Формы и методы взаимодействия негосударственных акторов с государствами

Версия для печати

В соответствии с традиционным подходом, негосударственные акторы, в частности НПО и МНПО, рассматриваются как «группы интересов» и «группы давления», которые скорее добиваются результата путем изменения политики правительств, чем путем прямых действий. Так, оказывая воздействие на общественное мнение внутри того или иного государства, МНПО оказывает давление и на правительство того или иного государства в ходе принятия внешнеполитических решений. По мнению отечественного исследователя П. А. Цыганкова — главное условие воздействия МПНО на мировые процессы — их связь с межправительственными организациями[1].

Кроме того, государства часто привлекают МНПО для сбора информации и предоставления экспертных оценок. В обмен МНПО рассчитывают получать от государств поддержку, в том числе информационную. Растущая взаимозависимость между государствами и МНПО — лишь один из примеров их взаимозависимости.

Предоставляя информацию и мобилизуя общественное мнение, МНПО получают возможность влиять на процесс принятия решений принимаемых в рамках ММПО, высказывая свое мнение по интересующим их вопросам. В последние годы масштабы сотрудничества ММПО и МНПО постоянно возрастают, что ведет к усилению влияния МНПО на международные процессы.

Также происходит расширение взаимодействия МНПО с бизнес сообществом. В последнее время различные компании все более привлекают потенциал МНПО для практической реализации концепции «социально ответственного бизнеса». Однако взаимодействие МНПО и бизнес-структур характеризуется не только сотрудничеством, но и конфликтностью. По мнению исследователей Британского центра Sustain Ability, можно выделить пять направлений влияния МНПО на бизнес:

— публичные кампании против конкретных корпораций и их объединений;

— использование «знания рынка», то есть воздействие на тех, от кого зависит деятельность компании: сотрудников, клиентов и поставщиков, инвесторов — с целью повлиять на политику целевой компании;

— «вовлечение бизнеса» — создание постоянно действующих партнерских объединений, совместных советов и других структур, включающих представителей бизнеса и общественности, и направленных на достижение долгосрочных целей (например, в сфере экологии);

— «умные рынки» — использование рыночных механизмов (например, формирования спроса на определенные товары, установления общих для всех участников рынка правил, стандартов, процедур) для поддержки компаний, политика которых соответствует целям МНПО и наоборот;

— «разрушение рынка» — взаимодействие с регулирующими структурами (чаще всего государственными), включение в процесс выработки экономической политики (на национальном и международном уровне) с целью изменить принципы функционирования рынка в том случае, где достичь поставленной цели в рамках существующей системы невозможно[2].

Существует, по меньшей мере, 4 сферы — публичная дипломатия, военно-политическая, социально-экономическая и культурно-гуманитарная сферы, в которых в современном мире возможно налаживание эффективного взаимодействия государственных

и  негосударственных акторов. Причем характер отношений, внутри каждой из этих сфер, постоянно усложняется. Так, в сфере публичной дипломатии происходит переход от простой пропаганды времен «холодной войны» к сложным, менее идеологизированным и более опосредованным формам взаимодействия государства с разнообразными негосударственными структурами (как на собственной территории, так и на территории других государств). Наблюдается формирование сложных, многосоставных коалиций (в отличие от достаточно простых форм использования государственных или подконтрольных общественных структур в период «холодной войны»). Можно, также обнаружить более сложный и ситуативный характер коалиций, возникающих вокруг той или иной темы.

В сфере экономики в настоящее время наблюдаются более сложные схемы взаимодействия государства и ТНК. В период глобализации ТНК фактически вышли из национальной юрисдикции. Однако через лоббизм они продолжают взаимодействовать с государствами, а государства через различные юридические, политические, экономические и кадровые механизмы продолжают влиять на ТНК. Это и создает очень сложную структуру коалиционных взаимодействий в данной области.

В военной сфере наблюдается переход от простых схем опоры на государственные структуры в проведении военно-политических кампаний к аутсорсингу. Эта тенденция может принимать разные, достаточно причудливые формы, а сопротивление этому процессу может быть особенно интенсивным. Военная сфера более государство-центрична (т. е. традиционно основную роль в военном деле играют государственные структуры, и здесь труднее использовать гражданское общество). К тому, же военная сфера наиболее нациоцентрична, т. е. она обычно ориентирована на защиту интересов данной конкретной нации против других наций, а не на реализацию каких-то функций глобального характера.

Гуманитарно-культурная сфера характеризовалась широким и интенсивным взаимодействием государственных и негосударственных структур уже во время «холодной войны». Однако в период глобализации эта тенденция усилилась. В частности, на завершающем этапе «холодной войны» и, особенно, после ее окончания сформировалась и в политическом плане консолидировалась универсальная правовая база для взаимодействия государств и негосударственных игроков. Речь здесь идет о различных международно-правовых актах — Декларации прав человека и других документов ООН, а также третьей корзине СБСЕ/ОБСЕ.

В сфере культуры уже в период «холодной войны» четко обнаружилось, что для усиления позиций государства нужно взаимодействовать с гражданским обществом, причем, не только своей страны, но и с обществом страны-объекта воздействия. Скажем, для организации концертов, выступлений театров, издания книг в других странах и т. п. нужны очень тонкие формы взаимодействия государственных структур и гражданского общества в разных странах. Такие формы взаимодействия достаточно четко наметились еще до периода глобализации, но в связи с усилением взаимозависимости человечества и интенсификацией культурных контактов они только усилились.

Следует отметить, что первая и четвертая сфера взаимодействия государственных и негосударственных акторов больше относятся к сфере «мягкой силы», вторая и третья — к сфере «жесткой силы». Таким образом, тенденция к взаимодействию государственных и негосударственных игроков усилилась после окончания «холодной войны» как в сфере «мягкой силы» (публичная дипломатия, культурно-гуманитарная сфера), так и в сфере «жесткой силы» (военная и экономическая сферы).

В современной мировой политике обнаружились также два ключевых метода (или, скорее, набора методов) взаимодействия. Во-первых, это простые прямые контракты. То есть речь идет о ситуации, когда государства прямо нанимают неправительственные организации, чтобы они осуществляли конкретную работу. Это включает аутсорсинг, выделение грантов, субсидий и т. п. Во-вторых, может иметь место коалиционное взаимодействие, когда государство состоит в ситуативных коалициях с негосударственными акторами, оказывая поддержку (в том числе, политическую, дипломатическую, информационную, моральную и т. п.) путем использования инструментов прямого или косвенного влияния.

>> Полностью ознакомиться с коллективной монографией ЦВПИ МГИМО “Стратегическое прогнозирование международных отношений” <<

 

[1] Международные отношения: теории, конфликты, движения, организации. Издание 2-е, переработанное и дополненное. / Под ред. Цыганкова П. А. — М. : Альфа-М, Инфа-М, 2007. С. 166.

[2] Цит. по Михеев А. Н. Неправительственные объединения как акторы мировой политики. // «Приватизация» мировой политики: локальные действия  — глобальные результаты. / Под ред. Лебедевой  М. М.  — М. 2008. С. 131.

 

05.04.2017
  • Эксклюзив
  • Невоенные аспекты
  • Глобально
  • XXI век