«Дальний Восток открывает возможности для всех»

Версия для печати

Посол Индии в России Венкатеш Варма — о том, чего ждать от первого визита Нарендры Моди на ВЭФ

Географическая удаленность российского Дальнего Востока — не помеха для индийского бизнеса, и на открывающемся в сентябре Восточном экономическом форуме (ВЭФ) республика представит свой план действий в этом российском регионе. Об этом «Известиям» рассказал посол Индии в РФ Венкатеш Варма. Он также сообщил о том, какие темы премьер страны Нарендра Моди обсудит на ВЭФ с российским президентом Владимиром Путиным, когда Нью-Дели выйдет на торговое соглашения с Евразийским экономическим союзом и стоит ли ожидать скорого погашения многомиллионного индийского долга.

— С чем премьер-министр Нарендра Моди едет на Восточный экономический форум?

— По приглашению Владимира Путина премьер Нарендра Моди станет главным гостем ВЭФа, и это первый раз, когда индийский лидер приедет и во Владивосток, и на сам форум. Кроме того, незадолго до форума пройдет традиционный ежегодный двусторонний саммит, на котором президент Путин и премьер Моди обсудят двусторонние вопросы.

Что касается ВЭФа, для нас это приоритет. В октябре прошлого года наши лидеры решили диверсифицировать экономические отношения. И это значит, что к таким столпам нашего сотрудничества, как оборона, энергетика, в том числе атомная, и деятельность в космосе, стоит добавить новые направления торговли и инвестиций, сделав упор на развитии регионального сотрудничества.

Вы знаете, что Владимир Путин и Нарендра Моди общаются довольно часто не только на двусторонней основе, но и на полях ряда международных мероприятий — в этом году они уже встречались или встретятся в рамках саммитов «большой двадцатки», ШОС и БРИКС. Такая частота подтверждает прекрасное состояние двусторонних отношений. И так как у нас такие укоренившиеся отношения стратегического сотрудничества, во Владивостоке мы хотим добиться прорыва на новых направлениях. И для этого Индия сфокусируется на российском Дальнем Востоке.

— А какие политические вопросы будут обсуждаться на встрече, будет ли затронута тема Кашмира?

— Кашмир — это не вопрос между Индией и Россией. Россия признает Джамму и Кашмир как часть Индии и как внутреннее дело Индии. Мы уже объясняли российским друзьям причины, которые стояли за недавним решением реорганизовать административно Джамму и Кашмир. Это произошло во многом потому, что конституционная статья, определявшая статус штата, предполагалась как временная, но продлилась 70 лет. И это было помехой для интеграции жителей штата в национальную жизнь Индии — страны, которая развивается темпами по 7% в год. В принципе в одной стране должна быть одна конституция. Российский МИД признал, что это решение было осуществлено в рамках конституции Индии и что любые вопросы между Индией и Пакистаном должны решаться ими самими на двусторонней основе. Российская позиция совпадает с нашей, тут у нас нет разночтений.

Что касается других тем, во Владивостоке наши лидеры обсудят по традиции те события в мире, которые влияют на наши страны: поговорят о сотрудничестве в сфере борьбы с терроризмом, кооперации в рамках БРИКС, РИК и ШОС. Конечно, затронут и региональные проблемы, которые интересуют обе стороны, — Афганистан, события на Корейском полуострове, ситуацию на Ближнем Востоке и в Индо-Тихоокеанском регионе. В этом ничего принципиально нового — каждый раз при встрече наши лидеры проводят углубленный обмен мнениями по такого рода международным и региональным темам. Визит министра иностранных дел Индии для переговоров с министром иностранных дел Лавровым в конце августа будет иметь важное значение в этом отношении.

— В преддверии ВЭФа во Владивостоке побывала представительная индийская бизнес-делегация, и по итогам визита ее глава министр по торговле и промышленности Индии Пиюш Гоял объявил о планах увеличить индийские инвестиции в Россию. В какие сферы могут пойти капиталовложения и какие отрасли представляются наиболее привлекательным именно на Дальнем Востоке?

— Встреча, которая прошла 12 августа во Владивостоке, была уникальной. Впервые официальная делегация включила глав четырёх важнейших индийских провинций, которых сопровождали более 140 бизнесменов. С российской стороны делегацию возглавил представитель президента в ДФО Юрий Трутнев, участие приняли 200 российских компаний. Прошли серьезные обстоятельные дискуссии, которые помогли определить конкретные сферы сотрудничества: деревообработка, молочная продукция, сельское хозяйство, керамика, здравоохранение, образование, порты, другая инфраструктура, а также добыча угля, золота, алмазов.

В том что касается алмазной промышленности, Индия уже активна на российском Дальнем Востоке — там представлен целый ряд крупных индийских компаний в этой сфере, много инвестиций сделано и в энергетический сектор на Дальнем востоке. Верим, что, несмотря на далекие расстояния, — а Владивосток от Индии довольно далеко — сейчас позитивный момент для углубления сотрудничества, который получит отражение по итогам встречи лидеров.

— Вы упоминали ранее о том, что к подписанию на форуме готовятся свыше десяти соглашений. Назовете что-то конкретное?

— Индия собирается представить большой план действий для Дальнего Востока. И к этому есть большой интерес с российской стороны. Мы видим наибольшие перспективы в сфере деревообработки, алмазной отрасли, керамической продукции и в сфере образования и добычи угля.

— Индийские СМИ часто видят в желании России привлечь на Дальний Восток бизнес попытки сбалансировать китайское присутствие там. Вы видите в этом некий геополитический подтекст?

— Бизнес это бизнес. И у него всё хорошо получается там, где нет политического вмешательства. Но суть в том, что для России развитие Дальнего востока — национальный приоритет. Во-вторых, Владимир Путин придает большое значение Восточному экономическому форуму. Он приглашает на него лидеров важных стран, у которых есть желание и возможности вести дела с Россией на Дальнем Востоке. В этом году главный гость — Индия, но в предыдущие годы главными гостями были и Китай, и Япония. Мы не считаем, что Дальний Восток — регион, где идет соперничество.Это район, который открывает возможности для всех — как для России, так и для всех участвующих в его развитии стран. И не исключаю, что Индия может сотрудничать с другими государствами на российском Дальнем Востоке.

Индия — новый игрок в этом регионе, мы от него далеко. Такие страны, как Китай, Япония и Южная Корея, намного ближе в российскому Дальнему Востоку. Но для нас удаленность никогда не служила помехой для развития отношений с РФ. И мы намереваемся продемонстрировать это. Некоторые наши строительные и энергетические компании представлены на Сахалине и Камчатке — это отличный пример того, что мы можем развивать сотрудничество даже в труднодоступных районах.

— В 2017 году Индия и Евразийский экономический союз начали переговоры о создании зоны свободной торговли. Российские чиновники относительно недавно говорили даже о том, что она заработает в начале 2020 года. Всё идет по плану?

— Да, сейчас всё по плану. Мы двигались несколько медленно в дискуссиях с секретариатом ЕАЭС, но около полутора месяцев назад наша делегация провела в Москве рабочую встречу, на которой договорились, что к концу года стороны выйдут на финальное согласование текста соглашения. Это не будет называться соглашением о свободной торговле, это торговое соглашение, поскольку мы сконцентрируемся на отдельных областях, которые важны нам и странам ЕАЭС. Но позже мы, конечно, сможем расширить это соглашение до ЗСТ.

Для Индии ЕАЭС — очень важная организация, поскольку со всеми ее странами-членами у нас прекрасные двусторонние отношения. Кроме того, экономическая интеграция внутри союза заметно прогрессирует, и Индия учитывает это в своих торговых отношениях с регионом.

— В Нью-Дели не раз выражали интерес к совместной с Россией разработке газовых проектов в Арктике. Что это за проекты, есть ли мысли о строительстве трубопровода из России в Индию или речь в основном идет о СПГ?

— Энергия — одна из основ индийско-российского сотрудничества. Еще 20 лет назад Индия инвестировала в проект Сахалин, и это один из самых успешных случаев наших капиталовложений заграницей. Мы также ведем обсуждения с российским министерством энергетики о возможности вложений в нефтяные поля около Ванкора (в Красноярском крае). Мы отдаем себе отчет, что сейчас Арктический регион стал новым местом разведки нефтяных и газовых залежей. Будучи одним из крупнейших мировых потребителей энергии, большую часть ресурсов мы импортируем из-за рубежа, и Россия для нас важнейший и надежный партнер. Партнер, с которым можно без опасений развивать долгосрочное сотрудничество.

Что касается трубопроводов. На сегодняшний день географические и политические факторы не способствуют сиюминутным результатам. В среднесрочной и долгосрочной перспективе это вполне возможно. Но мы заинтересованы в большем объеме долгосрочных поставок из России как нефти, так и сжиженного газа. Всё это как раз и будет обсуждаться в ходе визита нашего министра по нефти и природному газу, который должен приехать в Москву в конце месяца для встреч с российским коллегой Александром Новаком. Об итогах этой дискуссии мы сообщим на двусторонней встрече лидеров Индии и России.

— А ситуация с иранской нефтью и угрозой вторичных санкций США на Индии как-то сказалась?

— Иран был крупным поставщиком нефти для Индии, и нам пришлось продумать альтернативные заказы из-за ограничений. Мы ищем источники поставок энергии, которые не подвергнутся санкциям в долгосрочном плане, и в этом смысле Россия нам кажется очень важным партнером.

— Москва и Нью-Дели давно обсуждают послабление визового режима. Какие тут успехи?

— Визовая система — один из важнейших мостов для обменов не только в плане туризма, но и для деловых кругов. Если сравнить с прошлыми годами, к нынешнему моменту визовая политика сильно улучшилась. Но в некоторых областях есть еще над чем работать. Индийская сторона сейчас выдает электронные визы — и это отлично работает. В России это стало популярной услугой, потому что из-за огромных расстояний некоторые россияне иногда проделывали больший путь за визой в консульство, нежели потом летели в Индию.

— По соглашению сторон бизнесмены обеих стран имеют право на пятилетние деловые визы. Но если индийские предприниматели получают разрешения на весь этот срок в Россию без особых проблем, то представителям российских деловых кругов на практике дают визы максимум на год. Вам известно об этой проблеме?

— Что касается российских бизнесменов, ездящих в Индию — мы в курсе их проблем. В быстрой выдаче годовой визы для представителей деловых кругов нет никаких сложностей. Пятилетние визы мы намереваемся выдавать вскоре, но для этого нам нужно определённое техническое оборудование. Например, биометрические системы, которых пока нет в посольстве. Но мы работаем над этим. Даже сейчас я даю инструкции консульскому отделу выдавать такие визы по особому запросу. Кроме того, мы даем пятилетние визы тем, кто участвует в совместном предприятии на территории Индии. Это в наших интересах, чтобы российский бизнес был активно представлен в Индии, и мы пытаемся сделать нашу визовую систему как можно более дружелюбной и открытой. И хотел бы заверить российское бизнес-сообщество, что посольство Индии всегда открыто к оказанию любой помощи.

— Год назад Россия и Индия подписали контракт на поставку пяти полков С-400, и Индия пошла на это невзирая на открытое противодействие США. Как продвигается реализация контракта, когда первые С-400 дойдут до Индии?

— Индия и России — традиционные партнеры в сфере ВТС. 60–70% наших вооруженных сил оснащены советской или российской техникой. В дополнение целый ряд российских компаний участвует в создании оборонной продукции внутри Индии. И ожидаем, что во Владивостоке будут новые соглашения, которые увеличат российское участие в производстве запчастей в Индии.

В прошлом октябре был подписан контракт на доставку комплексов С-400. Наши вооруженные силы рады получить такие продвинутые системы, и мы намерены придерживаться графика, обозначенного в контракте.

— Еще с советских времен остается проблема индийского долга России. Какие тут есть загвоздки, почему она по-прежнему не урегулирована?

— У Индии и СССР были очень глубокие и сильные экономические связи. В начале 1990-х Индия и Россия достигли соглашения по решению вопроса о так называемом рупийно-рублевом долге. Вопрос о значительной части той суммы был урегулирован. То, что осталось, — намного меньше. Обе страны признают, что долг висит. Но, как и российской стороне, нам еще предстоит убедить своих финансовых аудиторов в необходимости бумажной работы по этим долгам. Сумма, которую называет Россия, и та сумма, о которой говорят в Индии, разнятся. И мы это обсуждаем. И когда она будет четко обозначена, обе стороны смогут решить, каким образом эти деньги можно будет использовать — на какие совместные экономические проекты пустить.

— А о каких суммах речь?

— Российская сторона ведет речь о более чем $30 млн. Индия считает, что задолженность немного меньше. Точные подсчеты осложняются тем, что документация велась несколько десятилетий назад и не все бумаги доступны. Но с учетом дружеских отношений наших стран, уверен, этот вопрос будет решен на взаимоприемлемой основе.

Авторы: Наталия Портякова, Эльнар Байназаров; Источник: “Известия”

  • XXI век
  • Органы управления
  • Россия
  • Азия