Строить взаимную безопасность можно только сообща

Версия для печати

 

Предложения по снижению напряжённости в Европе не могут быть оторваны от фактического развития процесса контроля над вооружениями.
 
Вопрос о будущем советско-американского Договора о ликвидации ракет средней и меньшей дальности (ДРСМД) продолжает оставаться в центре внимания экспертного сообщества. Для аналитиков очевидно, что решение американской стороны о выходе из договора было бы чревато негативными последствиями для безопасности стран Евросоюза. 1980-е годы показали, что размещение американских ядерных ракет вызвало волну массовых антивоенных выступлений западноевропейской общественности.
 
Очевидно, что и сегодня в Евросоюзе так же восприняли бы подобный шаг своего заокеанского партнёра. Реалистически мыслящие политические круги Европы – а в Старом Свете их голос по-прежнему влиятелен – отдают себе отчёт в том, что перед европейским сообществом стоят более важные и злободневные проблемы. И свидетельство тому статья министра иностранных дел Германии Хайко Мааса, опубликованная недавно в журнале «Шпигель».
Глава германского внешнеполитического ведомства решительно высказался за сохранение вашингтонского соглашения от 8 декабря 1987 года, считая его одним из самых больших достижений мирового сообщества в области разоружения. При этом он предложил пересмотреть режим контроля над вооружениями ради сохранения мира и укрепления безопасности в Европе.
 
По словам германского министра, такая необходимость вытекает из появления новых технологий в создании оружия и стирания граней между ядерными и обычными видами вооружений. В этой связи он изложил своего рода план по укреплению международной безопасности, состоящий из четырёх пунктов. Им предложено:
 
• вернуться к практике обмена данными между США, Европой и Россией по вооружениям и механизму контроля над вооружениями;
• установить всеобъемлющий режим транспарентности для баллистических и крылатых ракет;
• включить в эту систему КНР с целью добиться большей прозрачности в вопросах контроля над вооружениями;
• рассмотреть вопросы введения ограничений на высокоскоростные ударные системы вооружений и боевых роботов.
 
Инициатива германского министра иностранных дел не могла не вызвать желания детально рассмотреть её положения. Например, что касается первого пункта предложений Мааса, то здесь надо напомнить о 15 нерешённых проблемах в сфере контроля над вооружениями, которые «зависли» как раз по вине США и других государств, входящих в Североатлантический союз. В списке таких проблем значатся и сохраняющиеся американские тактические ядерные вооружения в Европе, и развёртывание Пентагоном наземных и морских компонентов глобальной инфраструктуры противоракетного щита на европейской территории и в морских пространствах вокруг неё. Также сюда следует отнести наращивание НАТО значительных сил общего назначения и потенциала объединённых оперативных группировок быстрого развёртывания, проведение крупных военных учений наступательного характера.
В этой связи возникает вопрос: если германский министр проявляет заботу об укреплении безопасности в Европе, то почему в его предложениях нет ни слова о проекте договора о европейской безопасности, текст которого уже много лет лежит на столах руководителей стран НАТО, в том числе и в ФРГ, без рассмотрения? Если он не устраивает, то, очевидно, надо предложить нечто лучшее. Но этого ни со стороны Берлина, ни со стороны столиц других европейских государств пока нет.
 
Второй пункт плана Мааса о введении контроля за баллистическими и крылатыми ракетами не может быть выполнен без специально разработанного международного договорного механизма, поскольку такие системы вооружений потенциально могут производить в общей сложности 32 государства мира. А удастся ли уговорить их всех, значительная часть которых входит в Североатлантический военный блок, пойти на такой шаг? Министр не даёт на это ответа.
Что касается возможного расширения контроля над выполнением ДРСМД, то проведённые в связи с ним многосторонние взаимные инспекции завершились ещё в 2001 году. Да и о каких новых инспекциях в «привязке к ДРСМД или вне его» может идти речь, если по состоянию на 26 октября этого года Соединённые Штаты нарушили договор уже 95 раз и намерены нарушать его впредь? Как быть с крылатыми ракетами морского и воздушного базирования, способными нести ядерные боезаряды? Они из-за позиции США вообще не охвачены существующими военно-политическими ограничительными режимами? В предложениях Мааса по этому поводу нет никаких разъяснений.
Упоминание германским министром иностранных дел в третьем пункте его материала только КНР представляется односторонне выборочным. Пекин никогда не являлся участником договорённостей об ограничении или сокращении ядерных вооружений. С таким же успехом можно поставить вопрос о необходимости обеспечения прозрачности существующих ракетно-ядерных систем Великобритании, Франции и Израиля, которые располагают ядерными средствами, в том числе первые два государства – стратегическим ядерным оружием.
В этот же «контрольный список» следовало бы занести и ФРГ, на территории которой уже многие десятилетия размещаются американские ядерные авиабомбы, способные выполнять как тактические, так и стратегические задачи, а также ещё четыре государства НАТО, давшие согласие на их хранение на своей территории (Бельгия, Италия, Нидерланды и Турция).
Четвёртый пункт предложений руководителя германского внешнеполитического ведомства о гиперзвуковых системах вооружений, вероятно, может быть рассмотрен только при наличии общемирового консенсуса, степени взаимного доверия и уважения между государствами, а также после отказа ведущих трёх ядерных держав НАТО от наступательных ядерных стратегий.
Таким образом, выдвинутые главой германской дипломатии четыре идеи могут представлять интерес лишь в определённом контексте и при условии, что они проникнуты искренним и реальным желанием укрепить безопасность в Европе – и не с помощью наращивания избыточных вооружений и масштабной военной деятельности в зоне «передового базирования».
Подобные инициативы могут привлечь к себе внимание, если они не приведут к ломке договорно-правовой базы в области сокращения избыточных вооружений, а будут реализовываться на принципе «строить надёжную взаимную безопасность друг с другом», а не против друг друга.
 
Пока же следует признать, что отдельные положения инициативы Мааса представляют собой лишь благие пожелания, оторванные от фактического развития процесса контроля над вооружениями, который в настоящее время сведён к нулю именно действиями Вашингтона и его ближайших союзников по НАТО.
 
 
Постоянная ссылка: http://eurasian-defence.ru/node/42776
15.11.2018
  • Аналитика
  • Военно-политическая
  • Вооружения и военная техника
  • Россия
  • НАТО
  • Новейшее время