Через тернии к победе

Сила всегда привлекает людей с низкой моралью,
на смену гениальным диктаторам неизменно
приходят мерзавцы. В этом есть своя закономерность. 

А.Эйнштейн. 

9 мая исполнилась 72-я годовщина Победы в Великой Отечественной войне. Война легла тяжелым бременем на плечи Советского народа и всего Советского строя. Подвергшись в июне 1941 года нападению Германии, СССР под руководством Сталина как Верховного главнокомандующего Вооружёнными силами присоединился к антигитлеровской коалиции и внёс решающий вклад в победу над нацизмом.

В целом это способствовало расширению сферы влияния СССР в Восточной Европе и Азии[1], что, в свою очередь, привело к холодной войне и расколу мира на две противоборствующие системы. В послевоенные годы Сталин способствовал созданию в стране мощного военно-промышленного комплекса и превращению СССР в одну из мировых сверхдержав, обладающую ядерным оружием.

Фальсификаторы истории до сих пор не могут уняться: они не могут простить Победу советского народа в Великой Отечественной войне. Главная цель фальсификации — поставить на одну доску, отождествить СССР и Германию, социализм и фашизм, Сталина и Гитлера. Фальсификация истории ведется в следующих направлениях: искажаются причины Второй мировой войны, прежде всего, оправдывается вероломное нападение Германии и ее союзников (а это почти вся Европа, ведь трудно даже назвать страну, чьи воинские формирования не топтали нашу землю!) на Советский Союз; отрицается решающий вклад СССР в разгром фашизма и освободительная роль Красной армии; извращаются итоги и уроки войны.

Мы видим попытки переписать историю под нужды сиюминутной политической конъюнктуры. В некоторых странах зашли еще дальше - героизируют нацистских пособников, ставят в один ряд жертв и палачей, освободителей и оккупантов.  Одним из козырей Запада в этой фальсификации объявляется договор СССР с Германией — «пакт Молотова — Риббентропа» и особенно виртуальный «секретный протокол» к нему (напомню, что активно о нем заговорили в 1989 году, когда начиналось сепаратистское движение в Прибалтике. Кстати до сих пор непонятно. Протокол подписывался в Москве, но текст на немецком и подпись Молотова латиницей. Возможно, у Молотова крыша поехала? Так нет сидит нормально, а вот вождь народов улыбающийся! – прим.авт) к нему.

Запад помалкивает и не афиширует о том, как Франция и Англия спасала Польшу от нашествия немецко-фашистских войск, когда после объявления войны Гитлеру 3 сентября 1939 года, французские войска, которым противостояли недоукомплектованные немецкие дивизии, пассивно выжидали, укрывшись за «линией Мажино», переведя войну в разряд «странных». Попробуем разобраться во всех этих хитросплетениях через призму сегодняшних событий.

«Человек года-1938»[2].

Китайский генералиссимус Чан Кайши, «Человек года-1937» не удержал своих позиций и журнал «Time» объявил Адольфа Гитлера человеком 1938 года. Вот что пишет журнал TIME, 2 января 1939 года[3]: «Фюрер немецкого народа, Главнокомандующий немецкой армии, флота и ВВС, канцлер Третьего рейха герр Гитлер собрал плоды амбициозной, непримиримой, беспощадной заграничной политики, которую он вел на протяжении пяти с половиной лет. Он порвал версальский договор в клочья. Он снова вооружил Германию до зубов - или почти до зубов. Он похитил Австрию на глазах ужаснувшегося и, видимо, бессильного мира.

 

Все эти события стали шоком для наций, которые всего двадцать лет назад победили Германию на поле брани, но ничто так не ужаснуло мир, как беспощадные, методичные, направляемые нацистами события, которые поздним летом и ранней осенью привели к угрозе мировой войны из-за Чехословакии.

Когда Адольф Гитлер без кровопролития низвел Чехословакию до статуса марионетки Германии, добился кардинального пересмотра европейских оборонительных союзов, и получил свободу действий в Восточной Европе после гарантий невмешательства от Англии (а потом и Франции), он, без сомнения, стал «Человеком года-1938». Тем, кто наблюдал события конца года, казалось, более чем вероятным, что «Человек года-1938» может сделать год 1939 запоминающимся.»  И как увидим далее, он это сделал.

А вверяли Европу Гитлеру «демократы» Эдуард Деладье и Невиль Чемберлен. Это они организовали уничтожение Чехословакии во имя МИРА. (НАТО также в своей время не только уничтожило Югославию во имя МИРА, но и стерло с карты Европы само название Югославия!)  Ах, как хотелось всем в это верить!

Конечно, прав был командир батальона Шарль де Голль в 1928 году за десять лет до начала страшной войны, который раздраженно негодовал против блаженного оптимизма, хлынувшего на французское и европейское общество. Негодовал, когда у всех на языке плясало всякому сердцу милое, чудное слово мир.

«Ход событий силой обстоятельств разрушит все существующие в Европе согласованные и столь дорогие договора и барьеры. Нельзя не видеть того, что Германия силой или другим способом вернет все, что было вырвано у нее в 1918 году в пользу Польши. После этого она потребует Эльзас. Мне кажется это ясным как божий день.

Беспочвенная, иллюзорная надежда на то, что войны не будет, только потому, что она ужасна – присуща всем народам, на памяти которых свежа печать тяжких испытаний недавней войны. Так было всегда, во все послевоенные и предвоенные годы»

За то, что де Голль не придерживался общепринятых мнений и направлений, отраженных в документах государственной политики, де Голля продержали в звании майора целых 12 лет.

Мюнхенский сговор, по своей сути, развязал руки Гитлеру и наложил отпечаток на всю последующую жизнь всей Европы, посеяв недоверие в столицах многих государств. Вот как известный американский историк Уильям Ширер анализирует дальнейшие далеко идущие последствия Мюнхена:

«Как могли восточные союзники Франции и Англии верить после Мюнхена подписанным с ними договорам? Высоко ли ценился теперь союз с Францией?  

В Варшаве, Бухаресте, Белграде... на этот вопрос отвечали однозначно: не очень высоко. В этих столицах старались, пока не поздно, заключить выгодную сделку с нацистским завоевателем. Активность Москвы также повысилась. Хотя Советский Союз и состоял в военном союзе с Францией и Чехословакией, Франция вместе с Германией и Англией единодушно исключили Россию из числа участников встречи в Мюнхене. Это был выпад, который Сталин запомнил. Через несколько месяцев западным демократиям пришлось за это расплачиваться» 

Гитлер же действовал по отработанной схеме: претензии, предложения, требования, угрозы, действия.

Уже в марте 1939 года, и опять при полном попустительстве Англии и Франции (Англия даже передала Германии чехословацкое золото, которое чехословацкое правительство отправило в подвалы Английского банка накануне оккупации!), была оккупирована и оставшаяся часть Чехословакии, а также Клайпеда (Мемель).

 В окончательном разделе Чехословакии наряду с Германией активное участие приняли также Венгрия и Польша, отказавшаяся также, к удовлетворению Гитлера, пропускать через свою территорию советские войска и авиацию на помощь Чехословакии, с которой у СССР тогда не было общей границы.

Все эти события насторожили лидера Советского Союза, ибо он понимал, при таком стремительном изменении военно-политической обстановки можно ожидать всяких неожиданностей, в том числе и войны. В этих условиях необходимо было провести ряд упреждающих действий, дабы исключить войну, к которой Советский Союз не был готов. Правительством был принят ряд мер по укреплению обороноспособности страны, но все понимали, что времени явно недостаточно.

Замалчивание Пакта Чемберлена-Гитлера или просто Мюнхенского сговора 1938 г. при одновременном выпячивании и вырывании из контекста советско-германского договора о ненападении 1939 г. - яркий пример вопиющего антиисторизма и принесения истории в жертву политическим интересам. Евросоюзу куда приятнее и удобнее во всех отношениях в сотый раз осуждать пресловутый пакт Молотова-Риббентропа, симулируя при этом потерю исторической памяти и делая вид, что Мюнхен тут не при чем. Столь явная избирательность - странная забывчивость в отношении Мюнхена и педалирование при любой возможности пакта Молотова-Риббентропа - объясняется особенностями современного европейского политического пиара, который призван производить пропагандистский продукт, всячески демонизирующий СССР и его внешнюю политику, и обеляющий Европу.

Примечательно, что активным игроком на стороне Германии была в это время и Польша, оккупировавшая Тешинскую Силезию, где был установлен жесткий оккупационный режим в отношении проживавших там чехов, и Венгрия, занявшая южные области Словакии и Подкарпатской Руси с преобладавшим там венгерским населением.

Раздел Чехословакии увеличил территорию Польшу, но ухудшил её стратегическое положение. А за полученную в подарок Тешинскую область Гитлер вскоре предложил расплатиться: потребовал согласия Варшавы на вхождение вольного города Данцига в состав Третьего Рейха и разрешения постройки «коридора в коридоре» – экстерриториальных дорог, железной и шоссейной, через польские земли между Германией и Восточной Пруссией.

Польше предлагалось стать сателлитом Германии, что сулило ей территориальные приобретения после разгрома СССР, в котором Берлин и Варшава не сомневались. Но Польша видела себя не сателлитом, а полноправной союзницей Германии. Варшава была готова участвовать в грабеже, но не поступаться своими интересами.

Мюнхен вселил глубокое недоверие к западным союзникам, ибо, по сути, западные державы под флагом борьбы за мир пошли на встречу Гитлеру, согласившись на все его требования, в том числе и на требования примкнувших к нему Венгрии и Польши.

20 апреля1939 года в Германии пышно отмечали пятидесятилетие фюрера. За шесть лет, минувших с момента прихода нацистов к власти в Германии в 1933 г., Германия очень изменилась: из крайне слабой в военном отношении страны, стесненной ограничениями для своей армии (запрет иметь танки, военную авиацию и т.д.), наложенными Версальским мирным договором по итогам Первой мировой войны, она превратилась в мощнейшее в военном отношении государство, без единого выстрела расширившее свою территорию за счет захвата Австрии и Чехословакии.

 

Hugo Jaeger—Time & Life Pictures/Getty Images

The automobile engineer and designer Ferdinand Porsche (in suit) presents Hitler with a convertible Volkswagen for Hitler's 50th birthday, Berlin, Germany, April 20, 1939. «Hitler loved to have his driver tear along at 80 mph," LIFE magazine once noted, "until 1939 when he turned superstitious about accidents and made 35 mph the limit»
Автомобильный инженер и дизайнер Фердинанд Порше (в костюме) представляет Гитлеру конвертируемой Volkswagen на 50-ый день рождения Гитлера, Берлин, Германия, 20 апреля 1939 года[4]

Нужно отметить, что Президент Рузвельт попытался спасти мир и призвал Гитлера дать обещание не нападать на тридцать одну европейскую страну. Ответ фюрера прозвучал в рейхстаге 28 апреля 1939 года: «Мистер Рузвельт! Я полностью представляю себе огромность вашей нации и невероятное богатство вашей страны, позволяющее вам чувствовать ответственность перед историей за весь мир и за историю всех наций. Я, сэр, нахожусь в гораздо более скромной сфере...

Однажды я взял власть в государстве, которое находилось перед угрозой полного краха из-за того, что оно поверило обещаниям остального мира и отвратительному режиму демократических правительств... Я преодолел хаос в Германии, восстановил порядок и в огромной степени увеличил производство... развил транспортную систему, создал прекрасные дороги, выкопал каналы, вызвал к жизни гигантские новые заводы и в то же время сумел помочь распространению образования и культуры нашего народа.

Я сумел найти полезную работу более чем семи миллионам безработных... Я не только объединил германский народ политически, но и перевооружил его. Я взялся также за дело уничтожения страницы за страницей договора, который в своих четырехстах сорока восьми параграфах обосновывал самое низкое угнетение, которое народы и отдельные люди могли встретить на своем пути…»

А затем последовало совещание 23 мая 1939 года с генералитетом. Присутствовали четырнадцать военачальников, среди них были: Геринг, Редер, Браухич, Гальдер, Кейтель. Протокол, благодаря которому мы знаем, что происходило на этой встрече, вел адъютант фюрера подполковник Р. Шмундт. Запись сделана от руки, снять копии никто не отважился. Это была роковая конференция. Здесь, перед своими генералами, Гитлер не занимался пропагандой. Он сказал им прямо, что намерен совершить нападение на Польшу, а если это вызовет известные последствия, то вступить в войну с Британией и Францией.[5]

А что собственно дальше? И мир замер в ожидании. Как показал ход истории, мир был взорван.

«Человек года-1939» - Иосиф Сталин.

Об этом свидетельствует тот же журнал TIME, от 1 января 1940 года.[6]

Генеральный секретарь ЦК ВКП(б) Иосиф Сталин «Человек года» в 1939 г.

Так почему Иосиф Сталин стал человеком года 1939? Ответить на этот вопрос не так просто, поскольку в сегодняшней перетруске истории есть много заинтересованных лиц, в том числе из числа тех, которые оказались повержены в ходе Великой Отечественной войны.

В то же время весной 1939 г., захватив Чехословакию, Гитлер продемонстрировал, что больше не нуждается в согласии Н. Чемберлена и Э. Даладье на осуществление своих агрессивных планов. Это был предупредительный звонок, Гитлер демонстрировал решительность.

Контролируемый Ротшильдами Английский банк наградил Гитлера за взятие Праги, отдав ему резервы чешского золота, которые хранились в Лондоне.

Ранее, 28 августа 1937 года один из последних рейхсканцлеров Веймарской республики Генрих Брюнинг направил Уинстону Черчиллю письмо следующего содержания: «Я не хотел и не хочу сейчас по вполне понятным причинам открывать информацию, что с октября 1928 года самыми крупными и постоянными жертвователями средств для Нацистской партии были главные управляющие двух крупнейших берлинских банков, оба иудейского вероисповедания, один из них лидер сионистов в Германии».

Бумаги Брюнинга хранятся сейчас в Сиракьюсском университете (США, штат Нью-Йорк)[7]

Последующие события нарастали как снежный ком. Уже 21 марта Гитлер предъявил ультиматум правительству Польши о передаче Данцига, что вызвало в Лондоне серьезное беспокойство. На заседании парламента премьер-министр Чемберлен заявил, что если Германия станет обладательницей ресурсов Польши, то это будет иметь плачевные последствия для британских интересов. С другой стороны, вооруженное противоборство со странами «оси» представлялось в Лондоне столь тяжелым испытанием, что его следовало избегать. Поэтому правительство Чемберлена предполагало продолжить политику уступок третьему рейху, в то же время, путем демонстрации силы оказав на него определенное давление. В частности, признавалась возможность передачи рейху Данцига и польского коридора. Однако захват Гитлером всей Польши расценивался уже как недопустимое изменение баланса сил, и поэтому 31 марта британское правительство предоставило Польше гарантии независимости, которые не предполагали сохранение их территориальной целостности. Таким образом, вопрос о возможности изменения границ государств оставался открытым.

Закулисные интриги Великобритании и Франции.

Предоставление Польше гарантий не произвело должного впечатления на Берлин. И. Риббентроп 1 мая 1939 г. выразил уверенность, что «в случае военного столкновения англичане преспокойно бросят Польшу на произвол судьбы». Интенсивные приготовления Германии к войне продолжались. А Великобритания и Франция продолжали маневрировать, пытаясь сохранить мину при плохой игре. Более того, Великобритания вела практически постоянные переговоры с Берлином. Наиболее серьезный политический проект англо-германского сближения, в перспективе означавший возможность достижения очередного соглашения – «второго Мюнхена», связан с именами ближайших сподвижников Чемберлена Х. Вильсона и Р. Хадсона.

В июле уже Хадсон предложил план германо-британского экономического сотрудничества и колониального развития, включая крупный британский заем Германии, в обмен на мирную внешнюю политику. Информация об этом просочилась в прессу.

Скандал, поднятый «антимюнхенской» группой британской общественности (в первую очередь парламентской оппозицией) в связи с подготовкой нового соглашения, затруднил правительству Чемберлена осуществление шагов, направленных на достижение очередного компромисса с Берлином.

В Москве с недоверием отнеслись к оправданиям Чемберлена.

Тем временем, шедшие с весны 1939 г., британо-франко-советские переговоры, о создании политического и военного союза, который поставил бы эффективный заслон гитлеровской экспансии, уже к середине лета выдохлись.

Лондон и Париж маневрировали, рассчитывая не столько достичь соглашения с Москвой, сколько устрашить Гитлера перспективой его достижения.

По существу, западные демократии, духовные наследники которых сегодня обвиняют СССР в равной с фашистской Германией ответственности за развязывание Второй мировой войны, осуществляли самоубийственный курс Мюнхена сентября 1938 г. (хотя и несколько трансформированный) на «умиротворение» агрессора и переключение его внимания с западного направления на восточное.

Советское руководство 25 июля предложило провести в Москве переговоры военных делегаций. Согласие было получено, но и в этом случае правительства Великобритании и Франции не торопились. Достаточно сказать, что британская миссия не нашла более подходящего транспортного средства, чем тихоходный товаро-пассажирский пароход «Сити оф Эксетер», прибывший в Ленинград только 10 августа. До начала Второй мировой войны оставалось три недели...

Переговоры военных миссий длились с 12 по 21 августа. Со стороны СССР их вели высокие должностные лица, обладавшие необходимыми полномочиями и компетенцией – начальник Генерального штаба РККА Б.М. Шапошников, нарком Военно-Морского Флота Н.Г. Кузнецов, начальник Военно-Воздушных Сил А.Д. Лактионов и заместитель начальника Генштаба И.В. Смородинов. Миссию возглавлял нарком обороны Маршал Советского Союза К.Е. Ворошилов. Делегация получила от Политбюро ЦК ВКП(б) полномочия на подписание с Великобританией и Францией полномасштабной военной конвенции, направленной против гитлеровской агрессии.

Инструкция Ворошилову была разработана лично И.В. Сталиным.

В отличие от советских переговорщиков, миссии Лондона (глава миссии – адъютант короля отставной адмирал Р. Дракс) и Парижа (член военного совета генерал Ж. Думенк) состояли из второстепенных лиц и не имели необходимых полномочий на подписание военного соглашения.

Собственно, в ходе переговоров фигурировали возможные сценарии отражения агрессии, количества выделяемых сил и возможность пропуска Красной армии через территории сопредельных государств.

А в это время по настоянию Гитлера 15 августа 1939 г. германский посол Вернер фон Шуленбург встретился с Вячеславом Молотовым и вручил ему «памятную записку», очень откровенную и интересную. В пятом пункте записки было сказано: «…В настоящее время они («капиталистические западные демократии») вновь пытаются, путем заключения военного союза, втянуть Советский Союз в войну с Германией. В 1914 году эта политика имела для России худые последствия. Интересы обеих стран требуют, чтобы было избегнуто навсегда взаимное растерзание Германии и СССР в угоду западным демократиям». И далее: «Было бы роковым, если бы из-за обоюдного незнания взглядов и намерений другой страны оба народа окончательно пошли по разным путям».

События развивались с невероятной быстротой, до нападения на Польшу оставалась немного времени, и Гитлеру было необходимо убедиться в том, что СССР не придет ей на помощь, как обещал английской и французской делегациям, которые чуть не полгода вели переговоры в Москве о совместных действиях против Германии.

Тем временем 20 августа польский министр иностранных дел Ю. Бек заявил: «Я не допускаю, что могут быть какие-либо дискуссии относительно какого-либо использования нашей территории иностранными войсками. У нас нет военного соглашения с СССР. Мы не хотим его». Между тем еще 3 апреля 1939 года Гитлер подписал директиву об операции «Вайс» с целью захвата Польши. Начало войны было намечено на 1 сентября 1939 года. Пока шли переговоры в Москве, германские войска уже начали выходить в позиционные районы, которые они должны были занять к 25 августа.

Фюрер отлично знал, что к Польше Сталин особых симпатий не питал. Но вдруг забудет старые обиды, особенно если поляки пообещают вернуть то, что отхватили у России в 1920-м? То есть такое событие относилось к событиям возможным, но маловероятным.

А в том, что от англичан с французами большой беды Германии не будет, было ясно: «переговаривались» они в Москве с 21 марта 1939 г., а реальных результатов – ноль. Почему? Франция не хотела (К чему это, если все уже получено по Версальскому договору!), а Англия, не могла воевать с Германией, ибо ее сухопутные войска были дислоцированы в метрополии, и их количество было невелико.

22 августа Думенк заявил советской делегации, что он получил от своего правительства положительный ответ на «основной кардинальный вопрос» и полномочия подписать военную конвенцию. Однако есть ли согласие со стороны Лондона, Варшавы и Бухареста, он сообщить ничего не мог. Готовность Франции подписать военную конвенцию «в последний час» при маневрах Великобритании, рассматривавшей контакты с Советским Союзом как прикрытие собственных секретных переговоров с Германией, и при самоубийственной близорукости Польши ничего не давала. Подписание конвенции было сорвано.

Польша наотрез отказывается пропустить советские войска через свою территорию для вхождения в непосредственное боестолкновение с агрессором. СССР просит Англию и Францию повлиять на Польшу, но в ответ те только беспомощно разводят руками.
Что оставалось делать Сталину и Молотову в такой ситуации? Они имели четкое представление (разведка работала исправно) о том, что Польша не выдержит германского удара. Не менее отчетливо они понимали, что Гитлер на этом не остановится и попробует рано или поздно пойти дальше. Стало быть, Гитлера нужно остановить как можно раньше и как можно дальше от нынешней советской границы.

Факты упрямая вещь, останавливать было чем, но не было желания. При доброй воле всех прямых и косвенных участников московских переговоров гитлеровской агрессии был бы поставлен надежный заслон. Вооруженные силы трех стран СССР, Франции и Великобритании в совокупности имели 311 дивизий, 11,7 тыс. самолетов, 15,4 тыс. танков, 9,6 тыс. тяжелых артиллерийских орудий. Блок Германии и Италии располагал вдвое меньшими силами: 168 дивизий, 7,7 тыс. самолетов, 8,4 тыс. танков, 4,4 тыс. тяжелых орудий.

Сталинский выбор.

Нарком обороны Климент Ворошилов, возглавлявший делегацию СССР на англо-франко-советских переговорах, 14 августа 1939 г. задал главный вопрос: позволено ли будет Красной Армии пройти через Вильно и Польскую Галицию? Если не осуществить этого выхода, немцы быстро оккупируют Польшу и выйдут к границе СССР. «Мы просим о прямом ответе на эти вопросы… Без четкого, прямого ответа на них продолжать эти военные переговоры бесполезно», – заявил Клим Ворошилов. Однако Польша такого разрешения не предоставила. То есть СССР мог вступить в войну с Германией только после гибели Польши!

Объяснение этого казуса читаем у Черчилля: «Героические черты характера польского народа не должны заставлять нас закрывать глаза на его безрассудство и неблагодарность, которые в течение ряда веков причиняли ему неизмеримые страдания». На переговорах 1939 г. Варшава реально отказала не Советскому Союзу, а «своим родителям» Франции и Великобритании, фактически создавшим независимую Польшу на Парижской мирной конференции 1919 г.

Убедившись в нежелании Англии рассматривать СССР как равноправного партнера в рамках возможной коалиции против потенциальных агрессоров, руководство СССР в августе 1939 г. приняло решение о сближении с Германией. И.В. Сталин, дав вечером 21 августа согласие на прибытие в Москву И. Риббентропа, сделал выбор в пользу переговоров с Германией.

В результате около полудня 23 августа два трехмоторных «Кондора» с фон Риббентропом и его свитой приземлились в Москве. В самолете Риббентропа зияли пробоины от снарядов советской зенитной артиллерии, которая обстреляла самолет под Великими Луками, но немецкая сторона ни слова не проронила об инциденте. Такая мелочь, как стрельба в уполномоченного по внешней политике Германии, не должна помешать главному. Через несколько часов будет подписан тот самый пакт Молотова-Риббентропа.

Договор о ненападении между Советским Союзом и Германией.

Экземпляр на русском языке, на немецком. Подпись Молотова - латиницей. Напечатан - не на «договорной» бумаге, а на самой обыкновенной - писчей, что совершенно нехарактерно для документов такого уровня. Впечатление, что те, кто его готовил, чрезвычайно торопились.

Нужно отметить, что о договоре и секретном приложении активно заговорили осенью 1989 года. Волей своих командиров мне довелось участвовать в крупном учении Войск ПрибВО и БВО, а в это время проходила сессия Верховного Совета Латвийской ССР. Вот еще тогда у нас зародилось недоверие к этим документам, нам довелось много переговорить по этим документам, но мы так и не сумели прийти к единому выводу. Но тревога нас не покидала.

Впоследствии, именно с подачи лидеров прибалтийского сепаратизма, группа российских политиков поставила задачу легализовать секретный протокол к «пакту Молотова — Риббентропа»

Здесь особую активность проявил А.Н. Яковлев, ставший председателем комиссии по политической и правовой оценке советско-германского договора о ненападении, созданной на I съезде народных депутатов. В эту комиссию вошли Ю. Афанасьев, В. Ландсбергис, В. Коротич и др. Вопрос так и остался открытым: смогли ли они принимать объективные решения?! В последующем мы могли убедиться, что некоторые решения базировались, мягко говоря, на спорных документах, которые и до сих пор не нашли своего подтверждения.

Вот как комментировал в свое время Валентин Антонович Сидак, с конца 80-х годов вплоть до контрреволюции августа 1991 работавший на руководящих должностях в секретариате КГБ СССР, который выполнял функции основного штабного органа в системе государственной безопасности страны. В своих публикациях В.А.Сидак приводит убедительные свидетельства очевидных несоответствий используемых до сих пор фотоматериалов требованиям делопроизводства. Он указывает на грубые ошибки, в том числе и грамматические, в приводимых текстах, которые, скорее всего, стали следствием несовершенного перевода с немецкого на русский язык изготовителями фальшивок.

А может все же фальшивка? Многие документы, пущенные в обращение после Великой Отечественной войны, были сфальсифицированы, задача была одна – представить фашизм в лучшем виде. Авторы подделок во все времена стремились облечь в солидную письменную форму фактически применявшиеся правила или общепринятые нормы. Поэтому, что представляет из себя документ, подлинник или фальшивку установить трудно, этим и пользовались во все времена, и пользуются сегодня. Понятно, что при классификации документов большое значение имеют письменное изложение, способ изложения, а также кодификация, то есть форма систематизации, обобщение правовых положений, применение законов.

Так вот «Пакт Молотова – Риббентропа» был подписан 23 августа 1939 года. Этот Пакт по общепринятой ныне версии, сопровождал секретный протокол. Впервые фотокопия секретного протокола была опубликована в 1946 году в провинциальной американской газете «Сан-Луи пост диспач» после речи Черчиля в Фултоне, по сути обозначившей начало «Холодной войне». Копию якобы негласно изготовил в конце войны при микрофильмировании документов германской дипломатической службы один из сотрудников секретариата И. Риббентропа по фамилии фон Леш. Спрятанная в Тюрингии коробка с микрофильмами в мае 1945 г. при не вполне ясных обстоятельствах была им передана военнослужащим оккупационных войск Великобритании. Те, в свою очередь, поделились находкой с американскими союзниками, от которых текст протокола якобы и попал впервые в американскую прессу.

Здесь бы стоило задать вопрос и американцам. Почему американцы не дают ни одного документа прочитать из личной канцелярии Гитлера, которые они захватили в Тюрингене, последней штаб-квартире Гитлера, именовавшейся штаб-квартирой «Ольга», к которым они не допускают даже своих историков.

Да и англичане не торопятся публиковать документы по полету заместителя Гитлера по партии и государства Рудольфа Гесса. Первоначально срок давности был установлен — 2000 год. Однако, по мере приближения этой даты, англичане начинали заметно нервничать. Сначала передвинули до 2015 года, потом до 2025. По последним сведениям, срок давности установлен — 2045 год. То есть должно пройти сто лет по окончанию Второй мировой войны. Что можно скрывать более ста лет?

В ходе Нюрнбергского процесса адвокат И. Риббентропа Альфред Зайдль попытался внести в число доказательств текст «секретного дополнительного протокола к советско-германскому пакту о ненападении 1939 года». Однако Международный трибунал поставил под сомнение его доказательную силу. Впоследствии в своих мемуарах А. Зайдль признавал: «Я до сих пор не знаю, кто передал мне эти листы. Однако многое говорит за то, что мне подыграли с американской стороны, а именно со стороны обвинения США или американской секретной службы».

Кстати Риббентроп, спасая свою жизнь на Нюрнбергском процессе, не вспоминал о секретном протоколе, хотя его адвокат Альфред Зайдль попытался внести в комплект доказательств текст секретного протокола. Не получилось.

Так, Риббентроп в своем последнем слове заявил: «Когда я приехал в Москву в 1939 году к маршалу Сталину, он обсуждал со мной не возможность мирного урегулирования германо-польского конфликта в рамках пакта Бриана — Келлога, а дал понять, что если он не получит половины Польши и Прибалтийские страны еще без Литвы, с портом Либава, то я могу сразу же вылетать назад. Ведение войны, видимо, не считалось там, в 1939 году преступлением против мира...»

Во всяком случае, Риббентроп и не пытался «лягнуть» Советский Союз секретным протоколом. Напрашивается вопрос: Риббентроп забыл название документа, под которым он ставил подпись?!

Как видим, это страничка машинописного текста, которая в юридическом отношении не является составной частью большого договора. Её подлинники не обнаружены, они или утеряны, или попросту никогда не существовали. А на ней строятся выводы, которые не способствуют укреплению дружественных отношений между странами.

В государственных архивах США, ФРГ и Великобритании хранятся фотокопии из этой пресловутой «коробки» риббентроповского чиновника. Других копий до 1989 года не существовало и в помине.

Как утверждает В.А. Седак, кропотливый анализ материалов, которые были ему доступны для исследования, дает основание сомневаться в подлинности, аутентичности секретного дополнительного протокола к Договору о ненападении между Германией и СССР, других секретных советско-германских документов, обнаруженных в архиве ЦК КПСС и официально опубликованных в 1993 году в журнале «Новая и новейшая история».

Оригинал должен был храниться и в Германии. И в ФРГ не было сил, которые были бы заинтересованы в его сокрытии. Хотя по официальным дипломатическим каналам советская сторона дважды обращалась в ведомство федерального канцлера ФРГ Г. Коля с просьбой провести тщательную проверку немецких архивов на предмет отыскания подлинника секретного протокола. Власти ФРГ сумели предоставить лишь уже давно известные «копии» и еще раз подтвердили, что подлинники этих документов у них отсутствуют.

«В своем выступлении на съезде А.Н. Яковлев предложил депутатам признать «на уровне современных знаний» копии секретного протокола достоверными, так как последующие события развивались... точно «по протоколу». Аргумент, что и говорить, малоубедительный!

В советских архивах этого протокола нет, а на Западе имеется только его сомнительная копия, а не подлинник.  Ни один из этих аргументов не подтверждался ни фактами, ни документами, ни действительным ходом событий.

Как утверждает Сидак, во время работы комиссии в одном из подразделений МИД СССР не без участия Яковлева и его команды был «случайно» обнаружен уже машинописный текст секретного дополнительного протокола и других приложений, заверенных сотрудником Совнаркома СССР неким В. Паниным. В 1992 году по ним были осуществлены публикации в официальном двухтомнике МИД под названием «Документы внешней политики СССР, 1939». Однако, когда позднее во время работы над договором с Литвой МИД России понадобились подлинники секретных приложений к советско-германским договорам, то в архиве Президента РФ дипломатов отослали к журнальной публикации.

Здесь следует упомянуть, что в конце 1992 года известный «борец за историческую правду» Д. Волкогонов сообщил на пресс-конференции об обнаружении подлинников в России, и уже в начале 1993 года в журнале «Новая и новейшая история» были опубликованы обнаруженные в «Особой папке» архива ЦК КПСС тексты советско-германских документов 1939—1941 годов, в том числе секретный дополнительный протокол о разграничении сфер интересов Германии и СССР, подписанный В.М. Молотовым и И. Риббентропом 23 августа 1939 года. Сначала это подавалось как триумф приверженцев исторической правды. Однако вскоре шумиха вокруг обнаруженных якобы подлинников секретных протоколов утихла, как будто их и не было вовсе. Из печати стало известно, будто оригиналы этих документов до сих пор хранятся «в условиях особо строгого режима»

Во всяком случае, на сегодняшний день не существует подлинника документа секретного протокола, а это ставит под сомнение подлинность копий секретного протокола.

Идеолог горбачевской перестройки А.Н. Яковлев, вводил в заблуждение народных депутатов СССР, когда утверждал, что «графологическая, фототехническая и лексическая экспертизы копий, карт и других документов, соответствие последующих событий содержанию протокола подтверждают факт его существования и подписания». Ибо любой грамотный юрист, любой эксперт-криминалист тотчас предметно и убедительно докажет, что достоверность документа по копии (тем более по фотокопии!) установить нельзя. Подобные виды экспертных исследований проводятся исключительно по оригиналам документов: только они имеют доказательную силу в суде и иных юридических инстанциях. В противном случае многие из нынешних казнокрадов уже давно сидели бы не в своих уютных кабинетах, а в тюремных камерах.

А в этой истории примечательно еще и то, что, по версии «демократов», графологическую экспертизу текстов документов и подписи В.М. Молотова провели якобы сотрудники МУРа в пику специалистам Научно-исследовательского института КГБ, отказавшимся, несмотря на давление председателя комиссии А.Н. Яковлева, признать достоверность материалов по фотокопиям. Сомневается, кстати, в подлинности секретных протоколов и внук Молотова известный политолог В. Никонов, ссылаясь как на материалы Ф. Чуева, так и на собственные беседы с дедом.

Сегодня карту, которая являлась составной и неотъемлемой частью другого внешнеполитического документа — Договора о дружбе и границе между Германией и СССР от 28 сентября 1939 года, подписанного уже после падения Польши, пытаются так же сделать приложением к «пакту Молотова — Риббентропа» от 23 августа 1939 года, хотя на карте стоит дата 28/IX/39.

К сожалению, существуют заинтересованные силы, которые и сегодня ведут работу по развенчанию определяющей роли Советского Союза в достижении победы над фашизмом.

Документы свидетельствуют, что еще более 50 лет назад США и рядом других стран НАТО была поставлена и с тех пор небезуспешно реализуется задача: любыми способами добиться признания Советского Союза государством-агрессором, «подлинным инициатором» развязывания Второй мировой войны, по крайней мере – активным пособником Гитлера в реализации его экспансионистских планов и устремлений в Европе и мире.

Кстати, осуществление планов и замыслов Запада идет успешно. Для иллюстрации процитирую высказывание генерального секретаря НАТО Дж. Робертсона от 14 декабря 2002 года: «Пригласив в НАТО семь стран Центральной и Восточной Европы, альянс добился самой большой победы за полвека. Он перечеркнул пакт Риббентропа — Молотова и Ялтинские соглашения».

«Человек года-1939».

А как же товарищ Сталин? В 1939 году он стал человеком года, то есть внешняя политика Советского Союза с Германией в отношении третьих стран ничем не отличалась от принятой международной практики ведущих колониальных государств Великобритании и Франции, которая базировалась на позициях силы. С точки зрения политики колониализма, договор Рибентропа-Молотова казался блестящим удачным ходом в циничной игре политики с позиции силы.

Вот как описывает события тех лет Журнал TIME: «ожидалось, что Иосиф Сталин будет бездействовать и позволит Союзникам и немцам вести борьбу вплоть до истощения, после которой он, возможно, получит какой-либо выбор. Но понемногу, выяснилось, что товарищ Сталин получает что-то гораздо более практичное из этого соглашения:

  • более чем половина Польши была сдана ему без выстрела (т.е. реально было возвращено то, что отобрала Польша в 1920 году. Войска Красной армии пришли в движение, когда правительство Польши бежало в Румынию еще 16 сентября 1939 г., забыв о личной ответственности за судьбу государства, судьбу собственного народа, более того войска дальше линии Керзона не пошли - прим.авт.);
  • три Балтийских Государства - Эстония, Латвия и Литва - были спокойно информированы, что в дальнейшем они должны смотреть на Москву вместо Берлина. Они все подписали договоры «взаимной помощи», делающие их виртуальными протекторатами Советского Союза;
  • Германия отказалась от любого интереса к Финляндии, этим самым как бы давая карт-бланш СССР на решение своих задач с этой страной;

предположительно, Германия была согласна признать некоторые Советские интересы на Балканах, по всей вероятности, в румынской Бессарабии и в восточной Болгарии, а также на перешейке»

Как утверждают некоторые историки, если сравнить некоторые выдержки из статьи «Joseph Stalin, FROM THE TIME ARCHIVE, Jan. 1, 1940», то почему-то они напоминают выдержки из так называемого секретного протокола.

Напомню, что фальшивка, которую сегодня преподносят как секретный протокол, выглядит таким образом: 

«СЕКРЕТНЫЙ» ДОПОЛНИТЕЛЬНЫЙ ПРОТОКОЛ

По случаю подписания Пакта о Ненападении между Германией и Союзом Советских Социалистических Республик нижеподписавшиеся представители обеих Сторон обсудили в строго конфиденциальных беседах вопрос о разграничении их сфер влияния в Восточной Европе.  

Понятно, что само наименование документа заставляет задуматься. Если это секретный дополнительный протокол, то к какому документу, то есть с точки зрения норм делопроизводства он выполнен нестандартно. Создается впечатление, что его готовили малоквалифицированные чиновники, что явно не соответствует МИДовским стандартам.

В тексте говорится о том, что сей «секретный дополнительный протокол» составлен по случаю подписания Пакта о ненападении. Но последний на момент подписания, 23 августа 1939 г., «пактом» не назывался, а назывался «договором» (разницу читатель может узнать из словарей и энциклопедий); «пактом» он стал называться после 16 сентября 1939 г. (далее по тексту - прим.авт.)

Эти беседы привели к соглашению в следующем:

1. В случае территориальных и политических преобразований в областях, принадлежащих прибалтийским государствам (Финляндии, Эстонии, Латвии, Литве), северная граница Литвы будет являться чертой, разделяющей сферы влияния Германии и СССР. В этой связи заинтересованность Литвы в районе Вильно признана обеими Сторонами.

О каком сговоре Сталина и Гитлера можно говорить после следующих строк «протокола»: «...северная граница Литвы будет являться чертой, разделяющей сферы влияния Германии и СССР» и что «в этой связи заинтересованность Литвы в районе Вильно признана обеими сторонами». «В этой связи» ясно указывало на то, что в сферу влияния Германии должны входить Вильно и Вильненская область. Но ведь, войдя в Польшу, советские войска начали с их захвата и тем самым как бы грубо нарушили пункт 1 «секретного протокола»

Это еще и показывает, как справедливые действия Советского правительства по передаче в 1939 году Вильно и Вильненской области Литве, незаконно отторгнутых в 1919 году Польшей, можно представить, как сговор. Почему-то националисты не вспоминают, как 13 июля 1940 года Сталин и Молотов «просили» германское правительство «найти возможность отказаться от этого небольшого куска территории Литвы». Речь шла о юго-западной территории Литвы с центром в г. Сувалки, за которую Советскому правительству пришлось заплатить 7,5 млн. золотых долларов.

2. В случае территориальных и политических преобразований в областях, принадлежащих Польскому государству, сферы влияния Германии и СССР будут разграничены приблизительно по линии рек Нарев, Висла и Сан.

Вопрос о том, желательно ли в интересах обеих Сторон сохранение независимости Польского государства, и о границах такого государства будет окончательно решен лишь ходом будущих политических событий. В любом случае оба Правительства разрешат этот вопрос путем дружеского согласия.

Фраза о том, что «сферы влияния Германии и СССР будут разграничены приблизительно по линии рек Нарев, Висла и Сан», является безграмотной, т.к. река Нарев связана с рекой Вислой через Буг. Но в эту географическую безграмотность фальсификаторы вложили определенный смысл, который заключается в следующем. Чтобы захватить Варшаву, немцы с нашего разрешения форсировали Вислу и Буг и прошли демаркационную линию, установленную для германских войск по германо-советскому коммюнике от 22 сентября 1939 года. Граница стала проходить от реки Нарев, далее по сухопутному участку Варшавского воеводства до реки Висла. Чтобы те, кто через много лет будет читать «секретный протокол», не спрашивали, как это Гитлер и Сталин смогли обеспечить такое точное соблюдение сухопутного участка на польской территории, и появилось слово «приблизительно», явно указывая, что написана эта фраза опять же после известных исторических событий.

17 сентября польское правительство не объявило о состоянии войны с Советским Союзом. Польский диктатор, главком Рыдз-Смиглы отдал приказ «С Советами в бои не вступать», оказывая сопротивление лишь попыткам разоружить войска, отступающие на запад и в Румынию. Уже из лондонской эмиграции в конце октября польское правительство попыталось объявить войну СССР, но юридических последствий этот акт отчаяния не имел, в частности, его не признали даже союзники Польши Великобритания и Франция. Вряд ли кто-то сможет дать исчерпывающее определение той ситуации. Но советско-польской войны в сентябре 1939 не было.

3. Касательно Юго-Восточной Европы Советская сторона указала на свою заинтересованность в Бессарабии. Германская сторона ясно заявила о полной политической незаинтересованности в этих территориях.

26 и 27 июня 1940 г. - советское правительство выдвигает Румынии два ультиматума с требованием безоговорочного возврата СССР Бессарабии и Северной Буковины. Румыния в декабре 1917 года оккупировала Бессарабию и в ноябре 1918 года оккупировала Буковину.

Да действительно 28 июня 1940 года Красная Армия вошла в пределы Румынии, и Бессарабия вновь оказалась в составе СССР. Здесь есть необходимость вернуться к книге Анри Барбюса «Сталин», где есть такой пассаж: «Германская армия оторвала от России Прибалтийские страны и Финляндию. Союзники отторгли от нее Польшу и, дополнив ее кусками Австрии и Германии, создали независимое государство... Они украли у советского государства Бессарабию, чтобы, пренебрегая желаниями бессарабцев, заплатить ею Румынии»

Мы не будем ссылаться на авторитет Анри Барбюса, но следует обратить внимание на лексический нюанс: одно дело «оторвала», «отторгли» - это все из политического лексикона - и вдруг «украли»... А слово это здесь не случайно, и в литературе двадцатых годов подобная интерпретация по поводу именно Бессарабии встречается. Дело оказывается в том, что в декабре 1917 года Румыния оккупировала Бессарабию.

5 марта 1918 года в Яссах (и в Одессе 9 марта 1918 года) при участии держав Антанты представители Румынии и делегаты из Москвы подписали «Соглашение между РСФСР и Румынией об очищении Румынией Бессарабии». Но этому договору не суждено было сбыться в связи с заключением Украинской Центральной Радой сепаратного договора с Германией. Румыния осталась на захваченных территориях прихватив Северную Буковину и еще ряд земель соседних государств, увеличив собственную площадь более чем в два раза.

Согласно этому соглашению Румыния обязывалась очистить Бессарабию в течение двух месяцев. Немедленно же она очищает стратегический пункт Жебряны - местность, лежащая в глубине бухты, близ устья Дуная. Все очищаемые румынскими войсками местности занимаются сейчас же русскими войсками. После двух месяцев в Бессарабии остается румынский отряд из 10000 человек для охраны румынских складов и железнодорожных линий. Румыния взятое обязательство не выполнила, более того Румыния неоднократно обращалась к державам Антанты, чтобы те приняли решение о включении Бессарабии в состав Румынии, однако она так и не получила международного правового документа на владение Бессарабией. Таким образом, договор от 5 марта 1918 года как бы оставался в силе. А Румыния его игнорировала. Вот почему у Анри Барбюса появилось слово не из политического лексикона – «украли».

То есть в отношении Бессарабии - сначала была история, а потом, после ее событий, появлялись пункты в «протоколе», рассчитанные на негативную реакцию молдаван по отношению к деятельности Советского правительства.

4. Данный протокол рассматривается обеими Сторонами как строго секретный.

Этот пункт выглядит совсем нелепо: «Данный протокол рассматривается обеими сторонами как строго секретный». Надо же так сформулировать: «строго секретный»? А что, есть еще документы «не строго секретные», «наполовину секретные», «почти секретные»? В практике нашего государства применялись три категории секретности: секретные, совершенно секретные, особой важности. Как-то все это попахивает «липой»!

Москва, 23 августа 1939 г.

За Правительство                                                                  Полномочный

Германии                                                                                Представитель

И. Риббентроп                                                                      Правительства СССР

                                                                                                        В. Молотов

Хотя, как известно, статья «Иосиф Сталин» в журнале Time вышла в свет 1 января 1940 года, а мнимый протокол (точнее копия) был обнаружена написана и опубликована в 1946, что указывает на то, что авторы фальшивки не были оригинальны и в фальшивку заложили материал статьи из журнала «Time», а побудительным мотивом была речь Черчиля в Фултоне, то есть фактическое объявление о начале «холодной войны».

Утверждение некоторых современных историков относительно наличия секретного протокола от 23 августа 1939 года сомнительно. Если бы этот протокол был, то его продемонстрировали на телевидении, более того советские руководители практически никогда не ставили свои подписи на документах на латинице, тем паче подписывая протокол в Москве. И еще момент: некоторые историки и СМИ ссылаются на то, что оригинал секретного протокола с подписями Молотова и Риббентропа находится в Архиве президента РФ, Особая папка, пакет № 34. Тогда давайте вытащим его на свет божий и разберемся поподробнее с этим документом, привлекая ответственных экспертов. Ибо сегодня многие историки ссылаются на протокол, никогда не держав его в руках.

Следует напомнить, что западные страны канализировали агрессивные действия Гитлера и сегодня замалчивают свои действия. Так, несмотря на грубейшее нарушение Версальского договора, когда 7 марта 1936 года немецкие войска заняли Рейнскую демилитаризованную зону, ни Великобритания, ни Франция не оказали Гитлеру военного сопротивления, только ограничившись формальным протестом на дипломатическом уровне.

В марте 1938 года Германия беспрепятственно присоединила к своей территории Австрию, а в октябре того же года в результате Мюнхенского соглашения с правительствами Великобритании и Франции аннексировала принадлежавшую Чехословакии Судетскую область.

Напомню, 10 марта 1939 г., выступая на XVIII съезде Всесоюзной коммунистической партии, Сталин говорил о том, что необъявленная война, которую державы оси под прикрытием антикоминтерновского пакта уже ведут в Европе и Азии, направлена не только против Советской России, но также, и даже в первую очередь, против интересов Англии, Франции и Соединенных Штатов.

Уже 15 марта 1939 года Германия в нарушение соглашения полностью оккупировала Чехию. К слову сказать, Венгрия и Польша наравне с Германией участвовали в разделе Чехословакии. День в день с заключением мюнхенского сговора Польша направила Чехословакии свой ультиматум и одновременно с немецкими войсками ввела свою армию в Тешинскую и Фриштадскую области. Гитлер позволил им «урвать по куску» от Чехословакии. А коготок то увяз!

Реализуя так называемую «политику умиротворения», Великобритания и Франция, которые так и не решились вступить в войну, продолжили попытки спасти систему Версальского договора разумными, с их точки зрения, уступками Гитлеру. Поэтому в плане действий Москвы в 1939 году, они были выверенными, уповать на западных союзников было бесполезно.

Здесь уместно привести оценку пакта Молотова-Риббентропа итальянским дуче Бенито Муссолини: «Что касается соглашения с Россией, то я одобряю его полностью. Сближение между Германией и Россией необходимо для предотвращения окружения их демократиями». Видимо, уже в те времена понятие «демократия», с лёгкой руки поборников двойных стандартов, стало синонимом политического лицемерия.

Следует отметить, что Сталин был уверен в неизбежности новой войны в Европе, но вот о том, кто чьим союзником окажется, на континенте не знал никто. Именно неясность в раскладе сил, понимание, что любовью к СССР в 1939-м не горел ни один из будущих союзников по антигитлеровской коалиции, и были главными причинами, побудившими Сталина заключить «пакт». Да подписывал его Молотов, но позади стоял, улыбающийся Сталин, который знал цену этого документа, ибо знал, каковы были взгляды Гитлера на «лебенсраум» (нем. жизненное пространство) и на славянское население.

 

Было ясно, что для Гитлера славяне – это люди третьего сорта. Гитлер уже в «Майн кампф» говорил откровенно, что славяне должны уступить свои земли германской расе.

А вот как заявил Молотов после подписания пакта: «Поскольку переговоры [с Британией и Францией] показали, что на заключение пакта взаимопомощи нет основания рассчитывать, мы не могли не поставить перед собою вопроса о других возможностях обеспечить мир и устранить угрозу войны между Германией и СССР. Если правительства Англии и Франции не хотели с этим считаться – это уж их дело. Наша обязанность – думать об интересах советского народа, об интересах Союза Советских Социалистических Республик».

Некоторые детали.

В 1938 г. Москва предложила Великобритании и Франции выступить с совместным демаршем в защиту Чехословакии, пообещав неукоснительно придерживаться гарантий взаимопомощи, которые она предоставила Парижу и Праге. Лондон расценил ее инициативу как «преждевременную». Через месяц Россия предложила Англии и Франции заключить официальный трехсторонний союз. Тщетно прождав ответа три недели, Литвинов подал в отставку.

Имеются свидетельства, что на следующий день обычно сдержанный Сталин в кругу своих радостно кричал: «Обманул! Обманул Гитлера!!!». Примерно в тот же час фюрер, заслушав отчет Риббентропа, обозвал Сталина «грязным азиатским вымогателем». Теперь посмотрим, что дал пакт Гитлеру и Сталину.

Что дал «пакт» Германии? Гитлер боялся обострять отношения с Москвой, ибо чтобы разделаться с Англией и Францией, он должен был обезопасить свой тыл, а пакт создавал предпосылки к этому.

СССР поставил Германии товаров на общую сумму 310 млн. 300 тыс. марок. Большую часть составляли лес, зерно, хлопок-сырец, фосфаты. Бензин, солярка и смазочные масла на первом месте не стояли – самим не хватало. Кроме того, к немцам сплошным потоком пошли сырая пушнина, меха, шкуры, щетина и «пух-перо» – всех на 15 млн. 600 тыс. марок.

Даже тополь и осину для производства спичек получила Германия. Она могла спокойно заняться переработкой всего этого добра – ни Англия, ни Франция ей в том серьезно не мешали. Конечно, «пакт» на некоторое время испортил отношения будущих участников антигитлеровской коалиции.  

Но если бы сразу после 3 сентября 1939-го (3 сентября Франция и Англия объявили войну Германии), вторая, после Красной армии, по численности и вооружению, французская армия (95 пехотных дивизий, 2400 танков (в т. ч. средних и тяжелых), 26 000 орудий и 2330 самолетов плюс английский экспедиционный корпус против 43 немецких дивизий) совместно с британским экспедиционным корпусом, бельгийской и голландской армиями перешли бы к решительным действиям, то кто может исключить, что «территориально-политическое переустройство» Польши не состоялось бы вообще?

Более того, и «пакт» утратил бы силу по причине поражения Германии. А вариант разгрома Германии был возможен: в Польшу вторгся далеко не тот Вермахт, который напал на СССР! В том же, что Советский Союз в случае настоящей, а не «странной» войны на Западе на помощь Германии не пришел бы, можно не сомневаться: ведь «пакт» был договором о ненападении, а не о взаимопомощи. Как-то действия союзников не обозначили ответственности за подписанные ранее договора. А ведь при таком раскладе в предвоенном 1940 г. производство вооружения в Германии достигло огромных размеров. Оно оставило далеко позади показатели 1938/39 г. В 1940 г. было выпущено 10 250 самолетов, 2 200 танков и бронемашин, 5 900 орудий, 1 351,7 тыс. винтовок, 170,9 тыс. пулеметов и автоматов.

Что дал «пакт» Советскому Союзу?   Пакт означал прямое устранение военной опасности с Запада, и тем самым — чрезвычайное ослабление опасности с Дальнего Востока. Более того, своими действиями Сталин удерживал Германию от дальнейших поползновений на Восток, имея еще одну козырную карту в кармане – возможность консолидации Советского Союза с западными союзниками, а это означает лишь возможность получения помощи на случай войны. Разумеется, если не остается ничего другого, как воевать, то выгоднее иметь союзников, чем оставаться изолированным.

Сталин не дал Гитлеру вовлечь себя, подобно как в 1914-м «друзья по Антанте» втянули Николая II, в чужие политические игры. За это в «благодарной» за освобождение от нацизма Европе и вспоминают не «мюнхенский сговор», а пакт Молотова-Риббентропа.

Тем более что Сталин «пактом» убавил аппетиты японцев, ибо 24 июля 1939 года был подписан пакт Араки-Крейга – это пакт между Великобританией и Японией, который обеспечивал Токио надежные тылы в случае нападения на Советский Союз. Пакт, который полностью легализовал все японские завоевания и выход Японии напрямую к нашим границам. Малоизвестный эпизод: в июне месяце японцы обратились к Рузвельту с предложением договориться о разделе советской Сибири. Если вы это все сложите, и как японцы давили на немцев, чтобы они поддержали эту агрессию с Востока агрессией с Запада, то легко себе представите, в каком положении тогда находился Советский Союз.

Поэтому как следует из телеграммы посла Германии в Италии Ганса Георга фон Макензена в Берлин: «Заключение московского пакта о ненападении вызвало в Японии глубокое возмущение против Германии. Это означает, как было сказано военному атташе, предательство германо-японской дружбы и идеи антикоминтерновского пакта, тем более что Японию даже не уведомили заблаговременно о таких планах. Как возможные последствия… 1. Падение теперешнего правительства и новый англофильский кабинет. 2. Изменение курса японской внешней политики» (29 августа 1939 г.).

И всего за два месяца до нападения Германии на Советский Союз, Япония заключила с СССР договор о нейтралитете. Поэтому 7 декабря 1941 г. японская авиация атаковала не советский Владивосток, а американский Перл-Харбор.

Уже одно согласие СССР на «пакт» дало ему возможность заключить 19 августа кредитное соглашение с Берлином, а затем еще два. По ним Германия поставила в СССР только на сумму в 81 млн. 570 тыс. марок военной техники: основные типы военных самолетов, состоявших на вооружении Люфтваффе, а это истребитель «Мессершмидт – 109»,  новейший истребитель «Хейнкель – 100» , двухмоторный бомбардировщик-разведчик «Дорнье ДО-215», двухмоторный многоцелевой истребитель «Мессершмидт-110», бомбардировщик «Юнкерс – 88», учебно-тренировочные самолеты Бюккер Bu 131 «Юнггманн», Bu 133 «Юнгмайстер» и Focke-Wulf Fw 58B,  самолеты «Шторх – 20», а также  вертолеты Fw 226. С апреля 1940 г. до апреля 1941 г. - в СССР из Германии поступило не менее 11 типов самолетов производства семи фирм общим объемом 35 единиц.

А также авиаприцелы, высотомеры, прицелы для пикирующего бомбометания, оптические прицелы для истребителей, скоростные парашюты, приборы для автоматического раскрытия парашюта, аэропленки, телевизионные устройства и радиостанции для истребителей, бомбардировщиков, самолетов-разведчиков, для командования военно-воздушных сил, авиадвигатели и их узлы.

Первоначально немецкая сторона значительно завысила стоимость авиационного вооружения, указав, что в оценку входит и стоимость лицензий. И.В. Сталин в беседе с послом по особым поручениям, главным экономическим экспертом МИДа Германии К. Риттером в ночь с 31 декабря 1939 г. на 1 января 1940 г. указал: «Возможно советская сторона будет копировать самолеты, но, прежде чем копировать, нужно посмотреть, что они из себя представляют, и за те, которые будут копироваться, советская сторона готова оплатить лицензии». 29 января 1940 г. К. Риттер сообщил, что «германская сторона сочла возможным продать образцы самолетов без продажи патентов по нормальным и соразмерным ценам»

В рамках товарного списка «Б», приложенного к кредитному соглашению от 19 августа 1939 г. в обмен на поставки зерна и промышленного сырья Советскому Союзу было поставлено спецоборудования на 2 млн. германских марок, причем помимо материалов для флота и военной промышленности оно включало и оптические приборы для авиации.

Кроме того, уникальная продукция концерна Карла Цейса - большие дальномеры и перископы, два комплекта тяжелых гаубиц калибра 211 мм, батарея новейших 105-мм зенитных пушек, танк PzKpfw III, три полугусеничных тягача, различные виды стрелкового вооружения и боеприпасы.

Зачастую, каждая марка самолета, запрашивалась советской стороной в количестве 2-5 единиц последних моделей. Понятно, что с ними работали советские умельцы, что впоследствии сыграло немаловажную роль в выпуске авиационной техники в ходе Великой Отечественной войны. (Кстати, Китай в полную меру использует этот опыт сегодня. Не гнушается этим и мировой производитель ВиВТ Соединенные Штаты. Так, американцы в Украине прикупили ракеты и пусковые механизмы к ПЗРК «Стрела -2М» и «Игла», а также два учебно-боевых самолета Су-27УБ (с утверждением, что это для частных коллекций), до сих пор неизвестно, где делось ВиВТ первого Советского 257 зенитного ракетного полка «Тор» 24-й мотострелковой гвардейской Железной дивизии (г. Яворов Львовской обл., ПрикВО) в 1990 году)

Таким образом в советской авиационной промышленности (за счет расширения, интенсификации производства и применения высоких технологий) производительность возросла с 20 устаревших по тактико-техническим характеристикам машин в сутки в 1939-40 годах до 60 боевых самолетов новых конструкций в сутки в июле 1941 года.[8]

Наконец, немцы продали СССР новейший тяжелый крейсер «Лютцов». Правда, к 22 июня крейсер, переименованный в «Петропавловск», готовность которого составляла лишь 80%, находился на достройке в Ленинграде. С началом войны было решено довести до конца лишь те работы, которые позволяли использовать его как плавучую батарею. Необходимые для этого первая и четвертая орудийные башни (то есть использовались две вместо положенных четырех) и механизмы для их обслуживания были быстро пущены в действие, и 7 сентября 1941 года крейсер нанес первый артиллерийский удар по скоплению фашистов у деревни Кипень. Позднее огонь крейсера сорвал наступление врага в районе Стрельны и Старо-Панова, обстреливая немцев… поставленными ими же снарядами!

Немцы даже дали нам возможность ознакомиться с чертежами линкора «Бисмарк», самого мощного в мире.

По данным немецкой статистики, в 1940-1941 годах Германия поставила СССР 6 430 металлорежущих станков на 85,4 миллиона германских марок, а в 1939 году общее число импортированных Советским Союзом из всех стран станков составило 3458 штук. Если учитывать, что в 1940 году СССР произвел 58,4 тыс. штук металлорежущих станков, а также, что подавляющее большинство видов поставленных станков в СССР не производилось, то значение поставок из Германии будет совершенно ясно.

«Высокие технологии», предоставляемые Германией Советскому Союзу в предвоенный период, являлись по своей сути специфическим товаром. Из «третьего рейха» СССР получил разработанные на основе передовых достижений науки и техники совокупности средств, процессов, операций, методов, с помощью которых входящие в производство элементы преобразуются в выходящие - современнейшие машины, механизмы и инструменты, навыки и знания. На условиях лицензионных соглашений (а иногда и без таковых) наша страна получила возможность использования изобретений и соответствующей технической документации. Советский Союз получил своевременную техническую помощь и инжиниринговые услуги.[9]

Кроме того, советские инженеры совмещали обязанности приемщиков изготовленной по советским заказам продукции с практическим изучением технологических процессов на немецких заводах.

Таким образом, использование германских научно-технических разработок, а также производственно-технологических процессов в качестве производительного капитала позволило СССР выпускать продукцию, обладавшую повышенной конкурентоспособностью и уникальными тактико-техническими характеристиками, экономя значительные средства за счет меньших издержек производства на единицу готовой продукции.

Как видим, подписание «пакта» позволило Советскому Союзу удовлетворить потребности своей экономики в высокотехнологичном оборудовании и ускорило процесс технического перевооружения нашей промышленности, что в конечном итоге обеспечило Победу в Великой Отечественной войне.

После быстрого разгрома польских сил в сентябре 1939 года фюрер сконцентрировал свои усилия против Западной Европы и в 1940-м году быстро завоевал Данию, Норвегию, Нидерланды, Бельгию и Францию. Игнорируя огромный поток информации о неизбежности нацистского вторжения, Сталин продолжал соблюдать условия соглашения буквальным образом. Последние кремлевские поставки стратегических природных ресурсов в нацистскую Германию были направлены всего за несколько часов до вторжения, начавшегося утром 22 июня 1941 года. Советский Союз оказался крайне слабо подготовлен, что привело к существенным потерям и отступлению Красной армии.

Но уже во второй половине 1942 года численность Красной Армии, несмотря на все потери, несмотря на голод и агонию оккупированных территорий, начинает увеличиваться. Ее численность начинает приближаться к шести миллионам человек, в то время как численность вермахта и его сателлитов-союзников довольно стабильно остается на цифре четыре миллиона. Приближается момент, когда атакующая армия должна либо добиться решающего успеха, либо начать ощущать, как время перестает быть фактором, стоящим на ее стороне, как оно начинает работать против сил вторжения.

В Москве Сталин 28 сентября 1942 года обсуждал план «Уран» с Жуковым и Василевским. Он снова обрел уверенную форму и в деталях расспрашивал своих собеседников о волжских военачальниках. А уже 19 ноября началось контрнаступление под Сталинградом, закончившееся 2 февраля 1943 года. В котле под Сталинградом сгорели отборные части фюрера. И это дало пищу для американского журнала TIME и позволило определить «Человека года-1942».

Человек года 1942: Сталин.[10]

Уже в 1942 году Иосиф Сталин снова станет человеком года. Еще бы. Год потерь и крови завершился контрнаступлением Красной армии под Сталинградом, которое практически сломало хребет гитлеровской Германии.

 

«Если бы немецкие легионы смели непоколебимый Сталинград и уничтожили ударные силы русских, Гитлер был бы не только «Человеком года», но и бесспорным хозяином Европы, ищущим новые континенты для завоевания. По меньшей мере, 250 победоносных дивизий он бы отправил в Азию и Африку за новыми завоеваниями. Но Иосиф Сталин остановил его. Сталин сделал это раньше, в 1941, когда начал со всей нетронутой России. Но достижение Сталина в 1942 году намного значительней. Все, что Гитлер мог отдать, он забирал – во второй раз»

В 1942 году Сталин мог рассчитывать только на помощь США. И, как показало дальнейшее развитие событий, помощь опоздала и была остановлена на путях к Северному морю и на Кавказе. Сталин, имея в своем распоряжении крайне скудные ресурсы, пытался найти решение, привлекая в армию способных командиров, повышая сопротивляемость армии, поддерживая недоедающих людей морально, пытаясь добиться большей помощи от союзников и заставить их открыть второй фронт.

В ночь с 7 на 8 ноября 1942 года американские и британские войска высадились в Северной Африке. Главные силы американского танкового генерала Паттона высадились в районе Федалы, в 25 километрах от марокканской Касабланки — единственного крупного и оборудованного порта на атлантическом побережье Марокко — и близ Мехдии, ближайшего пункта к Порт-Лиотэ, обладавшего единственной в Марокко бетонной взлетно-посадочной полосой. Эта высадка не дала желанного эффекта для Восточного фронта, но Иосиф Сталин все же поблагодарил союзников.

Иосиф Виссарионович признавался TIME лауреатом года дважды. В 1939 году был номинирован, как первый коммунист. В 1942 году номинирован, как борец с фашизмом, хотя в самом тексте его обозвали просто Крутым парнем («tough guy»):

«Для своей армии Сталин придумал девиз: «Умирайте, но не отступайте» («Ни шагу назад») - (слоган Umeraite No Ne Otstupaite, Die, but no Retreat). Этот слоган применили к Москве – сильно укрепленному городу, способному выдержать механизированные атаки. Сталин решил сделать из Сталинграда нечто подобное. Пока немцы и русские убивали друг друга на выщербленных бомбами улицах, Сталин создавал зимнюю наступательную операцию, которая внезапно начнется в районе бассейна реки Дон вместе с помогающими ей снежными буранами»[11]

«1942 год стал годом крови и стойкости, - писал «Тайм» в 1943 г. - И человеком 1942 года стал тот, чье имя по-русски означает «сталь», а среди немногих известных ему слов на английском есть и американское выражение «tough guy», крутой парень. Только Иосифу Сталину точно известно, насколько близка к поражению была Россия в 1942 году, и только он точно знает, как ему удалось провести страну над краем пропасти. Иосиф Сталин победил. Он и есть тот крутой парень...»[12]

Напомним, в речи, произнесенной на 25-летии Октябрьской революции, Сталин утверждал, что самое важное событие в международной политике, и для и мира и для войны, это образование Стран-союзников.

«…Теперь уже можно считать неоспоримым, что в ходе войны, навязанной народам гитлеровской Германией, произошла коренная размежёвка сил, произошло образование двух противоположных лагерей – лагеря итало-германской коалиции и лагеря англо-советско-американской коалиции. 

Неоспоримо также и то, что эти две противоположные коалиции руководствуются двумя разными, противоположными программами действия. 

Программу действия итало-германской коалиции можно охарактеризовать следующими пунктами: расовая ненависть, господство «избранных» наций; покорение других наций и захват их территорий; экономическое порабощение покорённых наций и расхищение их национального достояния; уничтожение демократических свобод; повсеместное установление гитлеровского режима. 

Программа действия англо-советско-американской коалиции: уничтожение расовой исключительности; равноправие наций и неприкосновенность их территорий; освобождение порабощённых наций и восстановление их суверенных прав; право каждой нации устраиваться по своему желанию; экономическая помощь потерпевшим нациям и содействие им в деле достижения их материального благополучия; восстановление демократических свобод; уничтожение гитлеровского режима». 

«…Мы будем продолжать войну до тех пор, пока в России не останется организованной военной силы». Кажется, ясно, хотя и безграмотно. У нас нет такой задачи, чтобы уничтожить всякую организованную военную силу в Германии, ибо любой грамотный человек поймёт, что это не только невозможно в отношении Германии, как и в отношении России, но и нецелесообразно с точки зрения победителя. Но уничтожить гитлеровскую армию – можно и должно. Наша вторая задача в том именно и состоит, чтобы уничтожить гитлеровскую армию и её руководителей»[13]

Резюме.

Подписание договора Молотова-Рибентропа стало шоком и было встречено Британией и Францией с недоверием. Между тем в осуждениях пакта с их стороны содержалась немалая доля лицемерия, поскольку две ведущие европейские империалистические державы надеялись достичь соглашения с Гитлером за счет СССР.

Чтобы сегодня не говорили, но Советский Союз на тот момент явно выиграл, оставив своих будущих союзников в раздумьях, ибо «пакт» Молотова-Рибентропа, не только отодвинул возможную войну, но и дал определенные возможности в решении внешнеполитических и военно-технических вопросов.

Гитлер просчитался, по крайней мере дважды, во-первых, он не учел, что ввод Красной армии в Восточную Польшу был выгоден не только СССР, но определенную выгоду из этого извлекали и польские союзники — Великобритания и Франция. Германия непосредственно вошла в пограничный контакт с Советским Союзом, столкновение с которым становилось неизбежным, что было крайне важно для западных стран, все еще надеющихся заключить с Рейхом сепаратный мир и натравить Гитлера на СССР. Но они просчитались, Гитлер не спешил воевать с СССР, а вот Франция и Англия явно его привлекали, за тыл не надо было беспокоиться, он был обеспечен германо-советским договором от 28 сентября 1939 года. И в течение месяца немцы успели оставить одни воспоминания от первоклассной французской армии и английских экспедиционных сил лорда Горта, превратив остатки Франции фактически в свой протекторат.

Во-вторых, разрешив продажу современных вооружений и военной техники Гитлер не учел качественной подготовки советских инженеров, техников и рабочих, что способствовало технической оснащенности государства и созданию новых образцов вооружения и военной техники. Он рассчитывал, что «русский Иван» не осилит немецкую технику. Просчитался!

«То есть в отсутствие союзников «главный стратегический выигрыш состоял не столько во времени - предотвращении или отсрочке германского нападения (которое тогда еще не значилось в повестке дня Гитлера), сколько в пространстве, позволившем, по словам Молотова, «отдалить германские войска» от прежних советских границ. Появлялась надежда вообще отвести германскую агрессию на Запад, отплатив ему той же монетой за Мюнхен. Одновременно исключалась самая «кошмарная перспектива, в которую, похоже, всерьез верили в Москве, - создание единого антисоветского фронта всего Запада»[14]

Уинстон Черчилль сказал, что это «была холодная и в высшей степени реалистичная политика собственных интересов». Более метко по поводу действий Москвы в августе 1939 года, как это сказал Чечилль не скажешь!

И еще деталь. Журнал TIME констатировал, что действия Иосифа Сталина в 1939 году в отличие от вышедших на сцену в 1939 году, таких политиков как Адольф Гитлер, Франциско Франко, Уинстон Черчиль, Бенито Муссолини и Франклин Рузвельт, были позитивными, удивительными и в тоже время мироразрушительными. Да, это действительно так, на конец года, когда 30 ноября 1939 г. СССР начал войну с Финляндией, а 14 декабря 1939 г. за развязывание войны против Финляндии Советский Союз был исключён из Лиги Наций. Этим самым человек года -1939 сделал очень слабый старт в 1940 год.

Нужно отметить, что лавры Победы Советского Союза в Великой Отечественной войне до сих не дают спать современным западным политикам. 3 июля 2009 г. ОБСЕ на своей Парламентской сессии в Вильнюсе приняла резолюцию, в которой присоединилась к решению Европарламента отмечать «Общеевропейский день памяти жертв сталинизма и нацизма». Еще раз доказав степень распространения в Европе патологического антисоветизма и русофобии, авторы соответствующих резолюций избрали для нового «дня памяти» 23 августа.

Да хотел бы обратить внимание на такой момент. Сегодня украинские политики правого толка утверждают, что в случае вхождения Украины в НАТО, это НАТО так и начнет сразу оказывать помощь в обеспечении территориальной целостности.

Как всегда, эти политики удивляют: ведь при такой помощи территорий потом не соберешь: Югославии когда-то помогли, а затем Ираку, Афганистану, снова Ираку, а затем Ливии пришли на выручку. Кстати действия натовцев сегодня весьма агрессивны: проглотили ОВД и Прибалтику, теперь, остались Молдова, Украина и Белорусь.

И как бы мы не говорили сегодня, только от воли Сталина зависело, где будет проходить западная граница УССР в 1945 году.

Это Иосиф Сталин, заключивший с Гитлером «пакт Молотова – Риббентропа», сегодня осуждаемый «демократическим Западом», нарастил территорию Украины, которую за всю историю не сумел нарастить ни один Гетман. А вот отдавать мы умеем с легкостью Петлюры, который в 1920 году с легкостью презентовал Польше западную часть украинских земель (по Збруч). Да и нынешние лидеры не лучше, подарили кусок территориальных вод Румынии в районе о. Змеиного и обеспечили выход Молдовы к Дунаю в районе Джурджулешт.

Кстати, 17 сентября 1939 года следовало бы сделать праздничным, ибо произошло истинное воссоединение западно-украинских земель с остальной страной в составе украинского государственного образования – тогда в форме УССР, а не декларативное, как это было 22 января 1919 года. По решению Политбюро ЦК ВКП(б) «Вопросы Западной Украины и Западной Белоруссии» от 4 сентября – 3 октября 1939 года была поставлена задача введения советских законов в экономике, здравоохранении, образовании и культуре, что способствовало повышению жизненного уровня и социального обеспечения населения, сокращению безработицы. Крестьянские хозяйства освобождались от уплаты налогов, которые числились за ними на основании польских законов. К концу 1939 года украинские крестьяне получили более 1 миллиона гектаров, более 84 000 лошадей, 76 000 коров, 14 000 свиней. Белорусские крестьяне получили более 1 миллиона гектаров земли, конфискованной у католической церкви и помещиков, но не смогли ликвидировать земельный голод в деревне»[15]

И еще момент. Когда Советский Союз был в изоляции, то он активно сотрудничал с Веймарской республикой, ибо остальная Европа блокировала сотрудничество с Москвой. И когда сегодня упоминают, что немецкие военные готовились в танковой школе в Казане, а летчики в Липецке и т.д., то эти кадры готовились не для нацистского 3-го Рейха, в СССР их готовили для Веймарской республики! Более того, выгода от германо-советского сотрудничества была очевидна обеим сторонам. Германии оно позволяло продолжить свое развитие в военных областях, а Советскому Союзу - создать собственную, передовую по тем временам военную промышленность. Поэтому некоторым фальсификаторам-грантоедам, прежде чем заниматься самовыражением, неплохо было бы ознакомиться с историей вопроса!

Нельзя превращать ДЕНЬ ПОБЕДЫ в стычки радикалов, где они ждут «встречи» с празднующими. НЕ удалось. Например, 9 мая акции «Бессмертный полк» прошли в Киеве и во многих городах Украины от Одессы до Чернигова, от Харькова до Винницы и далее на Запад.

Да, власть-имущие от Киева до областных центров и даже небольших городков и сел могли четко убедиться, что попытки превратить праздник в День памяти и примирения якобы «вместе с Европой» 8 мая отсылают в декоммунизированное пространство, сформированное директором Института национальной памяти Владимиром Вятровичем. А пока Вятрович продолжает демонизировать действия Советского Союза во Время Великой Отечественной войны и всячески восхвалять действия украинских националистов, забывая даже упомянуть об их участии в этнических чистках поляков и евреев в 1941-1945 годах.

Возникший сегодня спор это не просто исторический, научный спор, а часть большой геополитики, участники которой бьются вовсе не за правду, а за свою сиюминутную выгоду. Между тем своего рода «второй фронт» по пересмотру итогов войны давно уже открыт на Западе.

Автор: Александр Яковлевич Маначинский, кандидат военных наук, старший научный сотрудник

[2] Adolph Hitler, Man of the Year //Time. Jan. 2, 1939

[4] Adolf Hitler at 50: Color Photos From a Despot’s Birthday, April 1939 http://time.com/3879247/adolf-hitler-at-50-color-photos-from-a-despots-birthday-april-1939/#ixzz3AGHQI5mx

[5] Цит. по: Уткин А. И. Вторая мировая война. — М.: Алгоритм, 2002. - http://militera.lib.ru/h/utkin3/index.html

[6] RUSSIA: Man of the Year, 1939, TIME, Monday, Jan. 01, 1940 http://www.time.com/time/subscriber/personoftheyear/archive/stories/1939.html.

[7] Цит. по: Т. В. Грачева. Невидимая Хазария. Алгоритмы геополитики и стратегии тайных войн мировой закулисы. — Рязань: Зёрна, 2009. – С.176. ISBN 978–5–901936–17–7

[8] Степанов А.С., к.и.н., докторант кафедры новейшей истории России Санкт-Петербургского Государственного Университета (авторская редакция - специально сайта) Советско-германские контакты в области авиастроения 1939-1941 гг. и оценка военно-авиационного потенциала Германии советскими экспертами http://forum.meta.ua/topic/p/2960226.html

[9] Журавель В.А. Советско-германское техническое сотрудничество перед Великой Отечественной войной// Аналитические исследования в исторической науке. - 2002. - N18.

[10] Joseph Stalin, Man of the Year. TIME, | Jan. 4, 1943. - http://content.time.com/time/covers/0,16641,19430104,00.html

[11] Цит. по: Joseph Stalin/FROM THE TIME ARCHIVE

Jan. 4, 1943   http://www.time.com/time/subscriber/personoftheyear/archive/stories/1942.html

[12] The year 1942 was a year of blood and strength. The man whose name means steel in Russian, whose few words of English include the American expression "tough guy" was the man of 1942. Only Joseph Stalin fully knew how close Russia stood to defeat in 1942, and only Joseph Stalin fully knew how he brought Russia through.

[13] 25-я годовщина Великой Октябрьской Социалистической революции 6 ноября 1942 года. Доклад Председателя Государственного Комитета Обороны на торжественном заседании Московского Совета депутатов трудящихся с партийными и общественными организациями г.Москвы 6 ноября 1942 года. - http://ivstalin.su/index.php?nomrub=4&nompro=7&in=1

[14] Том III. Колл. авторов: Н.Ю.Васильева, Ю.А.Дубинин и др. «Министры иностранных дел-XX век.», М., 2007, С..259.

[15] Кирмель Николай. 17 сентября в судьбах Украины и Беларуси//Фонд стратегической культуры-украинская редакция. -18 сентября 2009. - http://www.odnarodyna.ru/

 

15.05.2017
  • Эксклюзив
  • Россия
  • Европа
  • США
  • Глобально
  • НАТО
  • XX век
  • Вторая мировая война