Идейная нищета как причина неэффективности пропаганды в информационной войне

Версия для печати

К написанию данной статьи автора сподвигла новость о том, что в Ираке есть люди, которые несмотря на поступающие в их адрес угрозы со стороны радикалов Исламского государства, продолжают представлять экстремистов в неприглядном свете, для чего карикатурно изображают последних [1]. Однако, в казалось бы в не слишком популярной теме - высмеивании джихадистов - скрывается более глубокий вопрос, порой неочевидный для массового обозревателя.

Для начала разберем в чем состоит суть высмеивания исламистов и является ли данный подход эффективным в деле контрпропаганды тому информационному блицкригу, который устроили главари Исламского государства в прошлом году. Нужно понимать, что изображение в неприглядном свете противника - есть давняя составляющая информационной войны, мощный импульс к которой дал XIX век, когда газеты стали главным источником информации для подавляющего большинства населения в развитых странах. Именно тогда можно заметить всплеск информационных атак - достаточно вспомнить карикатуры на Россию, появившиеся в европейских, в частности британских, газетах во времена Большой Игры. Сегодняшние комики, чье творчество распространяется куда более привычным способом для человека XXI века - через телевидение и Интернет - выполняют приблизительно ту же функцию. Не исключено, что на подобную деятельность имеется заказ со стороны правительства в Багдаде, а высмеивание и представление в плохом свете исламистов являются доминантными в таком подходе. Однако следует разобраться, может ли он быть эффективным в информационной войне против Исламского государства. На кого в первую очередь направлена пропаганда самих джихадистов? На противника, для его устрашения, и для рекрутинга новых добровольцев, вливающихся в ряды Исламского государства со всего мира. Может ли высмеивание исламистов стать тем фактором, который позволит их противникам не страшиться боестолкновения с ними и возможного плена? Очевидно, нет. Никакая сатира не способна вселить уверенность, храбрость и решительность в борьбе с бескомпромиссным врагом, поскольку вид отрезанных голов, прилюдное аутодафе и утопления в клетке действует несравненно мощней, чем колкости в отношении бород террористов.

Тогда стоит задаться вопросом, сможет ли такой вид контрпропаганды (а созданный и направленный определенным образом юмор относится к таковой) быть эффективным в деле пере-убеждения потенциального рекрута, который еще не решил, присоединяться ли к Исламскому государству или нет? Дальше речь будет вестись именно о таких людях, поскольку тех, кто принципиально не пойдет к исламистам и тех, кто неизбежно запишется в их ряды, на первом этапе учитывать нет смысла, так как психологическая война ведется прежде всего за умы колеблющихся и лишь во вторую очередь за лиц, настроенных принципиально.  

Проанализируем, что именно толкает молодых людей на инициативное присоединение к радикальным элементам. Некоторая их часть действует из стремления удовлетворить свое тщеславие, будучи соблазненными возможностью решать кому жить, а кому умереть. Подобный романтизированный экстремизм, победа насилия над разумом всегда встречали позитивный отклик в неокрепших умах, надавливая на все нужные точки в психологии молодых людей и завлекая их возможностью (чаще всего, мнимой) быть сопричастными к чему-то значимому. Другая, более сложная причина, заключена в разочаровании вербуемого (пропаганду, направленную на завлечение новых сторонников, можно считать непрямой вербовкой) в окружающей его действительности. В начале остановимся на примере человека из современного Багадада. В повседневной жизни он постоянно сталкивается с нищетой, безработицей, несправедливостью, коррупцией, коллапсом социальным, экономическим, ценностным и иным. Все перечисленное и заставляет такого человека обращать свой взор в сторону экстремистов. Но что в исламистах привлекает больше всего? Ответ однозначен - их идея. Не имеет никакого значения, сколь чудовищна она сама по себе и в своем проявлении - с практической точки зрения моральный аспект не играет роли. Да, они нетерпимы к представителям иной веры, конфессии, национальности, да, их методы есть сочетание военных преступлений, геноцида и преступлений против человечности, да, их действия варварские и напрочь антигуманные. Однако чем отличается жизнь рядового гражданина Ирака от судьбы тех, кого казнят боевики? Что может взамен предложить руководство в Багдаде? Ничего. Нищета, отсутствие перспективы, риск погибнуть от рук террористов, болезни и т.п. вряд ли можно считать приемлемой заменой. Тогда человек начинает присматриваться к исламистам и задается вопросом: быть может, с ними не так уж и плохо? У них есть жёсткая иерархия, они достигли результата, они, по крайней мере на словах, за изначальные ценности Ислама. В своем стремлении создать суннитское государство, живущее по законам шариата, Исламское государство проявляет завидное упорство и рвение, воюя едва ли ни с половиной мира и достигая успеха. Несомненно, шариат в такой стране будет в искаженной интерпретации, но у Исламского государства есть главное - идея. Данный фактор делает пропаганду боевиков фактически неуязвимой к противодействию их врагов. Ведь пропаганда эффективна тогда, когда за ней есть нечто такое, что покажет колеблющимся людям то, в чем, например, мы лучше других. Не будьте с ними, будьте с нами, потому что мы лучше - и дальше перечисление того, почему с нами лучше. Именно в этом и заключена суть эффективности борьбы в информационном поле, когда тот, кто критикует кого-то может предоставить собственную альтернативу. В 20-е-50-е годы Советский Союз обладал наиболее мощной пропагандистской машиной (причем, в эти слова автор не вкладывает какого-либо негативного смысла - здесь чистейшая констатация факта), потому что он обладал идеей, четкой программой ее воплощения, реальным результатом, который складывался как из Победы в самой чудовищной войне за всю историю человечества, так и из успехов социального и экономического характера. Именно тогда мы активно вербовали на Западе агентов на идеологической основе, а не на основе материального вознаграждения. Как только после смерти И. В. Сталина был объявлен курс на удовлетворение возрастающих материальных потребностей советского народа, то произошел крен в сторону постепенного вхождения в капиталистическую систему. В результате мы стали терять ту альтернативу и идеологический фундамент, когда советское руководство постсталинского периода решило постепенно встраиваться в систему идеологического противника, чем поставило Советский Союз на путь неизбежного краха. В результате пропаганда работала все хуже, а вербовка агентов постепенно смещалась в сторону компромата или материальной заинтересованности, поскольку западные агенты не видели разницы между той системой, в которой они жили и той, в которую постепенно превращался СССР.

Отчасти также и с нынешним Ираком: никакой сатирой и карикатурами не прикрыть его  идейную нищету. Именно потому что Багдад не способен предоставить альтернативу Исламскому государству в плане идеологии, именно поэтому его контрпропаганда не будет эффективной. В результате, даже если в первый раз человек, который колебался на счет того вступать или нет в ряды исламистов, примет отрицательное решение, то что он увидит, выйдя из своего дома? Все то же самое - несправедливость, коррупцию, тотальный упадок решительно во всем. И вот тогда этот  же человек вновь задумается о своем выборе и если он его сделает, то явно не в пользу нынешнего Ирака, причем данный выбор будет куда более осознанным, так как наступит окончательная убежденность в том, что за насмешками и карикатурами более ничего нет. Вот почему подобный подход обречен на поражение.  

Естественно, сказанное не призывает к отказу от попыток противостоять террористам приведенными методами. Однако нужно понимать, что если за критикой и высмеиванием находится пустота, то человеку приходится делать выбор не между черным и белым, а между черным и ничем. В такой ситуации сторона, обладающая идеологией, имеет огромное преимущество над своим противником, если у него идеологии нет. Для нынешней системы в России это должно стать уроком, поскольку мы ничем не отличаемся от Ирака в плане отсутствия государственной идеологии. Данное обстоятельство делает нас крайне уязвимыми в новой фазе психоинформационной войны, инспиратором которой выступил Запад, поэтому в наших жизненных интересах создать свою идею. Только в этом случае мы будем выступать как минимум на равных в глобальном противостоянии.           

Автор: К.С. Стригунов


Источники:

[1] http://russian.rt.com/article/108289

21.08.2015
  • Эксклюзив
  • Россия
  • Ближний Восток и Северная Африка
  • Глобально
  • XXI век