На арену Сирийского кризиса вышла ещё одна военно-политическая сила

29 июня сего года после длительного информационного забвения на арену Сирийского кризиса вышла ещё одна военно-политическая сила. Речь идёт о так называемой “Новой Сирийской армии” – структуре, комплектуемой в основном из бывших боевиков “Свободной Сирийской армии”, не участвовавших в деятельности террористических группировок “Ан-Нусра” и “ИГ” (если кто-либо ещё не знает, и та, и другая запрещены в России и других приличных государствах). Подготовка бойцов НСА ведётся почти исключительно на территории соседствующего с Сирией на юге королевства Иордания силами иорданских, американских и британских инструкторов; основная и, как заверяют в военном и дипломатическом ведомствах США, единственная цель “Новой” армии – борьба с “Исламским государством” в Сирии.

В отличие от своих братьев по оружию из “умеренной” ССА бойцы НСА предпочитают не афишировать свою деятельность, что в условиях войны, ведущейся благодаря каналам в YouTube и многочисленным “твиттерам” практически в прямом эфире, порождает множество слухов и домыслов относительно численности и структуры НСА: полагают, что число её бойцов может колебаться от 3 до 30 тысяч, что четверть из них – граждане США, Канады и западноевропейских стран, что подчиняется она напрямую ЦРУ и что борьба с “ИГ” вовсе не является приоритетной целью НСА – якобы армия “заточена” на борьбу с сирийскими правительственными войсками, которая начнётся после общей победы на “ИГ”, когда победителям придётся делить сирийский “пирог”. В пользу последнего тезиса долгое время говорило отсутствие сколько-нибудь заметных операций “Новой сирийской армии” против исламистов в Сирии – аналитики полагали, что иорданцы и американцы держат огромную,хорошо подготовленную силу в резерве до нужного времени.

Однако вчера всё изменилось. Достаточно пассивные ранее отряды НСА перешли в решительное наступление против “халифата” на Юго-востоке Сирии. Не является секретом тот факт, что велось оно с территории Иордании при логистической, разведывательной и огневой поддержке со стороны иорданских вооружённых сил и американского спецназа. Поступала даже информация о том, что иорданцы и американцы предоставили свои боевые вертолёты для высадки тактических десантов НСА в тылу исламистов – до этого роскошью переброски своих сил по воздуху пользовались лишь курдские отряды под Манбиджем и сирийские спецназовцы, “катавшиеся” на российских винтокрылых машинах. Анонсированной целью наступавших были находящиеся в долине реки Евфрат на границе с Ираком города, крупнейшим из которых является Абу-Камаль. Очевидно, операция долго планировалась и согласовывалась с союзными силами – на иракской территории наступление НСА поддерживали лояльные Багдаду повстанцы. Но итог амбициозного наступления вполне ожидаемо оказался плачевным: к концу дня наступавшие потеряли убитыми более 60 человек, 15 были взяты в плен исламистами, в руках террористов оказались десятки единиц техники и вооружения НСА, поставленные из США (миномёты, реактивные гранатомёты, управляемые мины и огнестрельное оружие). Сообщается, что части НСА отступили на исходные позиции.

Причины поражения объяснимы, достаточно просты и идентичны предпосылкам недавнего краха правительственных сил Сирии, наступавших в мухафазе Ракка. Силы НСА незначительными для удержания крупной территории силами углубились в тыл противника, дав последнему возможность стремительных и сокрушительных фланговых ударов. Как и лоялисты на “дороге ярости” под Табкой, бойцы НСА не позаботились (и из-за ограниченных резервов не могли позаботиться) об обеспечении безопасности в своём тылу. Очевидно, ставка была сделана на внезапность и стремительность наступления, которое должно было обескуражить противника, однако последний в очередной раз продемонстрировал свой незаурядный потенциал ведения войны в пустыне.

В отличие от наступления лоялистов в мухафазе Ракка, отряды НСА наступали не по шоссейной дороге (в районе их наступления просто нет крупных магистралей), а напрямик по пустыне. В такой тактике видна “американская школа” пустынной войны – именно через пустыню, не всегда привязывая себя к транспортным артериям, американцы наступали в 1991-м году в Кувейте и в 2003 году – в Ираке. Однако для такого рода манёвров (как и в принципе для движения вдоль дорог) необходимы не только развитая логистика и высокая мобильность войск, но и достаточное количество боеспособных подразделений второго эшелона и тыловой безопасности (включая инженерные части, возводящие фортификационные сооружения на занятых территориях). От дефицита таких подразделений страдают все без исключения “автохтонные” участники конфликта, исключая, разве что курдов, которые, правда, тоже в инженерном, логистическом и интендантском отношении полностью зависимы от своих западных союзников.

Особенностью наступления НСА в отличие от марша лоялистов к Табке являлось отсутствие превосходства наступавших над оборонявшимися в бронетехнике (танки “Абрамс” американцы инсургентам не доверили, в то время как сирийская армия и ополченцы вроде “Соколов пустыни” радостно дефилируют на Т-90). Отсутствие тяжёлых вооружений не критично снизило боеспособность частей НСА – с воздуха их поддерживали коалиционные ВВС, а использование лёгких средств наступления вроде хрестоматийных “Тойот” облегчило наступавшим манёвр и сделало их фактически равными своему врагу. Но враг оказался успешнее…

Вывод, который можно извлечь из неудачного наступления НСА, уже стал притчей во языцех – ни одно полномасштабное наступление каких бы то ни было региональных сил против исламистов в пустыне не может быть успешным – террористы эффективно пользуются ограниченностью ресурсов и “шапкозакидательскими” наступательными порывами своих врагов и наносят им тяжёлые удары, нивелирующие боевой потенциал оппонента. Единственной эффективной тактикой борьбы с “халифатом” является “курдская” – постепенное взятие и удержание населённых пунктов с медленным, но планомерным продвижением вперёд. Проблема в том, что пустынные районы Сирии в отличие от её “курдского” Севера слабо заселены, расстояние между населёнными пунктами иногда составляет десятки километров, что опять-таки создаёт для террористов возможность ударов по коммуникациям. Единственным примером успешной операции против “ИГ” в пустынном районе является взятие района Пальмиры – именно его уроки необходимо использовать при планировании операций по освобождению восточных районов Сирии( учитывая, правда, что тылы будут всё больше отдаляться, а коммуникации – растягиваться). Пока трудноразрешима проблема взятия подконтрольных “халифату” крупных городов – в сущности, за всё время конфликта в Сирии и Ираке освободить от “ИГ” удалось лишь два действительно крупных города: Пальмиру и Фаллуджу. В первом случае, ведущую роль в наступательной операции сыграли не региональные, а внешние силы (Россия), во втором – операция затянулась более, чем на месяц, повлекла за собой тяжёлые потери для наступавших иракцев и завершилась победой лишь после вмешательства ещё одной внешней силы (Иран). Сейчас ведётся битва за город Манбидж на правом берегу Евфрата – её осуществляют курды, однако по мере развития операции увеличивается степень участия в ней всё той же внешней силы (США и страны Западной Европы). Добавим, что заявленный к взятию город Абу-Камаль больше, чем Пальмира или Манбидж. И это не говоря уже о Ракке или Мосуле, которые тоже придётся брать.

Неудачное наступление НСА достаточно явственно отражает стратегические планы Запада в Сирии: встречные наступления курдов с севера и НСА – с юго-запада должны вывести прозападные силы в район Евфрата, который сейчас почти полностью (кроме района Дэйр-эз-Зора) подконтролен “халифату” – таким образом Запад стремится отрезать лоялистам выход к юридической границе Сирии с Ираком и Иорданией. Это стремление было открыто продемонстрировано вчера – и его необходимо иметь в виду.

Автор: Михаил Шматов, Источник: “Военный информатор”

30.06.2016
  • Аналитика
  • Ближний Восток и Северная Африка
  • XXI век