Исламское государство: стратегия выживания

Версия для печати

В условиях, когда приходится воевать с огромным числом противников, главарям террористического квазигосударственного формирования Исламское государство (ИГ) необходимо искать способы противостоять текущим и вероятным вызовам. Естественно, важно не забывать о том, что ИГ оказывают ту или иную поддержку разные страны, причем, вопреки часто бытующему среди экспертного сообщества мнению, данная помощь приходит отнюдь не только от Турции, Катара и еще некоторых стран Персидского Залива. Прямо или косвенно боевиков ИГ поддерживают те же американцы, что более детально описывалось в работе [1]. В дополнение к сказанному можно привести пример удара коалиции, возглавляемой США, по позициям сирийской армии на западе провинции Дэйр-эз-Зор [2], в результате которого погибло трое военнослужащих Сирийской Арабской Армии (САА). Если бы данный инцидент носил сугубо единичный характер, а сами ВВС США и их сателлитов не обладали необходимыми разведывательными возможностями, то еще можно было бы предположить, что удар являлся случайным, но в реальности, с учетом сказанного, такой вывод вызывает серьезные сомнения. Однако, несмотря на помощь от своих бизнес-партнеров и главных выгодоприобретателей идущего на Ближнем Востоке разрушения, ИГ есть, кому противостоять, в частности, правительственным войскам Сирии, российским ВС, курдам, разного рода шиитским и суннитским формированиям, иракским правительственным войскам, КСИР ИРИ и т.д. Помимо этого следует отметить различного рода вилайеты (провинции) ИГ в других регионах мира – Ливии, Афганистане, Западной Африке и пр. Конкретно речь идет о представительствах ИГ, имеющих прямое отношение к данной организации, а не группировках, которые дают присягу ИГ, однако действуют во многом автономно. Этим структурам противостоят правительства стран (или то, что от них осталось), на территории которых эти вилайеты располагаются. Таким образом, если оценивать распространение ИГ шире, то театр военных действий (ТВД) выходит далеко за границы Сирии и Ирака. В этой связи руководству ИГ важно выявлять уязвимости своей организации, поскольку его противники обладают куда большими ресурсами и своими действиями сокращают ресурсную базу создающегося Халифата. Соответственно следует выделить три основных пути, которыми идет ИГ.

Первый относится к диверсификации источников, дающих львиную долю прибыли террористам. В первую очередь речь, конечно, идет о нефти. Активность российских ВКС и усиленная таким образом САА в той или иной степени доставляют серьезные проблемы ИГ, поскольку наносимые авиаудары по бензовозам с нефтью приносят экономические убытки. Вопрос о точных потерях в денежном эквиваленте является отдельным и выходит за рамки данной статьи, однако увеличение интенсивности ударов после провокации со сбитым турками бомбардировщиком Су-24 и частичное взятие под контроль САА отрезка над левым берегом реки Эль-Кебир от сирийско-турецкой границы до населенного пункта Сораф [3] затрудняют вывоз нефти на территорию Турции. Уже по этой причине стратегической задачей для руководства ИГ является обеспечение альтернативных источников нефти в других регионах мира. В первую очередь здесь следует отметить ливийские источники нефти, контроль над которыми может осуществляться ИГ из города Сирт. Два правительства – в Триполи и Тобруке – не в состоянии контролировать территорию, где расположен вилайет ИГ, поскольку у них не хватает на это сил, а кроме того Сирт довольно далеко расположен от обеих столиц, что само по себе создает массу военно-логистических проблем любой стороне, решившей отбить портовый город у исламистов. В результате у джихадистов экспансия территориальная идет параллельно с экспансией ресурсной, поскольку и то и другое необходимо для обеспечения жизнедеятельности квазигосударства на фоне проблем на сирийско-иракском ТВД. Кроме того, о важности Ливии в стратегии ИГ можно судить по сведениям иранских СМИ. В частности, поступала информация о том, что халиф Абу Бакр аль-Багдади был переправлен в Сирт из Турции, куда он попал на лечение при поддержке турецкой разведки MIT в координации с ЦРУ [4]. Если эти данные соответствуют действительности, то они станут дополнительным подтверждением помощи ИГ, которую оказывают американцы вместе со своими сателлитами. Здесь же следует добавить и открывающуюся возможность взимать деньги с мигрантов или контрабандистов, предлагающих услуги по переброске через Средиземное море тех, кто ищет легкой жизни в Европе. Данный вид дохода существенный и по некоторым оценкам в этом году он превысит 500 млн. евро [5]. Кроме того, поставка потока мигрантов на контроль обеспечивает еще один способ оказывать влияние на ЕС по средством т.н. миграционного оружия [6]. Например, Германия готова потратить порядка 17 млрд. евро в следующем году на содержание мигрантов - т.е. бюджет небольшой страны. Для сравнения в 2015 году власти ФРГ выделили около 10 млрд. евро на решение миграционного кризиса. Соответственно в сумме за два года будет потрачено 27 млрд. евро или свыше 2.1 трлн. рублей - на эти деньги абсолютно реально восстановить Донбасс и обновить его инфраструктуру.             

Наличие мощной идеологии и грамотно поставленной пропагандистской машины позволяет ИГ распространяться в неблагополучных регионах земли с существенным успехом. Особенно это касается африканских стран, где бедность и идейная нищета соседствует бок о бок, что и дает наиболее питательную почву для вербовки новых боевиков. Кроме того, увеличение нефтедобычи в абсолютном исчислении (с поправкой на падение цен на черное золото) позволяет привлечь на свою сторону еще больше наемников, увеличивая боевой потенциал ИГ. Их распространенность по гигантской территории от Магриба до Пакистана приводит к тому, что борьба с ними становится все сложней и затратней, а число потенциальных участников в антитеррористических коалициях, настроенных всерьез воевать с распространяющимся Халифатом, не увеличивается. Полномасштабное ввязывание в войну означает огромные издержки и увязание в конфликте с крайне незначительными шансами на успех. Правительство любой страны, решившей пойти на подобный шаг, прекрасно понимает, что таким промахом непременно воспользуются противники как извне, так и изнутри. Руководство ИГ четко видит сложившуюся ситуацию, в которой распространение его влияния не будет существенно сдерживаться международными антитеррористическими коалициям, воюющими с террором чаще всего сугубо имитационно. Главари ИГ грамотно используют текущую ситуацию в своих интересах, стараясь создать такую структуру своей организации, которая бы не зависела от какого-то одного места источника доходов.

Другой аспект увеличения гибкости и прочности создаваемого геополитического образования руководством ИГ заключается не только в поиске новых источников ресурсов, но и в расширении перечня самих ресурсов. В первую очередь к таковым можно отнести наркотики, которые, по данным главы ФСКН Виктора Иванова, приносят ИГ ежегодно от 200 до 500 млн. долларов прибыли [7]. Эти наркотики афганского происхождения, а основные маршруты поставок проходят, в частности, через Балканы, куда попадают из Турции. Экспансия ИГ в афгано-пакистанском регионе также дает определенную выгоду, поскольку исламисты не только увеличивают зону своего влияния и проводят агитационную работу с местным населением, но и получают дополнительную прибыль от контроля наркотрафика. Особенно поток наркоденег вырос после создания вилайета Хорасан, куда входят территории Афганистана и Пакистана, который возглавил Хафез Саид-хан, а в качестве его заместителя выступил Мулла Рауф Хадем. Созданы ячейки в провинциях Гельменд, Бадахшан и Нангархар (Афганистан), где производится подавляющая доля опиатов (до 90%). В результате появился чрезвычайно мощный источник доходов, способный в будущем в существенной степени перекрыть доход от нефти, налогов, рэкета  и торговли людьми. Ситуация осложняется еще и тем, что ИГ, по всей видимости, не собирается перекрывать наркотрафик, идущий в Европу через Турцию, а напротив, оно берет его под свою «опеку», тем самым не пересекая интересы глобального бизнеса, имеющего прямое отношение к мировой наркоиндустрии [8]. Указанный фактор дополнительно осложняет борьбу с подобным доходом – способы перевозки наркотиков куда изощренней и со спутника или БПЛА отследить их транспортировку практически невозможно, если заведомо не знать, где и каким образом они будут перевозиться. Соответственно наркотики не только увеличивают прибыль ИГ, но и позволяют существенно снизить риски в плане защиты своих финансовых потоков. Поскольку до тех пор, пока существует заинтересованность глобальных игроков в прибыли от продажи наркотиков и в использовании их в качестве средства воздействия на ту или иную страну или предлога для начала военных действий, то никакие меры по борьбе с этим откровенно криминальным бизнесом не приведут к существенным результатам (что, впрочем, отнюдь не отменяет жизненную необходимость вести борьбу с наркотрафиком). ИГ не только не препятствует или перераспределяет поток наркоденег, но наоборот, встраивается в существующий порядок, не создавая никому проблем и одновременно решая задачу своей уязвимости. В сущности, глобальным игрокам нет никакой разницы, кем на низовом уровне происходит контроль над сбором и переработкой тех же опиатов – Талибаном или ИГ – главное, чтобы поток не иссяк. ИГ во многом стало независимым, при всей имеющейся спонсорской программе некоторых стран, именно благодаря наличию собственного финансового ресурса. Однако для функционирования в долгосрочной перспективе требуется обеспечить бесперебойность притока финансов или, в противном случае, сжатие ресурсной базы приведет сначала к стратегическому тупику (прекращению экспансии и защите уже захваченных земель), а затем к военному поражению. Увеличение типов используемых ресурсов делает ИГ менее чувствительным к ударам по одному из них (например, к уничтожению нефтяных колонн), а значит, усложняет задачу по разгрому расширяющегося Халифата.  

Наконец, третьим пунктом важно выделить соединение вилайетов ИГ с его материнским ядром. Вне всякого сомнения, распространение ИГ на южные территории Ливии должно в конечном итоге привести к соединению с «Западноафриканской провинцией Исламского государства», ранее известной как «Боко Харам». С учетом того факта, что нигерийские вооруженные силы с их соседями не обладают той же боевой мощью и опытом, как, например, сирийские правительственные войска, то есть все основания для опасений возможности объединения ливийского и нигерийского вилайетов. Если такая цель действительно ставится в перспективе, то ИГ создаст огромную исламистскую дугу от Ирака до Нигерии, где ключевым связующим элементом станет Средиземное море. Водный маршрут тоже уязвим, поскольку не защищен от ВМС стран антитеррористических коалиций, но само по себе расширение влияния Халифата существенно осложняет борьбу с ним.

Помимо африканского направления, важно отметить направление Афганистан-Пакистан, где ИГ в своем распространении достигло значительных успехов, а также регион Центральной Азии, особенно относящиеся к нему постсоветские страны. Последним пунктом здесь будет отмечена возможность для экспансии в Юго-Восточную Азию (ЮВА) и Азиатско-Тихоокеанский регион (АТР) в целом. Для исламистов крайне привлекательно смотрится потенциал стран Малайского архипелага, где проживают мусульмане, в количестве сопоставимом с числом мусульман из всего арабского мира. Если архипелаг в перспективе также станет мишенью для дестабилизации, то последствия подобного сценария могут быть катастрофическими из-за исключительно важных транспортных путей и колоссального товарооборота, проходящего через данный регион.

Увеличение захваченных земель в Африке вместе с перспективой объединения провинций ИГ в единую ось (или фронт) выгодно, прежде всего, США, стремящимся вытеснить из Чёрного континента Китай. Чем сильней Африка будет вовлечена в бесконечную череду конфликтов разной степени интенсивности, тем сложнее вести там любую хозяйственную деятельность и тем меньше шансов у местного населения увеличивать свой экономический потенциал как рынка сбыта китайской продукции. По сравнению с США и ЕС такой рынок относительно невелик (не более 3% от общего объема экспорта - сопоставим с российским), однако в условиях крайне сильной зависимости Китая от экспорта, утрата данного сегмента мирового рынка в будущем станет ощущаться все чувствительней, не говоря о возможном ущербе импорту энергоносителей. Если же нестабильность продолжит свое распространение и на ЮВА, в первую очередь на Индонезию и Малайзию – т.е. на страны с наибольшим населением, исповедующим ислам в данном регионе – то урон китайской экономике и геополитическим интересам Поднебесной будет усилен многократно. Нет никаких сомнений в том, что стратегические противники Китая – особенно США – постараются воспользоваться подобной ситуацией в своих целях, для чего они задействуют весь спектр мер военно-политического, информационного и дипломатического характера.

В целом у ИГ есть возможности для компенсации потерь от усиления борьбы с ним на сирийско-иракском ТВД за счет диверсификации ресурсов и их источников, а также обеспечения территориальной экспансии для абсорбции в свои ряды радикальных элементов и взятия под контроль всех основных финансовых потоков, существующих в регионах-целях экспансии.

***

Рекомендация ключевым лицам и ведомствам, ответственным за внешнюю политику РФ. С учетом вышеизложенного необходимо дать оценку рискам и просчитать наперед возможности ИГ для своего усиления, выявить его уязвимости и оценить меры (включая ресурсы для их реализации), необходимые для недопущения территориальной экспансии ИГ, снижения его возможностей в плане диверсификации источников прибыли с последующей ликвидацией данной террористической структуры либо ограничения ее влияния до уровня, не представляющего критической угрозы в первую очередь национальной безопасности России.

Автор: Константин Стригунов


Источники

[1]http://eurasian-defence.ru/?q=eksklyuziv/analitika/dvoystvennost-blizhnevostochnoy            

[2]http://tass.ru/mezhdunarodnaya-panorama/2503911

[3]http://ria.ru/syria_chronicle/20151228/1350627876.html

[4]http://en.farsnews.com/newstext.aspx?nn=13940917001359

[5]http://www.kp.ru/daily/26425.4/3300251/

[6]http://riss.ru/mail/20645/

[7]http://ria.ru/world/20151222/1346691049.html

[8]http://www.fondsk.ru/news/2012/10/03/vsemirnaja-narkomafia-i-banki-vvedenie-v-temu-i-16855.html

11.01.2016
  • Эксклюзив
  • Военно-политическая
  • Россия
  • Европа
  • США
  • Ближний Восток и Северная Африка
  • XXI век