К чему приведет взлом системы контроля над вооружениями Вашингтоном?

Версия для печати

Беспокоящие итоги политики США на этом направлении в 2018 году.

В 2018 году администрация Дональда Трампа продолжала целенаправленно разрушать систему международных договоров в сфере контроля над вооружениями и одновременно прилагала значительные усилия для того, чтобы в соответствии с его ключевым лозунгом «США превыше всего» и «Мир посредством силы» укрепить в глобальном масштабе национальные вооруженные силы и НАТО в целом. В декабре 45-ый президент-республиканец распорядился подготовить проект военного бюджета страны на 2020 финансовый год в размере 750 млрд. долларов, что на 25 миллиардов больше расходов, выделенных на такие же цели в текущем финансовом году.
 
За прошедший год Вашингтон продолжал негативно относиться к целому ряду международных договоров и соглашений в области контроля над вооружениями.
 
Часть из них он продолжал целенаправленно нарушать, например, Договор СНВ-3, Договор о ликвидации РСМД, Договор о нераспространении ядерного оружия и Договор по открытому небу.
 
Вашингтон продолжал нарушать такой важный двусторонний российско-американский договор, оказывающего влияние на глобальную стратегическую стабильность, как Договор СНВ-3, срок которого истекает в феврале 2021 года. Интересно, как иначе можно интерпретировать слова президента  Дональда Трампа о том, что при его подготовке Россия получила больше преимуществ, чем американская сторона? Какие ассоциации могут возникнуть у других государств, которые услышали заявление главы Объединенного комитета начальников штабов США генерала Джозефа Данфорда, который открытым текстом дал понять, что из-за «несоблюдения»  Москвой Договора о ликвидации РСМД продление Договора СНВ-3 «будет поставлено Соединенными Штатами под вопрос»?
 
На протяжении двух лет американские Стратегические ядерные силы осуществляли переоборудование части своих стратегических наступательных ядерных вооружений, в том числе четырех пусковых установок на каждой из действующих 14 ПЛАРБ проекта «Огайо» и 41 тяжелого стратегического бомбардировщика «В-52Н», в одностороннем порядке исключив их из учета по названному договору. Это дает им возможность в кратчайшие сроки нарастить потенциал своих стратегических наступательных ядерных сил,  увеличив количество боезарядов более чем на 1200 единиц.
 
Наибольшим нарушениям с американской стороны подвергался Договор о ликвидации РСМД. В общей сложности с учетом данных, сообщенных в пресс-релизах Управления по ПРО Пентагона, за последние 17 лет Соединенные Штаты 96 раз нарушили этот договорный акт, когда при проверке эффективности своего национального противоракетного «щита» они использовали в качестве перехватываемых ракет-мишеней баллистические и крылатые ракеты средней и меньшей дальности, запрещенные названным договором. В данном контексте учитывается испытание, проведенное американскими ВМС в Тихом океане 11 декабря прошлого года, когда средствами противоракетного «щита» ими успешно была перехвачена ракета «средней дальности». 
 
Столь внушительное количество нарушений Соединенными Штатами ДРСМД за указанный период времени является весьма тревожным фактом, говорящим о том, что они фактически уже давно вышли из этой договоренности, по-прежнему сохраняющей свою актуальность и перспективное значение. В Пентагоне открыто говорят о продолжении подобных испытаний в наступившем году. Так, об этом прямо заявил в Конгрессе начальник Управления по ПРО Министерства обороны США генерал-лейтенант Сэм Гривс, назвавший цифру в 12 новых испытаний с использованием ракет-перехватчиков американской противоракетной системы, которые будут проведены в наступившем году. Стало быть, подобные нарушения Договора о ликвидации РСМД американской стороной будут проложены.
 
Эти факты являются не единственным подтверждением негативного отношения Вашингтона к ДРСМД. В декабре прошлого года американская делегация в ООН и ее союзники по НАТО проголосовали против принятия проекта резолюции Генеральной Ассамблеи, внесенной в поддержку названного договорного акта. Подобная обструкционистская позиция также свидетельствует о неискренности Вашингтона, который требует от Москвы его соблюдения, а на самом деле и фактически, и политически сам не намерен выполнять его. 
 
Сохраняя на европейском континенте свои тактические ядерные средства, Соединенные Штаты продолжали нарушать первую статью ДНЯО, которая запрещает ядерным государствам размещать ядерное оружие на территории неядерных стран.
 
Вашингтон необоснованно ввел пространственные ограничения на выполнение им Договора по открытому небу, посчитав целесообразным припрятать от российских авиационных инспекционных групп свои модернизированные центры ПРО на Аляске и Гавайских островах.
 
Некоторые немаловажные договоренности, например, адаптированный Договор об обычных вооруженных силах и Договор о всеобъемлющем запрещении ядерных испытаний, США вообще отказались ратифицировать.
 
Нынешняя американская администрация разорвала в одностороннем порядке Венское соглашение по иранской ядерной программе.
 
Вашингтон не торопится полностью ликвидировать химическое оружие в соответствии с глобальной Конвенцией о его запрещении.
 
Белый дом не стал обсуждать проекты двух международных договоров: Договора о европейской безопасности и Договора о предотвращении размещения оружия в космическом пространстве.
 
Вашингтон в целом отказался предметно рассматривать с Москвой конкретные меры, направленные на укрепление стратегической стабильности, в основном выпячивая решение только двух особо интересующих его проблемы: возможность воссоздания ядерного оружия и средств его доставки Ираном и усовершенствование ракетно-ядерных систем Северной Кореей. За истекший период времени Соединенные Штаты не провели с заинтересованными странами никаких официальных переговоров, направленных на решение отдельных практически актуальных проблем в сфере контроля над вооружениями, ограничившись лишь консультациями и встречами экспертов, на которых хотя и происходил обмен мнениями, но не вырабатывались проекты каких-то договоров или соглашений на названном направлении.
 
В то же самое время нынешнее американское военно-политическое руководство продолжало претворять в жизнь ранее утвержденные программы по модернизации стратегических и тактических ядерных вооружений и средств их доставки, а также реализовывало решения, направленные на создание принципиально новой стратегической ядерной триады с полной заменой всех трех компонентов доставки ядерного оружия стратегического назначения.
 
Несмотря на возражения Конгресса, Дональд Трамп сохранил за собой исключительное право инициативного применения ядерного оружия под многочисленными предлогами, что уже вызвало озабоченность сразу в двух ключевых партиях страны – не только оппозиционной Демократической, но и правящей Республиканской.
 
Одобренная 45-ым президентом США новая амбициозная ядерная стратегия предусматривает понижение порога применения ядерного оружия за счет повышения списка оснований для его использования: в ней зафиксировано 14 подобных случаев против 6, которые были отражены в аналогичной стратегии его предшественника Барака Обамы. В обновленной в начале 2018 года американской ядерной установке предусмотрена и возможность применения ядерных боезарядов малой мощности, то есть с боезарядом от 5 килотонн и ниже.
 
Утвержденная в прошлом году стратегия национальной обороны США имеет также наступательный характер и несет в себе антироссийскую и антикитайскую направленность.
 
В августе ушедшего года военное руководство США обнародовало принципиальные основы Космических сил страны и функциональные особенности объединенного Космического командования, подчеркнув при этом стремление доминировать в космосе и иметь в этой среде полную свободу действий.
 
В 2018 году Соединенные Штаты уделяли повышенное внимание развитию глобальной противоракетной инфраструктуры – как самостоятельно, так и во взаимодействии со своими союзниками в Европе и Азии. Расходы на эти цели администрации Дональда Трампа превысили среднегодовой показатель периода президентства Барака Обамы в полтора раза.
 
Состоявшийся в июле 2018 года брюссельский саммит НАТО под давлением нынешнего хозяина Белого дома принял решение о необходимости доведения уровня военных расходов всех государств-членов НАТО до двух процентов в год от уровня ВВП, но пока не проштамповал его требование увеличить этот показатель до четырех процентов от названного показателя. Североатлантический союз создал два новых командования: морское на территории США и логистическое, расположенное в ФРГ, которые призваны координировать стратегические переброски вооруженных сил альянса на европейский и азиатский континенты в сжатые сроки.
 
Резко возросло количество военных учений и маневров стран альянса «трансатлантической солидарности», а также масштабы задействованных в них сил и средств, вблизи рубежей России и других государств ОДКБ.
 
В ушедшем году Соединенные Штаты практически сохранили в неизменном виде свою широко разветвленную базовую инфраструктуру, которая, по данным Пентагона, включала в себя в общей сложности 4,7 тысяч военных объектов различного назначения.
 
В январе наступившего года российский МИД высказался за проведение «содержательного» диалога по контролю над вооружениями с американскими контрагентами. Но сможет ли Вашингтон преодолеть столь неподъемный груз проблем в этой сфере, накопленных по его же собственной инициативе?
 
Похоже, что прошлогодняя линия Белого дома, направленная на подрыв хрупкой системы контроля над вооружениями, создававшейся с большим трудом на протяжении многих лет, со всеми отмеченными выше особенностями перекочевывает и в наступивший 2019 год. Неужели и он не принесет столь долгожданной стабильности? Справедливости ради этот вопрос должен быть адресован и Вашингтону, и столицам государств Североатлантического союза, которые делают вид, что ничего анормального в сфере глобальной безопасности до сих пор не происходит.
 
Приходиться констатировать, что все эти действия, подрывающие международную безопасность и стабильность, США и НАТО намерены продолжать и в наступающем году. Это создаёт новую военную реальность, которую Москва вынуждена учитывать в своей политике по укреплению обороноспособности страны, развитию Вооружённых Сил России, а также в проведении внешнеполитического курса на международной арене в полной мере.
 
Автор: В.П. Козин, Источник: Инфорос 
 
Постоянная ссылка: http://eurasian-defence.ru/node/43167
 
 
11.01.2019
  • Аналитика
  • Военно-политическая
  • Органы управления
  • Россия
  • США
  • Глобально
  • XXI век