценария МО и его конкретных вариантов, их развитие в военно-политическую и стратегическую обстановку, можно проиллюстрировать следующим образом с весьма существенной оговоркой: эта логика представляет процесс развития взаимоотношений ЛЧЦ и основных субъектов и факторов МО только в самом общем виде (рис. 1).

Рис. 1. Логика развития взаимоотношений между ЛЧЦ и другими субъектами МО

с точки зрения влияния на формирование МО и ВПО, а также будущего характера

международных и внутренних войн и военных конфликтов

Как видно из этого рисунка, развитие ВПО, СО и вероятных войн и конфликтов во многом детерминируется развитием человеческой цивилизации и МО, прежде всего отношениями между ЛЧЦ. Справедливо, однако, и обратное утверждение: влияние войн, конфликтов и логики военно-технического и военно-политического развития на МО не только существует, но и может быть весьма существенным, на данном рисунке оно и показано стрелками, иллюстрирующими обратное влияние. Так, военный конфликт на Украине резко обострил не только ВПО в Европе и даже в мире, но и всю международную обстановку, прежде всего отношения между ЛЧЦ. То же самое можно сказать и о войне в Сирии, которая стала не столько гражданской войной оппозиции против Х. Асада, сколько продолжением стратегии дестабилизации и управляемого хаоса со стороны западной ЛЧЦ.

Представляется, что в основе глобальных изменений в отношениях между ЛЧЦ и МО лежат, прежде всего, объективные изменения в соотношении сил между ведущими ЛЧЦ и, как следствие, степени их влияния на МО и ВПО. Так, если взять за точку отсчета 2016 год, то влияние западной ЛЧЦ в основных областях можно оценить как «решающее», которое сохранится, как минимум, до 2030 годов в качестве «очень сильного», но после 2040 года останется просто «сильным» по мере изменения соотношения сил в пользу других ЛЧЦ (рис. 2).

Рис. 2. Изменение в соотношений сил между ЛЧЦ (качественное отличие МО 2025 и 2050 гг.)

Степень влияния, измеряемая в баллах экспертами:

— «решающее» — 75 и выше;

— «очень сильное» — 50 и выше;

— «сильное» — 25 и выше;

— «заметное» — 10 и выше.

Из этой оценки роли западной ЛЧЦ во многом вытекает и ее глобальная стратегия, которую в настоящее время формулируют США не только для себя, но и для контролируемой ими коалиции из более 50 стран, считающихся союзниками и близкими партнерами. Условно эти основные направления стратегии до 2050 года (т.е. в период «решающего» влияния) можно показать следующим образом:

Рис. 3. Основные направления развития стратегии западной локальной цивилизации до 2025 года

Применительно к России стратегия западной ЛЧЦ достаточно конкретна — замещение ее системы ценностей и интересов западной системой и интересами. Средства достижения этой цели, однако, периодически меняются, впрочем, как и этапы (рис. 4).

Рис. 4[2]. Два этапа наиболее вероятного сценария реализации стратегии Запада по геополитическому уничтожению России

Таким образом, видны, как минимум, три основных направления стратегии западной ЛЧЦ, входящие в единую систему политики западной ЛЧЦ до 2050 года, т.е. до завершения периода, когда у Запада сохраняется «решающая» степень влияния на формирование МО. Можно предположить, что в случае позитивного (для западной ЛЧЦ) развития сценария реализации указанной стратегии.Эта стратегия может быть сохранена в своих основных чертах вплоть до 2050 года с той, однако, разницей, что придется делать поправку на неизбежное изменение в соотношении сил и степень влияния западной ЛЧЦ на развитие МО.

Эта системная стратегия западной ЛЧЦ была отчетливо проиллюстрирована в июне 2016 года в документе ЕС, посвященном новой глобальной стратегии ЕС на саммите в Брюсселе, которая конкретизировала прежнюю политику «комбинированного наступления ЕС и НАТО на восток.

В этом документе можно выделить следующие принципиальные положения[3]:

— главной категорией и сущностной чертой «Европы» является «общая система ценностей», являющаяся ценностной характеристикой, которую нужно продвигать, т.е. проводить экспансию расширения;

— в направлении России ЕС проводит политику «европейского соседства», которая относится к пяти постсоветским государствам, включенным в программу «Восточное партнерство» (не предусматривающую расширение ЕС, но предполагающую ассоциацию), а также «способность к устойчивости», т.е. противодействия России;

— ЕС отказывает России в расширении ее влияния на постсоветском пространстве, где Брюссель прямо говорит о заинтересованности в ресурсах этих территорий, в частности «устойчивый доступ к глобальному общему достоянию» (sustainable access to global commous);

— Россия представляет «ключевой вызов» ЕС, связанный с противодействием продвижению ЕС на восток. Это требует от Запада:

— геополитически, политика ЕС на:

>>Полностью ознакомиться с аналитическим докладом А.И. Подберёзкина "Стратегия национальной безопасности России в XXI веке"<<


[1] Султанов Ш. З. Стратегическое сознание и мировая революция. — М.: Книжный мир, 2016. — С. 249.

[2] Попов И.М. «Война это мир: невоенные аспекты обеспечения безопасности государства» / Конференция «Современные аспекты международной безопасности». — М.: МГИМО–Университет, 2014. Апрель.

[3] Европа до Средней Азии: новая глобальная стратегия Евросоюза / Эл. ресурс: «EurAsia Daily». 2  июля 2016 г. / https://eadaily.com/ru/news/2016/07/02/

 

25.03.2017
  • Эксклюзив
  • Военно-политическая
  • Россия
  • Европа
  • XXI век