Перспективы КНВ при Джозефе Байдене

Версия для печати

Доклад ведущего эксперта ЦВПИ МГИМО В.П. Козина на ситуационном анализе-совещании 28 января 2021г.

Джозеф Байден, одержавший победу на ноябрьских выборах 2020 года, неоднократно говорил о необходимости поиска новых и сохранения ранее заключенных международных соглашений по контролю над вооружениями (КНВ). Интересно: каких «новых»? Нет ясности, что он имел в виду.

С одной стороны, будучи вице-президентом в период деятельности администрации Барака Обамы, он демонстрировал себя лишь умеренным сторонником ограничения ракетно-ядерного оружия и укрепления режима его нераспространения. Но с другой, после победы на президентских выборах 2020 года он заявил, что восстановит «контроль над вооружениями и нераспространение» с субстантивной оговоркой: только в качестве центральной опоры «глобального лидерства» Соединенных Штатов. Это очень серьезная оговорка.

Администрация Джозефа Байдена планирует рассмотреть программу модернизации ядерного арсенала страны на предмет его возможного сокращения и корректирования. Это утверждала 24 декабря прошлого года американская газета «Уолл стрит джорнэл» со ссылкой на некие свои источники. [1]

По ее словам, новая администрация планирует пересмотреть программу объемом в 1,2 трлн. долларов по модернизации ракетно-ядерного оружия с прицелом на сокращение расходов на ядерные вооружения и их роли в стратегии страны. Газета напомнила о готовности ставленника от Демократической партии урезать чрезмерные траты на ядерные арсеналы и критику им президента Дональда Трампа за решение разработать новую крылатую ракету морского базирования, запускаемую с подводных лодок.

По словам источников названного издания, новая администрация, скорее всего, пересмотрит решение Пентагона разработать новую межконтинентальную ракету наземного базирования, производство которой, согласно оценкам, обойдется в 100 млрд. долларов с учетом установленных на нее ядерных боезарядов. Но, как утверждалось, модернизация американского ядерного арсенала будет продолжаться.

«Уолл стрит джорнэл» не исключала внесение изменений в ядерную стратегию США таким образом, чтобы американское ядерное оружие рассматривалось только как средство сдерживания, а его применение допускалось лишь в ответ на аналогичный шаг других государств. Джозеф Байден пока не сделал заявления от том, насколько быстро он сможет начать реализовывать ядерную стратегию с ограниченными задачами, но добавил, что будет консультироваться с американским военным руководством и союзниками Соединенных Штатов. Ясно, что на эти и другие темы КНВ он будет высказываться уже после официального вступления в должность главы государства 20 января текущего года.

В материале газеты отмечалось, что представители переходной команды Джозеф Байдена не ответили на просьбу пояснить, какие шаги он планирует предпринять по сокращению указанных ракетно-ядерных программ. Не было сделано заявлений о готовности вывода ТЯО США из Европы, ограничить количество ракет-перехватчиков глобальной системы ПРО и зоны из развертывания, проявлять сдержанность в отношении развертывания ударных космических вооружений. Нет ясности относительно снижения количества оснований применения ядерного оружия США, которые были обозначены в ядерной стратегии Дональда Трампа (14 оснований) и возможности выработки нового договора о ликвидации РСМД.

Известно, что Джозеф Байден позитивно реагировал на возможность продления Договора СНВ-3.

Нет сомнений в том, что пришедшая к власти «демократическая» администрация будет продолжать курс на радикальную модернизацию американских ракетно-ядерных вооружений стратегического и тактического назначения; ориентировать нацию на глобальное наращивание средств противоракетной обороны, в том числе морского базирования, а также на совершенствование обычных вооружений, делая при этом упор на их выдвижение поближе к территориям Российской Федерации и КНР, а также ряда других государств.

Похоже, что во внешней и военной политике нового американского руководства, а также в сфере КНВ могут произойти некоторые корректировки, но не столь грандиозные, чтобы испытывать чувство повышенного оптимизма. К концу ушедшего года имелась конкретика лишь по ограниченным направлениям предполагаемой деятельности «демократической» администрации в обозначенной области. Но сохраняются и неопределенности по ключевым проблемам.

По этим причинам деятельность администрации Джозефа Байдена в области КНВ, скорее всего, будет носить двойственный характер. Она будет меняться как в зависимости от развития региональной и глобальной ситуации в стратегической сфере, так и от степени влияния на него ближайшего окружения нового главы государства и его советников.

Но маловероятно, что новая администрация в Вашингтоне во главе с президентом-ставленником от Демократической партии радикально повернет такую линию в русло повышенного прагматизма в области КНВ в целом. В этом процессе всегда были и до сих пор остаются и рифы, и отмели. Останутся они и в будущем.

Вывод простой: от американской стороны требуются четкие, проработанные предложения по контролю над вооружениями, которые содействовали бы укреплению стратегической стабильности в мире, а не преследовали бы только единоличные «уникальные» американские интересы в области их «стратегической безопасности», как там считают.

Продление ДСНВ-3 и его последствия

В соответствии с договоренностью, достигнутой между президентом России Владимиром Путиным и его американским визави Джозефом Байденом, 26 января в МИД России состоялся обмен дипломатическими нотами между Москвой и Вашингтоном, в которых подтверждается готовность России и США продлить их двусторонний Договор о мерах по дальнейшему сокращению и ограничению стратегических наступательных вооружений (ДСНВ-3) на максимально оговоренный в нем пятилетний срок, то есть до 5 февраля 2026 года.

Принципиально важным в этом вопросе является тот факт, что наконец-то американская сторона поняла реальную значимость продления этого документа большого двустороннего и международного значения, причем, без сомнительных предварительных условий и дополнений, а также без повторения разного рода завышенных требований, которые безуспешно пыталась адресовать Российской Федерации «республиканская» администрация Соединенных Штатов во главе с Дональдом Трампом в течение практически всех четырех лет ее пребывания у власти. Новое американское военно-политическое руководство во главе с Джозефом Байденом проявило довольно ответственный подход, чтобы отделить архиважные проблемы стратегической стабильности и контроля над вооружениями от политической конъюнктуры, а также от непрофессиональных пожеланий, преследовавших получение односторонних преимуществ исключительно для американской стороны.

Военно-политическое и геополитическое значение продлеваемого договора заключается в том, что он остается в неизменном виде, как и его первоначальный вариант, подписанный в апреле 2010 года в Праге и вступивший в силу после обмена ратифицированными грамотами сторон 5 февраля 2011 года. Все заявления и оговорки сторон, а также военно-политические и военно-технические элементы пакета ратификационных документов сторон двадцатилетней давности остаются в силе.

Продлеваемый документ сохранит максимальные лимиты на количество ядерных боезарядов стратегического назначения по 1550 единиц для каждой стороны и по 800 их оперативно развернутых и оперативно неразвернутых носителей; не запретит сторонам модернизировать свои национальные ракетно-ядерные системы и оставит в неизменном виде согласованный в договоре адекватный инспекционный механизм проверки его соблюдения. ДСНВ-3 в продленном виде не ограничит состав, структуру и возможность модернизации подобных вооружений Российской Федерации. Он также не запретит России создавать новые перспективные виды и типы вооружений, которые радикально укрепляют ее национальную оборону и безопасность.

Россия рассчитывает использовать ближайшие пять лет дальнейшего существования ДСНВ-3, чтобы развернуть с Соединенными Штатами углубленный и интенсивный диалог о будущем контроле над вооружениями по многим направлениям, а на каком-то этапе и переговоры по выработке ДСНВ-4.

В российском МИД подчеркивают, что будущие договоренности в рамках договора возможны только на сугубо паритетной и равноправной основе, что исключает любые односторонние уступки с российской стороны. Хотя на Смоленской-Сенной площади знают, что США проявляют беспокойство по поводу перспективных систем вооружений стратегической дальности, но там одновременно заявляют о наличии в данном вопросе только «поля для диалога», а не площадки для формулирования односторонних уступок в ущерб национальной безопасности России.

Одновременно Москва предлагает Вашингтону на основе расширения стратегической повестки дня выработать «новое уравнение безопасности», которое учитывало бы эволюцию военно-технических и военно-политических аспектов безопасности и включало бы в него все наступательные и оборонительные ядерные и неядерные вооружения.

Российская сторона одновременно заявила, что ее предложение взаимно заморозить на год ядерные потенциалы сторон в рамках продления ДСНВ-3, на чем настаивала администрация Дональда Трампа, утратило свою актуальность.

Очевидно, все названные обстоятельства потребуют более тщательной подготовки членов и экспертов российской делегации, которая когда-то в будущем получит мандат заниматься проблематикой контроля над ядерными вооружениями с американскими представителями. Следует дать ясно понять американской стороне, что она должна дать твердые гарантии Москве о полном выполнении продлеваемого ДСНВ-3.

Продление ДСНВ-3 является шагом в правильном направлении, заявил президент России Владимир Путин, обращаясь к участникам экономического форума в Давосе по видеосвязи в январе этого года.

При условии скрупулезного соблюдения этого договора Соединенными Штатами продлеваемый военно-политический акт может послужить активным инструментом для поддержания стратегической стабильности в мире и безопасности в глобальном измерении, а также стать основой для последующего сокращения СНВ сторон и дать стимул достижению других договоренностей в области контроля над вооружениями.

Государственная Дума и Совет Федерации Федерального Собрания России поддержали предложение о продлении названного договора на последующие пять лет, причем единогласно.

В ближайшее время обе стороны предполагают завершить все необходимые процедуры, обеспечивающие дальнейшее функционирование этого важного международно-правового документа в сфере контроля над вооружениями, который ограничивает стратегические ракетно-ядерные арсеналы сторон на паритетной основе. Договоренность о продлении «пражского» договора вступит в силу после того, как Российская Федерация и США обменяются официальными документами о завершении соответствующих внутригосударственных процедур.

Очевидно, все названные обстоятельства потребуют более тщательной подготовки членов и экспертов российской делегации, которая когда-то в будущем получит мандат заниматься проблематикой контроля над ядерными вооружениями с американскими представителями, например, по ДСНВ-4 и другим направлениям.

Все изложенные обстоятельства также потребуют адекватного учета российской стороной неотъемлемых и естественных задач при разработке общенациональных направлений стратегического планирования и укрепления оборонного потенциала России. В условиях существенных вызовов и угроз, исходящих от ведущих государств-членов НАТО во главе с Соединенными Штатами, путеводная цель развития передовых и перспективных российских вооружений и укрепление стратегической стабильности в глобальном измерении приобретает первостепенное значение.

Автор: В.П. Козин, ведущий эксперт ЦВПИ МГИМО, член-корреспондент РАВН и РАЕН

 



[1] Gordon M. Biden to Review U.S. Nuclear-Weapons Programs, With Eye Toward Cuts//«The Wall Street Journal». December 24, 2020// https://www.wsj.com/articles/biden-to-review-u-s-nuclear-weapons-programs-with-eye-toward-cuts-11608805800.

 

 

29.01.2021
  • Эксклюзив
  • Военно-политическая
  • Вооружения и военная техника
  • Ракетные войска стратегического назначения
  • Россия
  • США
  • XXI век