«Стратегия управления» и ликвидация неравенства в соотношении сил российской и других ЛЧЦ


 

Безопасность страны – единая система, которую надлежит постоянно всесторонне укреплять и перестраивать для повышения адаптивности[1]

А. Гилёв, военный эксперт

Стратегия национальной безопасности России в XXI веке неизбежно исходит из признания качественного неравенства в соотношении сил в мире между ней и ведущими мировыми субъектами, прежде всего, западной ЛЧЦ, которое измеряется десятками раз. Это простое признание означает, как минимум, что:

– такое соотношение сил не может быть резко изменено в пользу России и будет сохраняться неопределенно долгое время;

– повлиять на это соотношение сил смогут только новые центры силы и ЛЧЦ, развитие которых в долгосрочной перспективе изменит МО и ВПО в мире;

– наконец, это означает, что силовое противодействие со стороны России может быть только относительно эффективным, что делает изначально невозможным фронтальное противоборство во всех областях, с одной стороны и выбор основных приоритетных направлений противоборства, с другой;

– и, последнее, подобные «стартовые» условия предполагают, что важнейшей задачей России является развитие ее потенциала, прежде всего, НЧК и его институтов, способных наиболее эффективно обеспечить защиту национальной идентичности и суверенитета страны.

«Любая политика начинается с анализа соотношения сил» – это классическое высказывание приписывается В. И. Ленину. В определенной степени оно сохраняет свою актуальность и сегодня, если только его не абсолютизировать и не рассматривать в качестве принципа для количественных сравнений и сопоставлений ( что очень любят делать современные экономисты, наивно полагающие, что научность начинается с попыток количественного анализа). Для политических целей такой метод опасен потому, что нередко он вводит сознательно в заблуждение: почему-то то и дело побеждают слабейшие, а то и вообще те, кого даже изначально и в расчет не принимали. Поэтому учитывая соотношение сил, мы отнюдь не абсолютизируем его значение. Ни с точки зрения количества средств противодействия, ни с точки зрения поиска эффективных способов.

Если исходить из наиболее приоритетных национальных интересов и способов их обеспечения с помощью стратегии «управления», то для России самым высшим, абсолютным, приоритетом является развитие национального человеческого капитала (НЧК)[2], о чем впервые со всей определенностью заговорил В. Путин только в послании ФС а декабре 2016 года[3]. В целях справедливости отмечаю, что по этому поводу я неоднократно выступал с конца 90-х годов XX века, более того, подготовил целый ряд книг, безуспешно пытаясь привлечь внимание правящей элиты[4]. Отсюда неизбежно следует в обязательном порядке изменить и стратегию национальной безопасности России, которую требуется формировать исходя не из опасностей и угроз (как это сделано в существующей Стратегии)[5], а прежде всего из интересов развития НЧК России[6]. Другими словами требуется изменить:

во-первых, структуру Стратегии, четко увязав за наиболее приоритетные задачи национального и государственного развития с задачами обеспечения собственно безопасности (политической. Военной, экономической, информационной и пр.);

во-вторых, четко обозначить приоритеты Стратегии, обеспечив их реализацию решением конкретных задач национального развития;

в-третьих, сделать Стратегию из нормативно-концептуального документа в политико-обязывающий документ, что потребует изменения его статуса (из Указа в Федеральный Закон);

в-четвертых, создать институт национального и государственного управления (развития и обеспечения безопасности), охватывающего всё общество и нацию.

В этом случае совершено по иному будут выглядеть и другие базовые документы, на которых основаны внешняя и военная политика государства – Концепция внешней политики и Военная доктрина России[7]. В частности, в Концепции внешней политики России («представляющей собой систему взглядов на базовые принципы, приоритетные направления, цели и задачи внешней политики Российской Федерации»)[8] говорится о том, что «обеспечение национальных интересов и реализация стратегических национальных приоритетов», как уже говорилось выше, направлена на выполнение следующих основных задач:

а) обеспечение безопасности страны, ее суверенитета и территориальной целостности…;

б) создание благоприятных внешних условий для устойчивого роста и повышения «конкурентоспособности экономики России…»;

в) упрочнения позиций Российской Федерации как одного из влиятельных центров современного мира;

г) укрепление позиций России в системе мирохозяйственных связей … и т.д.[9], но нигде (за исключением подпункта 4, где говорится о «популяризации достижений национальной культуры» и наследия), не говорится о высшем приоритете национальной стратегии – развитии национального человеческого капитала ( НЧК) и опережающего развития его институтов.

С точки зрения стратегии управления, наиболее приоритетными задачами внешней политики являлось бы:

а) сохранение и опережающее развитие нации и её идентичности, системы ценностей и культурного и духовного наследия, национальных институтов, включая государственные и общественные, и качество национального человеческого капитала;

б) обеспечение лидирующих позиций российской науки, культуры, образования и технологий, опережающее развитие на их основе экономики и общественных институтов;

в) содействие российскому культурно-идеологическому лидерству в мире, концентрации вокруг этого лидерства прогрессивных сил…;

г) укреплению позиций России в мире в качестве центра силы в области науки, духовности, культуры и образования…

Отдельно требуется сказать о критерии эффективности новой Стратегии национальной безопасности. В современных условиях  при существующем стратегическом прогнозе развития МО-ВПО в мире успешной может быть признана только та Стратегия национальной безопасности России, которая обеспечит её выживание и развитие при крайне неблагоприятном соотношении сил в мире в будущем. А именно, когда российская ЛЧЦ окажется «зажатой» между несколькими центрами силы – западной, китайской, исламской и индийской ЛЧЦ, каждая из которых, как минимум, в 10–12 раз будет превосходить российскую по демографической, экономической, финансовой и военной мощи.

Вопрос о том, как именно, какими конкретными способами и средствами Россия сможет сохранить и умножить свои национальные ресурсы  для того, чтобы  защитить  свои национальные интересы и систему ценностей, сохранить идентичность, суверенитет  и территорию при таких обстоятельствах остается открытым. Не только в силу очевидного несоответствия в соотношении сил, но и неэффективной политики социально-экономического развития и обеспечения национальной безопасности, в результате которых отставание российской ЛЧЦ по основным параметрам государственной мощи не сокращается, а увеличивается в последние десятилетия. Если срочно не изменить эту тенденцию, то вопрос о существовании российской нации и государства неизбежно будет поставлен под сомнение.

Таким образом, эффективная Стратегия национальной безопасности России это такая стратегия, которая в состоянии повлиять позитивно на нынешние тенденции и перспективы их развития. В сложившихся условиях и при имеющихся возможностях это может быть только стратегия управления, в основе которой лежит опережающее развитие НЧК нации и его институтов.

Автор: А.И. Подберезкин


[1] Гилёв А. Многомерная война и новая оборонная стратегия // Россия в глобальной политике. 2014. – Т. 12. – № 5. – С. 48.

[2] Подберезкин А.И. Национальный человеческий капитал.– М.: МГИМО-Университет, 2011–2013. – Т. 1–3.

[3] Путин В.В. Послание Президента Федеральному Собранию. – М. 2016. 1 декабря / http://www.kremlin.ru/

[4] См., например: Подберезкин А.И. Национальный человеческий капитал. Т. 1–3. – М.: МГИМО-Университет, 2011–2013.

[5] Путин В.В. Указ Президента Российской Федерации «О Стратегии национальной безопасности Российской Федерации» № 683 от 31 декабря 2015 г. / http://www.kremlin.ru/

[6] Подберезкин А.И. Стратегия национальной безопасности России в XXI веке. – М.: МГИМО-Университет, 2016.

[7] Путин В.В. Указ Президента Российской Федерации «Об утверждении Концепции внешней политики Российской Федерации» № 640 от 30 ноября 2016 г.

[8] Там же.

[9] Там же.

 

11.03.2017
  • Аналитика
  • Военно-политическая
  • Органы управления
  • Россия
  • Глобально
  • XXI век