ДОГОВОР СНВ-3: ЕГО ПРОДЛЕНИЕ НЕВОЗМОЖНО. ДОГОВОР СНВ-4: ЕГО РАЗРАБОТКА С США НЕЦЕЛЕСООБРАЗНА

Версия для печати

Выступление ведущего эксперта Центра военно-политических исследований МГИМО МИД России В.П Козина на Московской международной конференции по нераспространению 21 октября 2017 года                                                                         

Российская Федерация и США продолжают выполнять положения Договора о сокращении стратегических наступательных вооружений (Договора СНВ-3 или в английском сокращении New START), считая его важной практической договоренностью в сфере контроля над ядерными вооружениями стратегического назначения. Представляется, что к 5 февраля 2018 года обе стороны выйдут на определенные договором максимальные рубежи по стратегическим наступательным ядерным вооружениям, оставив в своих арсеналах по 1550 ядерных боезарядов и по 800 оперативно развернутых и оперативно неразвернутых носителей СНВ.

В Российской Федерации обратили внимание на появившиеся в американских СМИ и экспертном сообществе предложения о продлении этого договора еще на пять лет после завершения его предельного срока действия, который должен произойти в 2021 году, то есть сделать договор максимально функционирующим до 2026 года.

Некоторые российские и зарубежные эксперты с энтузиазмом поддержали эту идею, полагая, что ее реализация приведет к выправлению российско-американских отношений и сдвинет с места процесс контроля над вооружениями между Россией и Соединенными Штатами, который зашел в глухой тупик. В нем уже скопилось шестнадцать нерешенных проблем различного военно-политического содержания и разной степени срочности разрешения: от проблем противоракетной обороны до предотвращения инцидентов подводных лодок, находящихся в подводном положении, и многих других вопросов.

Предложение о продлении Договора СНВ-3 на пять лет и подготовке нового Договора СНВ-4 могло бы получить практический импульс, если бы оно рассматривалось изолированно от других вопросов, оказывающих сильное влияние на региональную и глобальную стабильность. К нему можно было бы отнестись с повышенным вниманием, если бы между Москвой и Вашингтоном существовали отношения подлинного «стратегического партнерства», царило бы полное доверие и не существовали бы диаметрально противоположные подходы к урегулированию многих актуальных международных проблем.

К сожалению, между Россией и США ничего подобного не наблюдается уже на протяжении многих лет. Нынешние российско-американские отношения находятся в глубоком каньоне. Вашингтон развязал против России вторую фазу холодной войны, уже получившую наименование «холодная война 2.0.», которая в отличие от ее первой фазы (1945-2014 годы) приобрела качественно иное и более опасное измерение.

Москва, естественно, готова рассмотреть официальные предложения Вашингтона о продлении срока действия Договора СНВ-3, если они поступят от американской стороны не через СМИ или выступления представителей научно-исследовательских кругов, а по официальным каналам, поскольку практика рассмотрения такого вопроса предусмотрена статьей 14 этого договорного акта.

Вместе с тем, уже сейчас можно сказать, что c точки зрения интересов национальной безопасности Российской Федерации представляется стратегически опасным фиксировать еще раз названные пределы по носителям и боезарядам СНВ до 2026 года и идти по пути их дальнейшего сокращения в рамках какого-то нового договора СНВ-4 (The Newest START) по следующим девяти соображениям.

1. Если будет продолжаться неконтролируемое наращивание ракет-перехватчиков системы ПРО США, а также беспрепятственное расширение пространственной зоны их размещения по всему земному шару, в особенности тогда, когда в случае продления Договора СНВ-3 общее количество российских носителей и боезарядов СНВ будет оставаться неизменным с 2018 до 2026 года (1550 единиц), в то время как количество ракет-перехватчиков США, которые призваны перехватывать российские носители и боезаряды СНВ, будет бесконтрольно наращиваться. К 2020 году, то есть за шесть лет до нового срока действия Договора СНВ-3, соотношение между американскими ударно-боевыми средствами ПРО и российскими носителями СНВ составит 2:1, а по американским ракетам-перехватчикам системы ПРО и боезарядам СНВ России даже 3:1 (во всех случаях без учета ЗРК «Пэтриот»).

Это крайне опасные пропорции. Используя преимущество в ударно-боевых противоракетных средствах, Соединенные Штаты вполне могут нанести первый ядерный удар не только по Ирану и КНДР, но и по России и КНР, а затем гарантированно прикрыться от удара возмездия столь плотным «противоракетным щитом». Чем меньше потолок по ядерным СНВ России и чем больше количество ракет-перехватчиков системы ПРО США для их перехвата – тем больше соблазн у США нанести первый «упреждающий и превентивный» ядерный удар по российской территории.

2. Если будет сохранено американское тактическое ядерное оружия на территории четырех европейских государств и в азиатской части Турции, а также продолжаться модернизация такого вида оружия, которое может быть использовано для нанесения первого ядерного удара или в качестве дополнительного компонента к ядерным ударам, наносимым с помощью СНВ. Нельзя не учитывать, что американские ядерного вооружения, формально относимые как категории «тактических», могут одновременно выполнять как тактические, так и стратегические ядерные задачи в зависимости от средств их доставки – либо самолетами тактической, либо стратегической авиации.

3. Если Соединенные Штаты будут продолжать широко использовать тяжелые стратегические бомбардировщики в ходе военных учений или для «демонстрации силы» в Европе, Азии и Азиатско-Тихоокеанском регионе.

4. Если Вашингтон будет продолжать активно нарушать Договор о ликвидации РСМД 1987 года. Начиная с 2001 года, Пентагон уже 92 раза нарушил его при проверке эффективности системы ПРО США и их союзников путем использования баллистических ракет-мишеней меньшей, средней и промежуточной дальности, запрещенных этим договором. И если Пентагон действительно создаст новую ядерную крылатую ракету наземного базирования, на разработку которой в американском военном бюджете на 2018 год выделено 65 млн. долларов. И, наконец, если Соединенные Штаты  инициативно выйдут из названного договора с учетом названных обстоятельств.

5. Если будет продолжаться круглосуточная и круглогодичная операция ВВС  НАТО «Балтийское воздушное патрулирование» (Baltic Air Policing) в небе трех государств Балтии, в которой задействованы самолеты «двойного назначения» трех ядерных держав Запада, способные нести как обычное, так и ядерное оружие.

6. Если США сохранят ядерную доктрину «безусловного наступательного ядерного сдерживания», которая предусматривает нанесение как массированного, так и ограниченного первого ядерного удара по России, КНР, КНДР и Ирану.

7. Если Вашингтон будет продолжать упорно отказываться договариваться по вопросу о предотвращении размещения оружия в космическом пространстве.

8. Если Соединенные Штаты и НАТО будут бесконтрольно наращивать силы общего назначения, включая тяжелые вооружения, и проводить масштабные военные учения наступательного характера в районах, прилегающих к территории России, ее союзников и друзей; если США и Североатлантический союз в целом не снизят свою военную активность в непосредственной близости от России, ее союзников и друзей, которая за последние годы возросла в пять раз, а также свою авиаразведывательную деятельность, которая увеличилась в десять раз.

9. Если будет и впредь генерироваться отсутствие между Россией и США полного доверия, которое было неоправданно и целенаправленно подорвано Вашингтоном; если будут сохраняться в основополагающих американских и натовских документах неадекватные формулировки о действиях России на международной арене, а также, если будет продолжаться необоснованно введенный Вашингтоном в отношении России жесткий санкционно-рестриктивный режим, который охватывает до 400 различных учреждений и предприятий и 200 индивидуальных лиц.

Странно, что отдельные российские «эксперты» не видят и не хотят видеть всех этих явлений, имеющих глубокие негативные последствия для региональной и глобальной стратегической стабильности в целом. Такие  «эксперты» зачастую используют заниженные данные о военном потенциале и военной деятельности Соединенных Штатов, а то и просто собирают аккуратно подброшенную им дезинформацию для последующего тиражирования, даже не удосуживаясь проверить ее.

Следует также учесть точку зрения Москвы, что после выполнения Договора СНВ-3 в феврале 2018 года Россия фактически полностью исчерпает свои возможности для продолжения переговоров с американской стороной по сокращению СНВ на двусторонней основе.

В этой связи необходимо подключение к соответствующему переговорному процессу всех государств, располагающих ядерными вооружениями. На первом этапе это должно коснуться, в первую очередь, Великобритании и Франции как основных ядерных союзников Соединенных Штатов, имеющих взаимные обязательства в сфере «безусловного наступательного ядерного сдерживания». При определении будущих ядерных балансов между Россией и тремя западными ядерными державами должен быть учтен совокупный ядерный арсенал Великобритании, США и Франции таким образом, чтобы он не превышал ядерный потенциал Российской Федерации.

Западные эксперты пытаются распространять слухи о том, что решение о продлении срока действия Договора СНВ-3 российской стороной уже принято. Но это не так. Подобного решения пока нет. Идет лишь процесс выработки позиции по этому вопросу. Об этом было официально заявлено 20 октября этого года российской стороной на пленарном заседании Международной конференции по нераспространению, состоявшейся в Москве.

Вполне естественно, чтобы вопрос о возможном продлении Договора СНВ-3 на пять лет и о подготовке нового Договора СНВ-4 был проанализирован всеми заинтересованными российскими министерствами и ведомствами с особой тщательностью и повышенной ответственностью – с подготовкой объективного, а не конъюнктурного прогноза всех военно-политических последствий принятия такого решения с точки зрения национальной безопасности Российской Федерации, ее союзников и друзей.

23.10.2017
  • Эксклюзив
  • Военно-политическая
  • Ракетные войска стратегического назначения
  • Россия
  • США
  • XXI век